Терпение и труд дракона перетрут (СИ)
Однако по мне проходились все эти треволнения как бы по касательной, у меня были отдельные покои, со своей кухней, с тучей слуг, и гипер тучей охранников. Своему относительному покою я одновременно радовалась и печалилась. С одной стороны бесконечный гомон этого ледяного улья безмерного утомлял, с другой стороны оглушающая тишина моего одиночества в роскошных покоях способствовала самокопанию и депрессии, и я невольно тянулась к драконам, незаметно заворачивалась в покрывало их мелких страстей, что позволяло мне отвлечься от собственных.
Стоит отметить, что жила я как робот, строго по программе. Витамины, упражнения на дыхание, общение с психологом, правильное питание, физкультура для беременных - одна часть программы. Далее была учеба, практика с Вравлой, вечерние беседы с Эваришем, который потихоньку вводил меня в сложные перипетии жизни клана - вторая часть. Частые визиты Мили, которые вошли в привычку, посиделки с Тай составляли мою третью часть, так сказать, светско-автоматический досуг.
А ночью властвовала пустота, скрытый вирус, четвертая сторона моего бытия под названием безнадёга. Как бы я не называла себя глупышкой, как бы не корила себя за слабохарактерность - я тосковала по Лоту. По его рукам, губам, шуткам, теплу, заботе. Тосковала как безумная, и продолжала любить, и беспочвенно надеялась, сама не пойму на что. Нет, внешне я оставалась беспристрастной, делала, то, что от меня ждут, не плакала, не истерила, а внутри меня бушевал огонь, и сдержать по ночам судорожный истеричный всхлип в последнее время становилось все труднее. Я списывала все на гормоны, но в душе понимала, что не в них дело. Я просто кожей проросла в этого чертового дракона, и сердце мое просто отказывалось его забыть, отказывалось его не прощать.
Больше всего мне в этой ситуации было жаль, как ни странно, Эвариша, он сильно переживал. Узнав его получше, я все чаще стала ловить себя на том, что сочувствую ему, замечая скорбные складки на его губах и резко проступившую седину. С недавних пор я осознала, что он по сути уставший старик, наделавший в своей жизни много глупостей, и так не дождавшийся достойной смены. И я всеми силами себя уговаривала, что я не сдамся, и обеспечу Эваришу спокойную старость, воспитав наследника, который бы оправдал его надежды, и хоть как-то компенсировал отсутствие в нашей жизни его сына. Ведь, пожалуй, Эвариш в страданиях по Лоту был единственным моим соратником.
А от Лота для меня известий не было. Вообще никаких. Через два месяца затишья я решилась спросить у Эвариша: как там его сын? Вразумительного ответа я не получила.
- Как Лот? – с трудом выдавила я из себя вопрос.
- Я не хочу об этом говорить, - хмуро отмахнулся Эвариш.
- А я хочу знать! Он отец моего ребенка. Может ему поведает об этом кто-нибудь! В конце концов, генетический анализ все подтвердил. Я не настаиваю на восстановление наших отношений, после двух месяцев молчания, трудно себе представить, что у него остались какие-то чувства ко мне, хоть я до сих пор и не знаю причину такого негатива. Уже неважно. Важно то, что я не хочу, чтобы мой ребенок вырос подобно мне, не зная своих родителей. Это знаете ли откладывает определенный негативный отпечаток на будущем развитии личности, - спокойно отчеканила я, хотя в душе царила буря.
- Я не знаю, что тебе сказать. У меня нет больше сына, он отказывается общаться со мной. Нет, ты не подумай, он не опустился, не пьет, ходит на работу, пропадает в своих экспедициях… - огорченно мямлил Эвариш.
«Лучше бы пил! Значит, его совсем не волную я, и мой живот с его ребенком» - с печалью подумала я.
Взять себя в руки мне в последнее время удавалось из рук вон плохо. И даже зная, что моя горечь имеет свои негативные последствия, я никак не могла настроить себя на позитивный лад.
Спасая планету и раскрывая эмоции драконов, я никак не ожидала, что мои настроения напрямую скажутся на драконьем братстве, но так оно и есть. Большинство обладателей чешуи пребывало на данный момент в поисках собственного «я», участились случаи спонтанных поступков, уходов из семьи, истерик, бурных разрывов, и прочей ерунды разрушительного свойства. Вот уж и правда, древний постулат о том, что счастливая и спокойная джейзу - мир на планете, оказался на редкость реалистичным. Потому как сейчас джейзу счастлива не была, и это сказывалось на общем эмоциональном фоне планеты крайне пагубно. И не даром Эвариш так настаивал, что я должна быть спокойна и довольна.
Он все же дал мне прочитать древние тексты, из которых следовало, что настроение джейзу напрямую действует на драконов. Таким образом, в свое время драконы настроив джейзу против себя, невольно поспособствовали упадку собственной экоситемы.
- А обо мне не спрашивает? – тихо-тихо спросила я, все еще не веря, что Лот так просто забыл меня.
- Он спокоен пока не упоминают тебя. Как только называют твое имя, он сходит с ума, крушит все вокруг, и не отвечает за свои поступки, - также тихо ответил старый дракон.
- Эвариш, а вы никогда не думали о психотропном воздействии? Это же ненормально!
- На драконов подобное не действует, - с усталым вздохом сообщил Эвариш - и потом, такие препараты попросту не производятся на планете. Вынужден тебя огорчить, нервная система драконов необычайно невосприимчива ко всякого рода воздействиям извне.
- А квентариане? Вы же понимаете, что кто-то из ваших им помог, они могли провезти все что угодно. Меня усыпить, а Лота одурманить, - не уступала я.
- Детка, я все проверил, - глухо, и с плохо скрытой жалостью ответил Эвариш - Маша, я делал Лоту насильный забор крови, причем неоднократно, никаких посторонних веществ не найдено. Я не знаю, почему мой сын так себя ведет.
- А что тут непонятного? Просто вся наша помолвка была лишь афера, с целью удержать меня на планете и заставить активировать силу джейзу, а когда оказалось, что я беременна, и не стану покидать планету из-за сына, панькаться со мной необходимость отпала. Все просто и понятно, я дура, которая поверила, а он умник, который все рассчитал, - подвела неутешительный итог своей жизни я.
- Маш, да, погоди ты, - зачастил Эвариш - Лот он... Я не верю. Он, конечно, предан клану, и планете, но не настолько. Он импульсивен, упрям. Ну, что ты ждешь от меня, чтобы я отказался от сына?
Я уже было хотела отмахнуться от Эвариша, пока не увидела его глаза, в которых отражалось бессилие и усталость. Я постаралась себе напомнить, что Эвариш очень стар и слаб, и безмерно расстроен не моим существованием, а поведением сына. А еще стало понятно, что у него было больное сердце, обостренным зрением джейзу я видела его недуг.
«Ну, нет» - упрямо подумала я – «Сынок, а давай ему поможем»
Я мысленно прикоснулась к сыну, и совершенно неожиданно получила мощный отклик на интуитивном уровне, именно от дракончика в моем животе. У меня потеплело на душе. Я не буду гоняться за Лотом. Зачем? Если чудо в моем животе, еще не родившись - так любит меня, понимает и сопереживает. А Эваришу я помогу.
Я подошла к Эваришу, положила ладонь на его сердце, и послала волну тепла и спокойствия в его порядком истрепанную временем сердечную мышцу.
- Эвариш, простите меня. Я треплю вам нервы. А вы так заботитесь обо мне. Будьте со мной рядом, а все остальное наладиться. Вы мне очень нужны. Познакомившись с родным отцом, я поняла, что зова крови нет. Мы женщины любим где потеплее, а рядом с вами мне жарко, и вы мой истинный отец, тот который заботится и все простит. Не оставляйте меня, - тихо попросила я.
- Знаешь, от Лота я никогда не слышал таких слов, - сказал Эвариш, опуская мою руку от сердца, боль его отпустила. А меня нет.
Как ни парадоксально ближе всех в этот не простой для меня период жизни стал Мили, мой матримониально озабоченный друг. Как только он узнал о моем разрыве с Лотом, он тут же примчался. На мой упрек, что он не общался со мной почти год, Мили ответил, что просто не хотел мешать моему счастью, и ждал пока страсти улягутся, и я все же вспомню о нем в ракурсе второго мужа.