Клан Белого Волка
– Друг мой… Да что я говорю, вы все здесь мои друзья! Старые друзья. Не в смысле возраста. Ибо в этом ракурсе я старше всех вас на тысячелетие! Вдумайтесь в эту цифру. В эти цифры. Ну хотя бы просто попытайтесь представить.
Сгоревших драккаров солёные лбыИ молот, разящий страшнее судьбы!И славу, и честь, и поэзии мёд,И страх забытья, как прощания лёд…– Эд, прости, это была цитата, или…
– Не перебивай бога! – рявкнул он, делая грозные глаза.
Седрик мгновенно сунул ему в руки кувшин вина, а Центурион слегка пристукнул копытом по затылку, чтоб не отвлекался. Дядя Хельги ни на кого не обиделся и всё понял правильно.
– Я вполне себе представляю те пещеры, где барон Роскабельски устроил своё пристанище. Поверь мне, это грязная нора с кучей ходов, тоннелей и катакомб, где при желании можно спрятать целую армию вампиров. Ты в курсе, как быстро они плодятся? Один кровосос способен за несколько недель оплодотворить до тысячи яиц (или как это у них там правильно называется?), таким образом подчинив себе всю округу за три-четыре года! Подросшие малыши уже с трёх месяцев могут охотиться самостоятельно…
Вот это я помнил. Не так давно, позапрошлой зимой, одна сердобольная крестьянка с моих земель подобрала в лесу замерзающего младенца. Малыш был так беспомощен и так хорош, что она принесла его в деревню и попыталась дать грудь. Но эта тварь отгрызла у женщины сосок, так что та умерла от потери крови. Хорошо ещё её муж не успел попасть под влияние малыша-вампира, с маху разнеся ему череп об косяк.
– Но если ты хочешь, чтобы мы вдвоём, ибо Седрик будет занят охраной замка, проникли в самое логово барона с целью спасения твоей (не моей!) подруги и её милашек (холодных, как лёд, и опасных, как сталь), совершая смертоубийственный подвиг, то… Фигня война! Я согласен.
Ну, собственно, ничего другого от бывшего бога ожидать было нельзя. Если он в нашем мире реальный псих, то здесь, в своей естественной среде, у него периодически просто башню набекрень сносит. Вообще! На фиг! Безвозвратно, и справку никому не покажешь, не каждый дракон или мертвяк в наших краях обучен грамоте. Большинство используют бумагу с печатью из психдиспансера совсем по другому назначению.
– Вы надеетесь применить какое-нибудь секретное оружие, сир? – хитро сощурился старый вояка. Хм, и он ещё говорил, что это я читаю мысли…
– О-о, друзья мои, так мы не просто пойдём петь прощальную песню викингов на слова О́дина, музыку Фрейи в кольце осатаневших от предвкушения крови вампиров? – наконец догадался кудрявый бог. – Ставр, варёный мухомор тебе в русские щи, ты решил спалить их всех к ёлкиной маме?!
– Да, именно это я и хочу сделать. Ребекка на выпасе, забирай её, у нас не так много времени. Центурион, собирайся.
– Похоже, я один ничего не понял, – честно признался чёрный конь, прядая ушами. – Как вы собираетесь сжечь вампиров и куда мы сейчас едем?
– За драконом.
Мой верный Центурион попытался изобразить аристократический обморок, опрокинувшись на спину, задрав ноги вверх и вывалив язык набок. Симулирует, аферист, но зато по системе Станиславского, не придерёшься. Это не я научил, это у него в крови.
– Сир, быть может, стоит взять волков?
– Я подумал об этом, но не уверен. – Мне действительно не хотелось каждый раз запрягать Серого Брата в собачью упряжку. И так мы гоняем его стаю и в хвост и в гриву.
Если вспомнить, то сколько уже раз волки реально нас выручали за одно обещание поддерживать их зимой бараньим мясом в случае неудачной охоты в лесах. Вожак прекрасно понимал, что мы были бы готовы и просто так подкормить его волков, но не хотел этого. Не из боязни быть обязанным замку Кость, нет. Он боялся, что его племя разленится, перестанет думать об охоте и полностью покорится воле человека. Волки Севера этого не любят…
– Лорд Белхорст, возьмите и меня с собой! – раздалось от дверей.
Эд коротко хохотнул, старик Седрик широко перекрестился, а Центурион покрутил копытом у виска.
Метью выпятил грудь и стоял на своём:
– Я уже исполнил все ваши приказания! И как ваш паж я просто обязан быть рядом с вами, деля все тяготы и лишения вашего нового похода. Почему вы отказываете мне в возможности стать рыцарем? Разве не в этом состоит высшее желание любого пажа?!
– Седрик.
– Прикажете убить недоноска?
– Эд.
– А почему сразу я? Парень лепит тебе правду в лицо, ты лорд, ты и выкручивайся.
– Центурион.
– Я в обмороке… Чего непонятно?
Нет, как раз всё понятно, решение любых проблем висит только на моём воротнике. Хотя можно подумать, когда-нибудь было иначе. А если и было, то лично я такого не припомню. Ладно, чёрт бы с вами. Неужели мне самому трудно отшить этого нахала…
Мяу!
– А??? – вскинулись все четверо, исключая меня.
– Минуточку. – Я достал сотовый, быстро прочитав: «Па ты не отвечаешь Метью не бей я проверю хаха».
На меня выжидающе уставились четыре пары глаз.
– Эд, забирай Ребекку. Центурион, тащи своё седло. Седрик, замок под вашей опекой. Метью, собирайся. Меч, плащ, запас еды на два дня.
– Ты с ума сошёл?!
Даже не берусь уточнять, кто это сказал. Мне без разницы. Если Хельга хочет, чтобы я дал шанс этому тощему мальчишке, ещё вчера бегавшему на костылях, да ради бога! Жалко мне, что ли?! Я так привык за все эти годы хоронить самых верных и преданных бойцов, что жизнь какого-то там пажа… Да тьфу! Тем более что этот гад внаглую ухлёстывает за моей дочерью… Убью…
– Вы ещё здесь?
Ответом послужил лёгкий сквозняк, коснувшийся моей щеки, всех сдуло.
Мгновением позже из своего стойла высунул умильную морду чёрный конь, держа в зубах своё седло. Должен признать, что эта скотина всегда отличалась присущей птице говоруну «и сообразительностью». Седрика видно не было, а вот Метью уже через пять минут стоял, полностью снаряжённый к дальнему походу. То есть мешок с сухим пайком за плечами, длинный меч, фляга с водой на поясе и нелепая шляпа с пером в стиле голливудского Робин Гуда. Фу-фу-фу…
– Сир, вам не кажется, что вы кое о чём забыли? – не особенно прозрачно намекнул мне присоединившийся к нам старый крестоносец, бросая выразительный взгляд на гостевую башню.
– Напомните, когда леди Мелисса собирается от нас ещё не съехать?
– Шутите, сир?!
– Скорее стенаю, – вздохнул я, понимая, что пройти через весь двор незамеченным не получится. Хотя, конечно, если немножко поломать заднюю стену конюшни, доползти к колодцу, а там короткими перебежками до ворот, то шанс есть.
– Мой лорд, – тут же вспомнил забывший обо всем, кроме похода, Метью, – вас же леди Мелисса ищет!
– Кто сказал старой мымре, что я на конюшне?
– Никто, поверьте! Она говорит, что чует ваш запах… и идёт по следу…
Задница О́динова, ну зачем я сегодня пользовался лосьоном после бритья?! Навозом сапоги вымазать, что ли? Нет, не поможет, вот если б мне из него целую маску на лицо сделать, тогда да…
– Метью, Центурион! Дождитесь сэра Эда и будьте за воротами! Седрик, накиньте мой плащ и заройтесь в солому.
– Вам совсем не жаль меня, сир? – скорчил плаксивую мину старый крестоносец, но послушно взял предложенный плащ и потопал в угол.
– Минуточку. – Я подхватил кувшин, вылил остатки вина на ладони и хорошенько умылся. Липко, противно, но фигу она теперь почувствует мой запах!
– Поторопись, смертный, – уже в дверях конюшни бросил Эд. – Похоже, твоя мумия спешит сюда на всех парусах!
Я подпрыгнул, зацепился за потолочную балку и повис на ней, крепко держась руками и ногами. Вернусь домой, перечитаю историю семейства Медичи. Должны же быть какие-то яды, в конце концов…
В проходе меж стойлами раздался стук каблучков и тяжёлое прерывистое дыхание неутомимой маньячки.
– Лорд Белхорст, что же вы от меня прячетесь, шалунишка? Ай-ай-ай…