Олигарх. Ты не купишь меня (СИ)

Я даже не знаю ничего о его личной жизни. Может быть у него есть кто-то? Несколько раз порывалась задать этот вопрос, но страшно услышать ответ. Вряд ли такой красивый и крутой мужик живет с сестрой и собакой, как пенсионер.
Что будет потом — время покажет. А пока буду наслаждаться моментом, что мне еще остается? И так сколько приключений, будет что вспомнить.
Мы сворачиваем с шоссе, и Игорь заботливо поднимает крышу, чтобы я не глотала пыль.
— Прости, а куда мы едем? — Решаюсь я, наконец, поинтересоваться. — Далеко нам еще?
— Почти приехали. — Игорь показывает на шлагбаум, перегородивший дорогу.
— Это въезд в деревню?
Игорь смотрит на меня с неподдельным изумлением, даже останавливается. Я понимаю, что опять сморозила какую-то глупость.
— Николай Сергеевич — серьезный человек. Хоть и отошел от дел, но живет в большом коттедже, у него здесь практически фамильный замок. А ты думала, куда мы едем?
Смущенно молчу в ответ. Мне уже понятно, что вряд ли удастся сегодня поразить Игоря своими навыками ведения домашнего хозяйства.
— В инструкции ведь все было указано, ты читала ее?
Растерянно киваю:
— Стыдно признаться, но я решила, что Логиново — глухая деревня где-то на задворках области.
— Ты думала, что я привезу тебя, такую элегантную и стильную, в какую-то дыру? Я способен на многое, на такую низость — никогда, — смеется Игорь. — Николай Сергеевич — мужчина с изысканным вкусом. Поэтому я здесь с тобой…
— Ох! Ну что ж, удачи нам. И да поможет нам мое платье, Тесла и твое обаяние.
Строгий охранник по рации долго согласовывает с кем-то наш визит, затем открывает шлагбаум, сканируя нас таим подозрительным взглядом, будто мы приехали в закрытое помещение Центрального Банка, где хранятся золотые слитки.
Мы останавливаемся около главного входа изящного двухэтажного здания, Игорь выходит из машины и элегантно протягивает мне руку, а и я чувствую себя Золушкой, впервые попавшей на бал. Опираясь на его руку, поднимаюсь по лестнице к белоснежным колоннам, обрамляющим главный вход, и не устаю восхищаться окружающей красотой.
То, что Разумовский «мужчина со вкусом» видно невооруженным взглядом. Дом большой, но совершенно лишен помпезности. Фасад, прорезанный высокими стрельчатыми окнами, оплетает дикий виноград. Около правого флигеля с золотистым шпилем — небольшой пруд с утками. Все дышит покоем и гармонией. Это не замок, не дворец, это настоящая усадьба! Если я когда-нибудь разбогатею, у меня будет такой дом.
Приветливая полненькая женщина открывает нам двери.
— Добрый день, Вы Карпинские? Николай Сергеевич вас уже ждет. Заходите!
28. Разговор
Такие изысканные интерьеры я видела только на фотографиях. В просторном холле я чувствую себя неудачницей, не способной заработать даже на один ма-а-аленький гобелен. Чужое богатство ввергает меня в пучину отчаяния, тут уместнее смотрелись бы члены королевской семьи, а не учительница обычной средней школы.
Богато, но чертовски красиво!
Неуверенно семеню за женщиной и, открыв рот от изумления, рассматриваю пушистые ковры, картины и оконные витражи. Для антуража не хватает дам в напудренных париках и кавалеров со шпагами, склоняющих перед нами головы. Останавливаюсь и задираю голову — люстра со сверкающими подвесками стала бы гордостью любой филармонии. Основание люстры теряется в недрах высокого потолка, а сияющие нити ярусами свисают почти до пола. Интересно, как они ее моют?
— Эй, Ника… — Игорь дергает меня за рукав. — Все хорошо?
В отличие от меня, он не пялится по сторонам. Чувствуется, что напряжен перед грядущей встречей, но изысканная роскошь его не удивляет. Конечно, ему не привыкать к богатству, это наша с мамой квартира легко поместиться холле, еще и место останется.
— Ты тоже живешь в таком доме?
— Тс… — он прислоняет палец к губам. — Не «ты», а «мы». На самом деле, наше жилье попроще и поменьше. У нас же собака! Чарли сожрал бы всю лепнину, и не поморщился.
Я хихикаю. Не представляю Игоря в таких хоромах, у него должно быть что-то более современное. Не из-за Чарли, нет. Уверена, что любителю спортивных мотоциклов и электрокаров нужно что-то другое… Что-то компактное с панорамными окнами, интеллектуальным затемнением и террасами, нависающими над водопадом. А вокруг должна быть дикая сочная зелень, по которой никогда не скажешь, что над ней трудился садовник. Игорь у меня такой — непредсказуемый и дерзкий, дом должен быть ему под стать. Ловлю себя на мысли, что думаю об Игоре, будто он мне принадлежит. Стыдливо гоню прочь эту мысль, у нас деловое соглашение. Через несколько дней мы расстанемся, и больше не увидимся никогда. Никакого «мы» нет и не будет, мне нет места в доме над водопадом…
 
Вслед за женщиной входим в просторную гостиную, украшенную резными дубовыми панелями. Или это кабинет? Стеллажи с книгами, и тут же широкий обеденный стол, в углу два уютных кресла и столик с шахматами.
Не сразу замечаю человека в коричневом костюме, который так органично вписывается в эту среду. Я видела фото Разумовского в файлах, которые мне передал Игорь — седой обстоятельный мужчина, похожий на профессора. В жизни он оказывается невысоким, энергичным пухляшом, подвижным, как шарик ртути.
Увидев его, Игорь замирает и сжимается, как пружина. Я ощущаю его напряжение и понимаю причины этого состояния. Очевидно, что Разумовский — человек темпераментный, Игорь не знает, как его встретят и готовится к любому исходу событий. Сейчас я могу стать, как свидетельницей грандиозного скандала, так и встречи старых друзей.
Николай Сергеевич стоит, покачиваясь на носках и засунув руки в карманы, сверлит Игоря взглядом. Со стороны это молчаливое противостояние напоминает сцену из вестернов — ты не знаешь, друг перед тобой или враг, пальцы порхают над пистолетом и в раскаленном воздухе будто висит вопрос — кто не выдержит первым?
Интуитивно делаю шаг в сторону, мне кажется, сейчас начнется буря, и мне не хотелось бы оказаться в ее эпицентре. Прикрываю глаза в ожидании.
— Игорь, ну наконец-то! — хозяин первый делает решительный шаг. Улыбаясь, он направляется к нам. Я с облегчением выдыхаю — кажется, Разумовский настроен радушно.
Еще пару минут наблюдаю, как они жмут руки, обнимаются, радостно шлепают друг друга по плечу. Скромно стою в сторонке и жду, когда же закончится это бесконечное «ну как ты», «вы совсем не изменились», «чего пропал» и прочее. Зазевавшись неловко задеваю полку, и пара книг с грохотом падает на пол. Наклоняюсь, чтобы их поднять и как раз в этот момент Игорь торжественно произносит:
— Николай Сергеевич, познакомьтесь. Это Вероника, моя жена. — Очень вовремя, я как раз сижу на корточках.
— Вероника… — седой колобок катится ко мне. — Ах, оставьте!
Николай Сергеевич мигом оказывается рядом и величественно протягивает руку. Я встаю с его помощью, на высоких каблуках это делать не очень удобно.
— Очень приятно, — я пожимаю сухую и сильную ладонь. Вспоминаю, знакомство Игоря с мамой и добавляю. — Игорь о вас много рассказывал.
Волшебная фраза работает, лицо Разумовского озаряется теплой улыбкой:
— Ты говорил с этой красавицей обо мне? Надеюсь ничего плохого?
— Да что вы, Николай Сергеевич, как можно…
— Что же мы стоим… Я так рад, что вы меня навестили. — Продолжая держать меня за руку, Николай Сергеевич громко кричит в сторону — Софья Игнатьевна, принесите нам чего-нибудь поесть? И попить, если можно.
Пожилая улыбчивая женщина, которая встречала нас у входа, тут же вплывает в комнату. Вкатывает столик на колесиках. Хм, колобок не так-то прост, какая вышколенная прислуга…
Мы садимся на высокие стулья с мягкой спинкой, и я чувствую себя Машенькой из сказки, которая заняла чужое кресло. Сейчас придет главный медведь и начнет спрашивать: «кто сидел на моем стуле».
— Утомились с дороги? — Николай Сергеевич разливает по бокалам красное вино, пока Софья Игнатьевна расставляет тарелки и раскладывает столовые приборы. — Серьезные разговоры на пустой желудок не ведутся.