Уокер (ЛП)

«Оборот. Представь, как я трахаю тебя-человека, и перевоплотись. Мне нужно вновь быть внутри тебя. Скорее».
Её кошка отступила, и вид обнаженной Кэйтлинн едва не повалил его наземь. Мужчина даже не дал ей времени подняться или перевернуться, когда устроился позади неё, глубоко погружая свой член в её киску.
Кэйтлинн была скользкой от его спермы и собственного возбуждения. Уокер крепко сжал её бедра, погружаясь внутрь своей пары. Его яйца были покрыты её соками, и мужчина понимал, что не сможет удержаться, кончив вслед за ней.
Грудь Линн покачивалась с каждым его толчком, и Уокеру захотелось пососать их. Вновь выйдя из неё, мужчина перевернул девушку на спину, устроившись между её разведённых ног. Оборотень с наслаждением смотрел на неё под собой.
– Ты даже не представляешь, насколько прекрасна для меня сейчас. Ты такая влажная, что могу пить из тебя целый час, даже близко не приблизившись к концу, – Линн обхватила свою грудь, сжав соски. – Вот так, детка. Сделай их чувствительными для меня.
– Помоги мне, Уокер. Пожалуйста. Я вновь хочу почувствовать тебя внутри. Помоги мне кончить с тобой. - Поглаживая свой член, мужчина наблюдал за ней. – Уокер, пожалуйста?
Направив свой член к её лону, Уокер наклонился над своей женщиной, взяв один из её сосков в рот, и прикусил его. Взвизгнув, девушка приняла его в себя, выкрикнув его имя. Когда Кэйтлинн обвила его бёдра ногами, оборотень принялся за её второй сосок. Приподняв голову, мужчина всмотрелся в её лицо, в рваном ритме двигаясь внутри её киски. Кэйтлинн была такой тугой, как никогда прежде.
Превосходно, это было совершенно превосходно видеть её такой. Выражение её лица менялось с каждым толчком его члена. Он знал, когда каждый раз касался её сладкого местечка. Он знал точный момент, когда Линн почувствовала свой скорый оргазм, и Уокер мог видеть, когда она попала в его плен, её лицо было переполнено восторгом. Его собственный оргазм настиг его достаточно скоро, и мужчина присоединился к своей паре, упав за край, желая вечно жить рядом с ней.
Уокер накрыл своим телом Кэйтлинн. Он хотел поднять её на руки и отнести обратно к озеру, чтобы вместе искупаться, но мысль о том, чтобы оторваться от неё, заставила его захотеть продлить этот момент, прежде чем положить начало его завершению. Когда МакКрэй хихикнула, чего он думал, никогда не услышит от неё, Уокер поднял голову, рассматривая сою пару.
– Ты тяжелый.
Уокер отодвинулся, подумав, что причинил ей боль.
– Нет, не надо. Не оставляй меня ещё. Мне нравится чувствовать тебя так. Теплым после секса, тяжело дышащего.
– Скажи мне, если станет тяжело.
Линн пообещала ему, что скажет, принявшись поглаживать его затылок. Уокер прикрыл на мгновение глаза. Ему нужен был всего крошечный момент.
* * *
Кэйтлинн наблюдала за тем, как спит её мужчина. Она знала, что совсем скоро ей придётся разбудить его, потому что ей ненадолго придётся уехать вместе с Президентом в Вашингтон. Девушка ещё не решила что на счёт работы, потому что Уокер был слишком занят, но она понимала, ей следовало хотя бы поговорит с ним, прежде чем она уедет. Прозвучал второй телефонный звонок.
Мужчина медленно просыпался от прикосновения к своему плечу, с улыбкой потянувшись к своей паре.
– Нет. Если ты притянешь меня к себе, мы вновь займемся любовью. И я опоздаю. Не то, чтобы своим опозданием создам проблему, но он сделал для меня пару вещей, и мне хотелось бы помочь ему, – Линн глубоко вдохнула. – У меня есть деньги. Много денег. И я положила их на твой счёт.
Уокер нахмурился.
– Почему ты сделала это? Я имею в виду, у меня много собственных сбережений, и если ты думаешь, что…
– Я ничего не думаю. Заткнись и послушай, – Кэйтлинн покраснела, когда он посмотрел на неё, подняв бровь. – Пожалуйста, позволь мне закончить. Я родилась в богатой семье. Мои родители были богаты, как и их родители. Но они умерли, когда я была ещё ребенком и… ничто из этого не имеет сейчас значения. Я получила всё это в наследство, и потому что я использовала деньги, которые получила за работу на правительство – я никогда не прикасалась к этому, они просто застаивались. Теперь же, в них есть смысл.
 
Кэйтлинн принялась расхаживать, чувствуя себя глупо из-за своего обнажённого вида, потому села на соседнем бревне. Это было не менее неудобно, и девушка спросила Уокера, не могли бы они вернуться в свой дом.
Взявшись за руки, пара направилась обратно, и девушка начала свой рассказ о том, что сделала. Она чувствовала, что каждый шаг, приближающий их к дому – отдаляет Уокера от неё.
– То дело в отношении земли и города – с ним покончено. Они больше не побеспокоят тебя или твою семью. Мэр сказал, что сделкой занимался посредник, который должен был скупить дешёвую землю или забрать её у вас, ребята, а потом перепродать заказчику, который в ближайшие месяцы должен был приехать в город, – Уокер кивнул, но никак не прокомментировал её слова, когда они вошли в дом, поднявшись по лестнице в спальню. – Его арестовали, как и некоторых участников его команды мудаков. Они в тюрьме. И твой брат сказал, что убедиться, что они там и останутся. Я верю ему. Если бы мне понадобилась помощь – я бы обратилась к твоему брату. К Марку.
Уокер всё ещё хранил молчание. Кэйтлинн надеялась, что он нормально воспримет это, или, что более вероятно, разозлиться. Хоть какая-то эмоция от него сейчас – это уже было бы хорошо. Девушка прошлась по комнате, достав одну из его огромных рубашек, натягивая на своё тело. Ей нужно привезти больше одежды из Вашингтона. Если он захочет, чтобы она вернулась, конечно же.
– Я собираюсь уехать в Вашингтон с Президентом. Он и Маршалл должны прибыть в течении часа. Не знаю, когда вернусь, но мы сможем поговорить, когда это произойдёт.
– Нет.
Линн посмотрела на него, чувствуя боль от того, что он не захотел даже обсуждать это, надевая свою одежду.
– Я уже говорил это тебе раньше. Куда ты – туда и я. Мне всё равно, продлиться это неделю, или десять лет. Если ты уедешь в Вашингтон – я еду тоже.
– Не думаю, что ты понимаешь. Президент хочет, чтобы я…
– Я понимаю тебя. Я слышал каждое слово, вылетевшее из твоих маленьких милых губ. Но я так же помню и то, что ты говорила, что у него есть работа для меня, если мы решим жить в Вашингтоне в течении недели, возвращаясь домой на выходные. - Девушка направилась в ванную, сдерживаясь, чтобы не сорваться на него. – Посмотри на меня, Кэйтлинн. Пожалуйста?
Не отрывая взгляда от двери, она открыла ему своё сердце.
– Я уже встала между тобой и Ханом. И я не хочу вставать между тобой и твоими пациентами. Ты нужен им больше чем мне.
А после Уокер подошёл к ней, укрыв в своих руках, притягивая девушку к своему телу.
– Но ты нужна мне больше, чем я нужен им. Я не смогу жить без тебя, детка. Я не хочу, больше не хочу. Я так люблю тебя, и понимаю, что ты хочешь эту работу. Я хочу, чтобы ты получила её. И можешь ли ты представить, насколько здорово будет смотреться в моём резюме то, что я был личным доктором Президента? Черт, я вытащил свой счастливый билет.
Обернувшись, девушка рассмеялась.
– Поедешь со мной сейчас? Я собираюсь сделать то, чего с нетерпением ждала достаточно долго. Хочу сказать Джерри, что он облажался, и собираюсь пристрелить его.
– О да, я поеду. И мы поедем в твой дом в Вашингтоне, чтобы я мог решить, что нам потребуется, чтобы обжить его, – Линн начала было протестовать, но Уокер закрыл её рот поцелуем. – Возможно, я и не был в твоём доме здесь, но я ни у кого не встречал такого таланта к декорированию, как у тебя. Ты когда нибудь слышала о комнатных растениях или хотя бы видела фото? Линн, у тебя были самые «голые» стены, которые я только видел.
Девушка осмотрела его спальню, поняв, что он имел в виду. Его комната, как и весь дом, выглядела тепло и привлекательно. На фотографиях, и в деталях его комнаты была семья Уокера – ракушки после прогулки по пляжу, сосновые шишки откуда-то из лесу, в котором они только что были. Здесь были фото всех парней, когда они были ещё детьми. И фото со свадьбы отца их семейства. Линн кивнула своему мужчине.