Сирена (ЛП)

— Как в сказке. — Она задумалась об этом на мгновение. — Было холодно?
Рэйф нахмурился, как будто никогда не задумывался над этим вопросом. — Нет, но ведь ты не думаешь о температуре и погоде в галлюцинациях, не так ли?
— Нет, я думаю, нет. Продолжай.
— Повсюду чувствовалась сила — невероятная мощь. Я понятия не имел, как ее можно использовать, но знал, что она потенциально очень опасна.
— Как ты выбрался из Города-призрака?
Рот Рэйфа скривился в невеселой улыбке. — Как обычно выходят из сна. Я проснулся.
— Где ты проснулся?
— В серой комнате. Во сне я вылез из бассейна, понял, что буря утихла, и опустился на пол комнаты. Энергия все еще бушевала. — Рэйф посмотрел на свое кольцо. — Я помню, как подобрал этот камень. А потом я просто пошел. Руины охватил мощный пси-шторм, который, должно быть, был вызван взрывом. Я прошел через него и просто продолжал идти. К счастью, мой локатор заработал, как только я вышел за пределы зоны действия бури. Где-то по пути меня нашли мой брат и команда Копперсмит.
Она чуть не упала с кресла. — Подожди. Остановись. Ты прошел сквозь пси-шторм? Как? Никто не может преодолеть бурю.
Рэйф снова посмотрел на свое кольцо. — Думаю, этот камень каким-то образом помог мне ориентироваться в течениях шторма.
— Хм. — Она кратко обдумала это. — А что насчет серой комнаты и бассейна с жидким кристаллом?
Рэйф встретился с ней взглядом. — Разве ты не понимаешь? Это все галлюцинации: бассейн и ворота в Город — Призрак. Как пишут на майке, «я был в Городе льда и тумана», и единственное доказательство, вот это паршивое кольцо.
Они оба посмотрели на серый кварц в его кольце. Он больше не излучал энергии.
— Кажется, камень реагирует на твое энергетическое поле, — предположила Элла.
— Ах, да. Когда у меня возникают видения, камень нагревается. Это единственное, что он делает.
— И все же ты сохранил его.
Он медленно выдохнул. — Я сохранил его, потому что он сообщает мне, когда у меня видения. Это мой личный предупредитель.
— Ты действительно веришь, что тебе приснился Город изо льда и тумана?
Рэйф выдохнул и потер затылок. — Это единственное разумное объяснение.
— Что случилось с руинами?
— Вероятно, они все еще там, но никто не может добраться до них из-за бури.
Элла взглянула на кольцо. — Никто, кроме тебя?
Рэйф проследил за ее взглядом. — Возможно, мне удастся пройти через нее. Может быть, даже провести команду. Но какой в этом смысл? Тем не будет бассейна и портала в Город-Призрак. Все это было сном.
— Что было потом после того, как твой брат нашел тебя в Тропическом лесу?
— Было очевидно, что я обгорел и у меня лихорадка. Никто не знал, что будет со мной, поэтому врачи-парапсихологи предложили запереть меня в красивой мягкой комнате, где я не смогу причинить вреда ни себе, ни другим. Моя семья не согласилась с этим методом лечения.
— И что сделала твоя семья?
Рот Рэйфа изогнулся в очередной кривой улыбке. — Вместо этого они заперли меня в семейном комплексе на острове Коппер-Бич. Где я и был последние три месяца.
Наступило долгое молчание.
Элла наконец откашлялась. — Знаешь, ты мог бы отправить сообщение.
— И что сказать? Извини, у меня сильный ожог. Наверное, я превращусь в монстра или в одаренного сумасшедшего, почему бы нам не выпить по чашке кофе?
Гнев пронзил ее. Она вскочила на ноги. — Да хотя бы это. Боюсь, твое оправдание не прокатит, только не со мной. Я тоже монстр, помнишь?
Он уставился на нее, явно потрясенный ее яростью.
— Ты не монстр, — сказал он.
— И ты тоже.
— Послушай, я не совсем годный материал для свиданий, ясно? Парагенетика в моей семье достаточно сложная. Теперь я добавил к этому сильный ожог и лихорадку. Так что да, я решил, что, возможно, было бы неплохо убедиться, что я не стану монстром или не превращусь в какого-нибудь пси- вампира, прежде чем пригласить тебя на свидание.
— Оправдания, оправдания.
Серый кварц в кольце Рэйфа вспыхнул. В следующее мгновение он вскочил с кресла. Очень осторожно, не отрывая от нее глаз, он расстегнул наплечную кобуру и положил ее вместе с пистолетом на стол.
 
Он подошел к ней, его глаза пылали. Ее пульс бешено частил, но она отказывалась отступать.
Он обхватил обеими руками ее плечи.
— Знаешь, каково было мне эти последние три месяца? — спросил он опасно мягким голосом.
— Откуда? Ты так и не удосужился выйти на связь.
— Я был свихнувшимся родственником, которому приходилось прятаться на чердаке. Все вокруг наблюдали за мной, как за тикающей бомбой, которая взорвется в любую минуту без всякого предупреждения. Каждый раз, когда я смотрел в глаза матери, я видел ее боль и страх. Я знал, что она меня не боится. Она боялась за меня. Каждый раз, когда я просыпался от лихорадочного сна, я обнаруживал, что она склоняется надо мной, пытаясь меня успокоить. А мои братья и отец продолжали делать вид, что ничего необычного не происходит и что я исцеляюсь.
— Когда ты, наконец, пришел к выводу, что, может быть — просто может быть — ты не превратишься в монстра?
— Решение принял мой отец. Он понял, что я уже лезу на стенку, и его интуиция подсказала ему, что я не опасен. Он решил, что мне нужна работа. Вот почему я отвечаю за очистку Страны Чудес. И это именно то, что я собираюсь сделать, потому что это мой шанс доказать, что я нормальный.
— Итак, ты решил позвонить мне, когда понял, что я нужна тебе, чтобы выполнить твое драгоценное задание на Рейншедоу.
— Я собирался позвонить, несмотря ни на что, — сказал он сквозь зубы.
— И ты думаешь, я поверю в это?
— Да, черт возьми. — Он крепче обнял ее за плечи. — После того, через что мы прошли вместе, я ожидаю, что ты мне поверишь.
— Я доверяю тебе. — Она деликатно сделала паузу. — В какой-то степени.
— Что, черт возьми, это должно означать?
— Что ж, я определенно верю, что ты защитишь меня в случае попытки похищения. Я верю, что ты оплатишь счет, когда консультационная работа будет завершена. И я верю, что ты не расскажешь миру, что я Сирена.
— Я просто чертовски взволнован всем этим доверием.
— А что ты хочешь?
— Тебя. — Он притянул ее ближе. — Я хочу тебя, Элла Морган, но не могу предложить тебе никаких долгосрочных гарантий.
Она холодно улыбнулась. — Я такая же, как и ты, когда дело касается долгосрочных гарантий, помнишь? У меня тоже нет расширенной гарантии. Такие женщины, как я, до чертиков пугают нормальных мужчин. А не совсем нормальные пугают меня до чертиков.
— Ты меня не пугаешь. А я тебя пугаю?
Она посмотрела на него, чувствуя жар, между ними. — Такими темпами они могут поджечь комнату, — подумала она.
— Ты абсолютно уверен, что я тебя не пугаю? — прошептала она.
— Я никогда в жизни не был более уверен ни в чем.
Она обвила руками его шею. — Итак, вот мы, пара людей, которые должны бояться друг друга до смерти. Если бы у нас было хоть немного здравого смысла, мы бы оба бежали в противоположных направлениях.
— Не знаю, как ты, но я никуда сегодня не уйду — если только ты не выставишь меня за дверь.
— Нет, — сказала она. — Не сегодня.
Он сильно прижал ее к своей груди и захватил ее рот своим. Они оба полыхали, и опьяняющий жар ауры Рэйфа столкнулся с ее собственным энергетическим полем в чувственном бою.
Она смутно осознавала, как Рэйф развязывает пояс ее халата. Он упал на пол у ее ног. За ним последовала чопорная простая хлопчатобумажная ночная рубашка, которую она купила в Сёздей-Харбор.
А потом ее раздели догола, и сильные руки Рэйфа нежно скользили по ее телу. Его прикосновения были одновременно жестокими и болезненно нежными. Когда она вздрогнула от предвкушения, он застонал и прижался ртом к ее горлу.
— Ты такая мягкая, — сказал он хриплым голосом. — Я знал, что так будет. Ты никогда не узнаешь, сколько раз я тянулся к тебе во сне за последние три месяца. Но ты всегда была слишком далеко.