Олигарх. Ты не купишь меня (СИ)

— Вот так, хорошая девочка. Мне плевать слышит ли Игорь мои слова или нет, но так гораздо интимнее, ты разве не согласна?
— Да… — я старательно киваю в подтверждение своих слов.
— Учти, малышка, что Игорь уедет, а я останусь, — в трубке уставший голос много повидавшего человека, как у дона Карлеоне. — И близкие твои тоже останутся…
Надо же, а на яхте он общался нормально, без гангстерских замашек.
— Не понимаю вас.
— Давай на «ты», мы же договорились.
Договорились, только мне почему-то хочется называть его на «вы», и желательно по имени отчеству и со всеми регалиями.
— Я ведь приходил к тебе домой, хотел простить долги твоего бывшего, в обмен на помощь.
— Сейчас, уже поздно об этом говорить.
Роман тихо смеется в ответ. Странный смех, будто шелест.
— О нет, сейчас самое время. Именно сейчас Игорь прислушается к тебе, не сомневаюсь. Жаль, что вы уехали, беседовать в Логиново было бы комфортней. Мы совсем немного разминулись, но обязательно встретимся. Когда-нибудь…
— Роман, чего ты хочешь?
— Я хочу, чтобы все было по-моему! И, обычно, так и получается. Передай своему дружку, пусть уезжает сегодня же. Пусть сидит в своей австралийской дыре и не высовывается.
— Игорь сам решает, что ему делать, — не выдержав, прерываю его.
— Нет. Уже не сам! У каждого человека есть близкие люди, чье спокойствие и здоровье важнее собственных мелочных амбиций. Сестре Игоря вежливо предложили покинуть страну, взяв братца под ручку. Надеюсь, ему не захочется лишний раз ее волновать. Теперь твоя очередь убеждать его.
— Не собираюсь никого ни в чем убеждать.
— Вероника, ты же умная женщина. Зачем тебе проблемы?
— У меня не будет никаких проблем! Долг я закрою, отбирать у меня нечего.
— Но ты не только умная, но и красивая женщина, ведь правда?
— Что с того?
— Не дай бог на тебя нападут в темной подворотне охочие до женских прелестей молодчики. Тфу-тфу-тфу, конечно. Но времена сейчас неспокойные.
Я внутренне холодею при мысли о такой возможности и живое воображение сразу набрасывает варианты, как это может случиться.
Вот я иду из школы вечером домой, стараюсь держаться в тени фонарей. Ужасно скользко и холодно, еще грустно и противно. Потому что в далекой Австралии сейчас лето, а на меня давит бетонной плитой классное руководство над вредным 7Б, необходимость срочно купить Светке новые зимние сапожки, мамины плохое здоровье и отсутствие надежды, что станет лучше.
— Ника, ты слышишь меня? С тобой ведь может случиться все, что угодно… — шепчет Роман.
Я молчу, погруженная в свои мысли.
И вот уже совсем рядом подъезд, осталось только пройти арку. Как вдруг две тени отделяются от темноты и подходят ко мне — один впереди, другой сзади, отрезая путь к спасению. Жесткая рука зажимает мой крик, и ухо обжигает шепот «Лучше не дергайся, малышка. Будешь сопротивляться — убьем!». И я безвольно обмякаю, понимая, что спасения нет, и никто мне не поможет.
Фантазия получилась живой и драматичной. Она настолько реальна, что я лишь молча сглатываю слюну, пытаюсь разогнать противный комок, который стоит в горле. А ведь так и будет. Роман говорит серьезно, это слышно по голосу.
— Лучше не дергайся, малышка, — шепчет в трубку Роман. Дрожь пробегает по всему телу, когда я слышу фразу, взятую из моих кошмаров. — Будь хорошей девочкой. Игорю нужно кое-что подписать — передай ему, пусть он не ломается. Курьер с бумагами уже отправился к нему в офис. Пусть подпишет, и летит обратно. И все тогда будет хорошо у всех.
Больше всего на свете мне хочется заорать: «да пошел ты» и бросить трубку. Но мне становится страшно. Очень страшно!
Я просительно смотрю на Игоря, не знаю, что делать. Он внимательно следит за выражением моего лица, и я вижу по тени, которая мелькнула в его глазах, что уже понимает, о чем идет речь.
«Сделай же что-нибудь!» — шепчу я одними губами. Хотя, чем он мне поможет? Только тем, что подпишет все и уедет. Прямо сейчас. Отвезет меня домой и уедет. Вот и вся помощь.
Нет, так не пойдет!
 
— Я не буду никого ни о чем просить! — Решительно говорю я. Игорь, услышав эту фразу, сурово сдвигает брови.
— Как хочешь. Жаль, конечно. Но твоя помощь и не особо нужна, просто хотел показать тебе, что хорошим девочкам на этом свете живется немного легче.
— Ты угрожаешь мне?
— Что ты… Конечно, нет! Передавай привет Игорю, дочке и маме. Пока.
Сижу с телефоном в руках и не решаюсь посмотреть на своего спутника, что я ему скажу? Да и тот не торопится засыпать меня вопросами, а что спрашивать — и так все понятно.
Роман красиво сыграл свою партию. Мое согласие на сотрудничество — не принципиально. Игорь и так уедет, мне же угрожали в его присутствии. Он сам видел, как я сидела белее мела с трубкой у уха. Подпишет, как миленький, что-то там нужное и уедет, чтобы не ставить под удар меня. А это значит, что я его потеряю еще раньше, чем рассчитывала. Возможно, даже сегодня.
Шах и мат от Романа!
— Он просил передать тебе…
— Да я и так все понял. — Игорь гневно выдыхает и молча трогается с места.
Мы снова мчим в конец того дня, когда закончится мое короткое счастье.
35. Явное преступление
Звонок Романа вводит меня в мрачное настроение и убивает всякие надежды на счастливый исход моей истории. Единственное, чего мне хочется — забиться в угол и съежится, как от удара в живот. Липкий страх сковывает и отупляет. А Игорь, как назло, вместо того, чтобы подарить хоть пару слов утешения, еще глубже уходит в себя. Ведет машину нахмурившись. От напряжения побелели костяшки пальцев, держащих руль.
Кусаю губы от обиды и отворачиваюсь в сторону. Я понимаю, ему сейчас не до утешений испуганных барышень. Но хоть бы доброе слово сказал! Втянул в историю, и теперь сидит, как каменная статуя. Мне-то что делать теперь?
Впервые за эти дни на меня накатывает сожаление за все, что случилось. Куда я ввязалась? Зачем мне это? Ведь, как чувствовала, что не надо ходить на эту вечеринку! Через годик-другой познакомилась бы с хорошим мужчиной — обстоятельным и приличным. Жили бы небогато, но дружно и весело. Родила бы Светке братика…
Только сердце протестующе ноет — все неправда, и не было бы обстоятельных мужчин в моей жизни. Потому что, знала всегда. Еще со школы знала, что кроме Игоря никто не нужен. И Артем случился от безнадеги, потому что хотелось любви! Вцепилась в первый попавшийся суррогат.
И нет для меня другой реальности. Потому что, начиная с нелепой встречи с Игорем в торговом центре, до сегодняшнего дня, от меня ничего не зависит. Как там Танька говорила: «Это судьба?». Вот такая, значит, моя судьба — три дня счастья и вечное одиночество.
Пусть подписывает, едет к себе скорее… Так всем спокойнее.
Рискую первой завести разговор:
— Игорь, что ты будешь делать? — спрашиваю робко.
— Ника, не переживай, все решим.
— Пока ты решишь, я умру от страха.
— Не бойся ничего. Я сейчас высажу тебя около дома. А мне надо ненадолго уехать.
Сжимаю кулачки от негодования. Мерзкий врун! Не нужны мне эти обманчивые фразы. «Ненадолго»! Хоть бы честно сказал, как мужчина: «Ника, ты мне дорога, не хочу ставить тебя под удар. Я уезжаю…», чтобы сохранить о нем добрую память. А то начинается сдабривание горьких новостей розовыми облачками. Тфу.
Игорь словно читает мои мысли. Останавливается у обочины, заглушает двигатель и гладит мое лицо ладонями и внимательно всматривается в глаза.
— Ты только ничего не бойся, поняла? Ничего не случится. Ромка тебя только пугал!
— Еще больше я боюсь другого…
— Чего же?
— Я боюсь, что тебя больше не увижу. Он настаивал на том, что ты должен улететь прямо сегодня. Перед этим подписав какие-то бумаги, курьер тебя ждет.
— Ника, серьезно думаешь, что я смогу вот так тебя бросить и убежать?
— Ты же сам сказал, что уедешь. Да и по-другому просто нельзя!
— Не-е-ет, я ненадолго в офис, потом вернусь к тебе. Обещаю тебе, я обязательно найду выход, слышишь? Моя девочка…