Любовь, ферма и коза в придачу (СИ)

— Это еще зачем? — я обалдело уставилась на Берту.
— Задушит тебя граф, стерву такую, точно задушит и недели не пройдет! — сообщила мне моя же соратница. Хоть бы сожаление какое в голосе изобразила!
Ну, ладно, ерунда это все. Я снова рассмеялась и беспечно махнула рукой.
— Ой, да ладно тебе. Не задушит! Я им с папаней живой нужна и желательно здоровой, чтобы магических детишек нарожать побольше. Так что обойдется оно как-нибудь.
Сообщила Берте, поднимаясь со стула и потягиваясь, как довольная кошка, что слопала мышь, упавшую в крынку со сметаной.
— Пойду наверное, Сашку проверю, а то его сиятельство такой беспокойный, что мог и нашего бутуза разбудить.
— Иди — согласилась со мной Берта, а потом пробормотала себе под нос, но так, чтобы я услышала — А завещание все, же нужно было бы оставить.
* * *
Два дня мне успешно удавалось игнорировать графа. Домашние заботы, восстановление торговых связей разрушенных Брачинским и ремонт в лавке занимал все мое свободное время. У меня получалось только доползти домой, до кровати, и брыкнуться лицом в низ, чтобы Сашка мог с чистой совесть полазить по бессознательному телу матери, как по аэродрому.
Сын скучал, но у меня даже на него сил не хватало не то, что на обузу в виде Эдгара.
Кстати, графский сынок поутих. То ли после того, как Берта накормила его не очень вкусной едой и ему пришлось провести вечер в нашем ново отстроенном туалете(пусть ценит. Я то в чисто полюшко бегала). То ли потому что все успешно игнорили его жалобы и попытки завязать разговор. Но эти дни Эдгар бродил тенью отца Гамлета по дому и следил за каждым из членов семьи.
И если честно меня это жутко напрягало, а также вводило в когнитивный диссонанс. Недалеким мачо он мне нравился больше. Он уже казался таким родным, понятным, раздражающим… Его было легко не любить и всячески третировать. А вот этот сталкер- маньяк откровенно пугал.
Как бы там ни было, мы старались не замечать Эдгара и не подпускать его близко к Саше. Правда, он пока и не пытался наладить контакт с сыном. Предпочитая больше наблюдать за всеми со стороны.
Но как говориться не буди лихо пока оно тихо. На третий день, граф поймал меня за завтраком до того, как я успела сбежать в город.
— Ты меня избегаешь? — с порога ухнул мне аристократишка.
Рядом охнула Фрея, что как раз мыла посуду, а я подавилась вчерашней плюшкой, что как раз с удовольствием уплетала.
— С чего такие выводы? — спросила, слегка прокашлявшись и перестав синеть.
Нет, выводы были очень даже правильные, но мне стало интересно с чего он их сделал. Согласитесь, не всегда удается увидеть, как устроен графский мозг, а тут во мне прям исследовательский интерес проснулся и подопытный сам радостно бежит на встречу.
— Ты все время сбегаешь с дому, практически со мной не разговариваешь и стараешься не пересекаться. А значит, я повторю свой вопрос: ты меня избегаешь?
О, Боже, это у нас что? Первый супружеский скандал? Я включила свою бурную фантазию и представила Эдгара в моем же потрепанном голубом халатике, бледно-розовых бигудях, что купила в девяносто пятом у Нинки с рук, и писклявым голосочком вещавшего:
— Ты меня теперь не любишь, да?
Смешно стало — жуть, но я не позволила и мускулу дрогнуть на лице.
— Эдгар, ты, наверное, не заметил, но на этой ферме нет бездельников, кроме тебя. Мы все работаем в поте и мыле, чтобы обеспечивать собственный быт. Каждый из здесь присутствующих знает что такое голод, холод. Мы все научились выживать и делаем максимум, чтобы никогда не упасть назад в нищету. Тут все полезны, но только не ты. Я не буду нянькой избалованному и изнеженному графскому сынку.
Под конец речи я окончательно распалилась, а хорошее настроение ушло. Отложив в сторону плюшку, я поднялась из-за стола планируя уехать в город, а по сути, сбежать от неприятного мне мужчины, но Эдгар не собирался этого так просто оставлять. Перегородив мне дорогу молодой граф заявил:
— Я, как ты выразилась, не избалованный графский сынок и уж точно намного лучше его — кивнул он в сторону только что зашедшего Фрея — И даже не мечтай, что сможешь избавиться от меня таким вот дешевым способом. Я пробуду на этой ферме год и точка.
 
Ах, ты ж самонадеянный индюк! Дешевый способ? Лучше Фрея? Кстати, парень тоже заметил оскорбление в свою сторону и побледнел, а потом и вовсе приготовился закатать рукава и надавать Эдгару по породистой морде, но…
Я покачала головой, нет, это не наш метод. Вряд ли у меня потом хватит денег выкупить Фрея из петли за избиение графа Брачинского, но кое — что я могу сделать.
— Говоришь, что лучше его? — кивнула я в сторону парня зацепившись в неосторожно оброненные слова — Тогда докажи!
Брови Эдгара поползли удивленно вверх:
— И как ты хочешь, чтобы я тебе это доказал? — знакомая улыбка змея искусителя снова возникла на губах мужчины, но я уже вела свою игру.
— Единственным способом, что пользуется уважением в нашем доме — тяжелым физическим трудом.
Лицо Эдгара перекосило от брезгливости и возмущения:
— Женщина, ты понимаешь, что я граф, а не вонючий крестьянин?
— Тогда нам не о чем говорить! Всего доброго, граф! — произнеся это «граф» с особой интонацией я гордо вздернула подбородок, сделав вид, что собираюсь уходить. И это подействовало.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — с тяжелым вздохом Эдгар опустился на стул.
— Нам нужно перенести оставшееся сено из сарая — заявила я не моргнув и глазом — И разложить по двору, чтобы оно проветрилось. Справитесь с таким простым делом, ваше сиятельство?
Я старалась смотреть только на Эдгара и игнорировать остальных, потому, что стоит мне взглянуть на недоуменные лица родных, и я просто зальюсь хохотом, испортив тем самым себе подарочек.
— Где находиться этот сарай? — решительно спросил «мачо — осеменитель» поднимаясь.
— Сразу же за домом! — ответила я и тут же добавила — Вилы стоят в стойле козы. Надеюсь ты представляешь, как ими пользоваться?
— Разберусь! — хмуро ответил Эдгар и скинув камзол, оставив его на спинке стула, где сидел и пошел на выход.
— Если коза будет мешать — пни ее хорошенько — крикнула ему вдогонку, когда граф почти уже вышел из комнаты — Она у нас только с виду страшная, но такая трусиха.
Двери за мужчиной закрылись и в комнате воцарилась мертвая тишина. Даже мухи, казалось, перестали жужжать и уставились на меня.
Так продолжалось минуты две, пока Берта(которая успела незаметно просочится в комнату от Саши во время нашего спора с Эдгаром) не отлипла от стены и не подошла к столу с громким стуком положив туда десять серебряных монет.
— Десять минут! — громко огласила она свой вердикт.
И мы тут же разом ожили. Фрей положил на стол свою десятку серебра и мстительно заявил:
— Три минуты!
Я лишь покачала головой, решив выбрать золотую середину, и положила свою ставку:
— Семь!
Фрея больше всего верила в силы графского сынка. Застенчиво улыбаясь, девушка, под неодобрительным взглядом брата, скромненько положила монетки в сторонке от общей кучи и сказала:
— Пятнадцать!
Мда, кто-то забыл какой бывает наша Ингеборга?
Но ждать ответа, кто же из нас раздобреет на целых тридцать монет долго не пришлось. Не успела я сгрести все деньги в одну аккуратную кучку в центре стола, как за окном послышался вопль и возмущенный рев Ингеборги.
Значит все таки воспользовался моим советом «пионер труда» и пнул нашу козель. Ну-ну! Приятно было с тобой познакомиться, Эдгар Брачинский! Нет, вру, неприятно!
Фрей, Берта и Фрея ринулись к окну понаблюдать за развлечением, а я в это время присела за стол и подлила себе еще одну чашку чая. С блаженной улыбкой я наслаждалась ароматным напитком и воплями, что доносились со двора.
— Уууу — впечатлительная Фрея отскочила от окна, а Берта прокомментировала:
— Ты смотри, какая меткая. Может мы это, Ингеборгу на какие-нибудь соревнования запишем?