Сеньорита

Золотые испанские реалы ему приходилось однажды видеть. Кто-то из испанских летчиков показывал ему пару штук. Так вот это были именно они! Выходит, что местные графья обладали целым состоянием. Ну, они ведь и так не бедные. И вилла есть, и земли, и виноградники. В придачу ко всему еще и золото! Ну не может местный граф не знать о таком сокровище! А значит, это его, и нечего Денису нос совать в чужие тайны. Какое отношение он имеет к этому золоту? Да никакого! Поэтому следует тщательно закрыть ящик и больше туда носа не совать. Если хозяева узнают, что кто-то копался в их сокровищах, этому кому-то очень не поздоровится! Человеческая жадность пределов не знает. Или сами убьют, или безжалостно сдадут фалангистам, что равносильно тому же убийству. Правильно Денис сделал, что не рассказал Ольге о тайном ходе. Она, конечно, девушка очень хорошая, но вот ее папенька…
Черт с ним, с этим золотом! Хотя республике оно очень бы пригодилось. Сколько оружия на него можно купить!
Так, все, закатываем рулончик, кладем его на место, закрываем крышку и замок.
Теперь посмотрим, что прячут в другом ящике. Тоже золото? Или бумажные купюры?
Оказалось — не то и не другое. Оружие! Аккуратно смазанные и упакованные в промасленную бумагу винтовки, пистолеты «маузер» и патроны. Видимо, к этому арсеналу. Надо же! На целый взвод хватит!
Здесь Денис даже не раздумывал. Все упаковал обратно и закрыл на замок. Вот ничего себе сокровищница!
Вернулся назад в свою каморку за зеркалом, лёг и стал думать.
Куда он попал? Вроде бы обычная финка, поместье. Но с двойным дном. Его подобрали, спрятали от врагов, кормят, лечат, учат языку. В ближайшее время помогут пробраться к своим.
И все же скрывается здесь какая-то тайна. Кто устроил потайной ход? Кто спрятал там оружие и золото? Сам граф или бывшие хозяева поместья?
Вот это — вряд ли. Денис уже обратил внимание, что ни в ходе, ни на ящиках практически не было пыли. Значит, все это сооружено недавно.
Тут что-то не складывалось. Если тайник устраивался по приказу Рязанцева (ну, не сам же он все это мастерил?), то почему Дениса спрятали за зеркалом, зная, что тот может обнаружить проход в сокровищницу? Не могли ведь они считать военлета таким уж тупицей, не способным сдвинуть пару досок?
Он вспомнил, как нашел вход. Случайно ведь, только руками размахивал. Все равно не сходится. По логике вещей, каждый узник первым делом обыскивает место, куда он попал в надежде (тщетной, надо сказать) найти какую-нибудь лазейку и убежать. У Дениса такой шанс есть. Тот же граф Монте-Кристо (попалась как-то книжка о нем, прочел с увлечением) рыл подземный ход. Таким способом убежать ему не удалось, но в конце концов на свободу он вышел. Вернее, выплыл.
В полной мере узником себя Денис не считал, как и люди, приютившие его. Но ведь наверняка могли предположить, что тайник свой он обследует.
Да, не сходится. Ну и черт с ним, отложим эти бесполезные раздумья на потом. А пока займемся испанским, пока свеча не догорела…
Охранник, похоже, не успокоился и в течение ночи Денис пару раз видел за стеклом узкую полоску света, появлявшуюся, когда фалангист приоткрывал дверь и прислушивался к темноте, царившей в зале. В такие моменты военлет старался даже не дышать.
К утру свеча почти догорела, а голова пилота была забита новыми словами и фразами языка, который он постепенно начинал понимать.
День прошел в относительном спокойствии. Правда, заявились фалангисты и вновь учинили обыск всего дома. Видимо, охранник доложил о подозрительном ночном шуме. Но, как и в прошлый раз, фашистам ничего найти не удалось. О том, что существует тайная комната за зеркалом, они, в основном деревенские парни, догадаться не могли. Чуткого фалангиста похвалили за бдительность, отругали за пустые хлопоты. С тем и удалились, оставив теперь на посту двух стражей. Один по-прежнему караулил входную дверь, а второй прогуливался вокруг дома и иногда осматривал некоторые комнаты на первом этаже.
Это создало некоторые трудности. Во-первых, Денису хотелось есть так, что в животе началось некоторое бурчание. А во-вторых, пора было выносить ночной горшок. Он и сам мог бы это сделать, улучив момент, когда стражника не было на той стороне дома, куда выходил тайный вход. Но сделав это, он невольно показал бы Ольге, что знает о секрете виллы. Этого делать ему совсем не хотелось и приходилось терпеть запах, распространяемый ночной вазой. «Ничего, — утешал он себя. — Бывали ситуации и похуже. В землянках на фронте и не такой дух стоит». Но смущало то, что «аромат» почует и Ольга, когда наконец придет навестить его.
 
Девушка появилась где-то после обеда. Нырнув за зеркало, она сморщила носик, но ничего не сказала по этому поводу.
— Сейчас оба фалангиста на кухне. Их кухарка наша кормит. Давай горшок, я быстро!
И действительно, обернулась за одну минуту.
— Вот теперь и поговорить можно. Папенька им там вина выставил несколько бутылок, так что время есть.
Денис скривился.
— Вино — фашистам?
— А что ты хочешь? — возмутилась Ольга. — Надо же как-то их отвлекать, пока я у тебя! Держи, я и тебе поесть принесла. Только без вина. Доктор запретил тебе спиртное на время.
— Обойдусь, — сказал Денис, разворачивая салфетку, в которую были упакованы и завтрак, и обед, и, надо полагать, ужин. Имелась даже чашка холодного томатного супа.
— Это гаспачо, — сообщила Ольга. — Его так и едят холодным, не крути носом. Особенно вкусно в жару. А у тебя здесь явно не холодно. Так что ешь, а я тебе пока новости расскажу.
Она убрала огарок и поставила новую свечу, рядом положила еще несколько. Пояснила:
— Это на случай, если я ночью прийти не смогу. Чертовы фалангисты так и шныряют! Ты ведь уже видел: теперь второго оставили. Объедают нас, паразиты! Один спать будет, а второй службу нести. Потом поменяются. Ну, ничего, мы их как-нибудь обдурим!
Денис оторвался от тарелки:
— Что на фронтах делается?
— Ничего не могу сказать. Радио врет, как обычно. Газета одна только приходит, но и там вранье. Только не начинай, пожалуйста, опять ныть: к своим хочу! Еще пару дней — и будем собираться…
— Я и не ною! Да ведь действительно, хватит отлеживаться. Я в полном порядке!
— Доктору виднее. Жалко, что сюда его нельзя пригласить. Но я что-нибудь придумаю!
— Уж придумай, будь так добра, — проворчал Денис, принимаясь за короткие колбаски, нашпигованные чесноком. Вкусно было необычайно.
— Хорошая у вас кухарка, — похвалил он.
— Хорошая, — согласилась Ольга. — Но Франко поддерживает! То и дело твердит: «Когда уже настоящая власть придет?»
— Смотри, как бы она вас не отравила! — попытался пошутить Денис.
— Это вряд ли, — улыбнулась девушка. — Она первая свои блюда пробует. Так, все доел? Давай посуду, и я побежала, пока эти вино не допили! Ночью все-таки постараюсь прийти. Надо же проверить уроки! Ты хоть учишься здесь? Не лодырничаешь?
— Как можно! Я теперь знаю, что язык очень может пригодиться.
— Вот! — кивнула Ольга и скрылась за зеркалом.
Денис проводил ее взглядом. Красавица ведь! А связалась с таким обормотом, как он. Ну, соотечественник, это понятно. Но ведь тут не только это, он чувствовал. Да и сам того-этого…
Тут он смутился, и чтобы в голову не лезли дурацкие мысли, раскрыл тетрадку с новыми заданиями.
Остаток дня он зубрил испанский, отжимался от пола, «крутил велосипед». Что еще делать в его положении, как не готовиться к будущим трудностям? В полку его, наверное, уже и забыли. Помянули, как водится, и — опять полеты, схватки с врагами. Жизнь не стоит на месте.
Зато какой будет сюрприз, когда он явится в расположение! Шею за потерянную машину, конечно, намылят. Ну что же, виноват, не отрицает. Но готов в небо хоть сейчас! И докажет всем, что летать и сбивать не разучился за время своего вынужденного отсутствия. Все образуется. Лишь бы до своих добраться…
Двое новых фалангистов помоложе предыдущего. В форме, подтянуты, так и стреляют глазами по сторонам. Как бы не заподозрили чего. Уложить-то он их уложит, недаром чемпионом полка по боксу был. Но очень не хочется подставлять хозяев. А если и стрельба начнется… Надо быть очень осторожным.