Сеньорита

Ольга молчала, но во взгляде е` пилот уловил… восхищение! Что было несколько странно, но душу согревало.
Сам же он теперь почувствовал некоторый стыд. Действительно: пилот, железные нервы! Сорвался, как мальчишка! Вот потому и сбили, что эмоции преобладают над разумом… Позор!
— Что теперь будет? — спросил он.
— Ничего особенного, — пожал плечами Штефан. — Утрется и продолжит пьянствовать и хвастать. Но в газетку свою об инциденте, конечно же, не напишет, постыдится. А вам появляться в том баре теперь категорически нельзя. Еще полезет добавки получать…
— Полезет — получит, — хладнокровно сказал Денис. — Не пойдем мы больше в эту забегаловку, черт с ней. Но вот пообедать все же нужно. Там и съесть ничего не успели.
И они пошли в то же кафе, где были накануне. Вполне прилично перекусили, без соседства пьяных компаний.
А потом отправились гулять по Барселоне. Вряд ли американец будет рыскать по улицам, пылая жаждой возмездия.
Город был красивый, старинный и практически не поврежденный бомбежками. Впечатлял памятник Христофору Колумбу, открывшему Америку. Здоровенная колонна, на вершине которой и стояла статуя мореплавателя. Денис полюбовался львами у подножия, какими-то статуями и гербами, потом заметил:
— Лучше бы он эту Америку не открывал. А то едут оттуда всякие… И негров там угнетают.
Оказалось, что монумент этот построили еще в 1888 году к какой-то международной выставке. Колумб с вершины колонны указывал в сторону моря, словно призывал отправиться на поиски новых земель. Величественная, надо признать, штуковина.
Вокруг памятника раскинулся рыночек. Торговали овощами, фруктами и разным барахлом. Денису очень приглянулась коричневая кожаная курточка, и Ольга великодушно (правда, яростно поторговавшись) сделала ему подарок. Отдариться пилоту было нечем по причине отсутствия денег, но девушка нашла выход. На маленьком лоточке она выбрала себе причудливо завитое серебряное колечко и предложила считать, что это Денис ей подарил. И парню пришлось согласиться, тем более что выглядело украшение на пальчике Ольги замечательно.
Штефан наблюдал за ними с отеческой улыбкой. Ему, наверное, было немного завидно.
В порт они не пошли. Что там делать? Тем более, что охранялся он вполне серьезно, ведь диверсии в городе время от времени случались.
О том, что будет дальше, пока не говорили. Все зависло в неопределенности. Спустя какое-то время Штефан, извинившись, сослался на дела и удалился, порекомендовав им вернуться в отель. Что они и сделали, несколько устав от прогулки. Им было чем заняться.
  
ГЛАВА 13
 
Следующий день также прошел в осмотрах местных достопримечательностей. Впрочем, далеко идти не пришлось. Знаменитый (как оказалось) рынок «Бокерия» располагался тут же на Рамбле. Вернее, главный вход под огромную металло-стеклянную крышу был со стороны бульвара. И чего тут только не было! Конечно, в мирное время он наверняка процветал еще больше, но и сейчас это было грандиозно. Московские рынки явно проигрывали этому барселонскому. Денису на некоторое время стало обидно и грустно. Да, Испания — южная страна, у ней и океан Атлантический есть, и Средиземное море. Но ведь и у нас морей хватает, и южных краев! Почему же здесь все так ярко и обильно? А у нас… Вспоминать не хочется.
Рыбы, мяса, фруктов, овощей было в изобилии. Но Дениса и Ольгу все это не прельщало. За мелкую монету они купили несколько великолепных раковин — на память.
И заодно пообедали. Тут имелись такие закусочные с высокими табуретками перед прилавком. Сделал заказ — и тут же тебе сварят или пожарят креветок, мидий, какие-нибудь колбаски. Да чего душа пожелает. Проворные повара-продавцы сновали за стойкой, перешучивались с посетителями.
Вот только посетителей этих было не сказать чтобы много. И порции они брали довольно скудные.
— Ничего не поделаешь, — вздохнула Ольга, словно прочитав мысли Дениса. — Война, и денег у народа совсем мало. Им проще купить какую-нибудь дешевую рыбку и пожарить ее дома. А богатеи, которые еще остались, предпочитают рестораны. Такие в Барселоне тоже имеются.
 
Но на себе, любимых, они, естественно, экономить не стали и наелись от пуза всякой всячины. Денис даже осьминога попробовал, Ольга настояла. Оказалось, ничего себе. Хотя и немного упругая мякоть. Но пилот дал себе слово ничему не удивляться и верить Ольге полностью.
Довольные собой и окружающим миром, они вернулись в отель, прилегли на постель отдохнуть. И стали уже задремывать. А что, местная традиция, сиеста.
Внезапно раздался стук в дверь. Настойчивый такой. Кого еще черт принес? Это мог быть кто угодно. На всякий случай Денис сунул взведенный пистолет в карман и пошел открывать. Каково же было его удивление, когда в номер буквально вломился… давешний американский журналист! Как его… Хемингуэй… И с ним еще какой-то мужик.
Денис отскочил назад, вырывая из кармана оружие, но журналист что-то примирительно залопотал по-английски и продемонстрировал пустые ладони. Значит, не воевать пришел.
А мужик, сопровождавший американца, сказал на ломаном русском:
— Сеньор Эмингвай больше не хочет драться. Он хочет дружить. Он уважает человека, который смог послать его в нокаут.
— Какой еще Эмингвай? — удивился летчик.
Ольга, хихикнув, объяснила:
— Это они так по-испански Хемингуэя называют.
У них первая «X» не произносится.
— Так зачем же ее писать?
— Ну, вот такие правила языка…
Денис немного расслабился.
— А вы кто такой?
— Тоже журналист. Но я немного знаю русский, вот Эрнест меня и попросил поработать переводчиком.
— И что ему надо?
— Я же сказал — дружить!
— Вот не было печали… — буркнул себе под нос Денис, рассматривая продолжавшего радостно улыбаться американца. — Как вы нас нашли?
— О, у Эрнеста много полезных связей! Это было совсем не трудно.
Судя по сияющей роже этого самого Эмингвая, отделаться от него будет совсем непросто.
— Ладно, — обреченно вздохнул пилот. — Спросите, как он представляет себе эту… дружбу. И учтите, я практически не пью!
Гости обменялись несколькими фразами, и улыбка Эрнеста несколько поувяла.
— Он говорит, что еще не встречал непьющего пилота. Но вино вы ведь употребляете? Он видел в баре.
— Вино употребляю, — согласился Денис. — Но не чрезмерно.
— Вот и славно, — обрадовались два журналиста. — Поэтому приглашаем вас в один очень симпатичный бар неподалеку отсюда, чтобы отметить наше знакомство. Сеньор Эмингвай заверяет, что инцидентов, подобных вчерашнему, не будет ни в коем случае. Только сердечная дружба!
Ольга сказала:
— А что, пойдем! Пора и нам заводить полезные знакомства.
— Ты так считаешь? — нахмурился пилот, у которого были совсем другие планы на будущее.
Девушка кивнула.
— Журналисты — очень забавный народ. Везде могут пролезть и знают обычно намного больше, чем все остальные. Нам это пригодится.
— Ну… пошли, — согласился, наконец, Денис.
И они отправились на улицы Барселоны.
По пути Ольга выяснила у переводчика, что Хемингуэй испанский язык знает, но весьма плохо, в пределах двух-трех десятков фраз. Это ее несколько расстроило. Все-таки общаться через переводчика с известным писателем и журналистом как-то не очень приятно. Другое дело — живой разговор!
Заведение, которое выбрал Эрнест для более близкого знакомства с русским летчиком, и впрямь располагалось не очень далеко от отеля. И называлось «London Ваг». Этакое шикарное заведение, куда так просто и не сунешься. Денис тревожно глянул на Ольгу, но та была само спокойствие. Улыбалась беззаботно и о чем-то щебетала с журналистом-переводчиком. Он почувствовал укол ревности. Конечно, графиня небось и не в таких роскошных местах бывала!
Девушка, словно почувствовав это состояние, ласково, успокаивающе провела ладонью по рукаву его куртки. Дескать, все в порядке, не нервничай! И он сразу успокоился.