Рюрик Скьёльдунг

Кроме того, заимствование славянами у русов-скандинавов традиции использования отчеств выделяет восточных славян среди большинства европейских народов. Как и у скандинавов, отчество на руси идентифицировало человека, устанавливало связь человека с его родом, его предками (Успенский 2002: 65–110).
До появления врагов-русов кузнечное дело у славян находилось в примитивном состоянии, с чем была связана неразвитость ремесел и отсутствие наступательного и защитного вооружения (Поляков 2006: 7).
Варяги-русы принесли с собой в земли славян и финнов навыки более развитого кузнечного дела, в частности, технику трехслойного пакетирования, в которой были изготовлены ножи IV группы по Минасяну (Завьялов, Терехова 2012, 2015), что привело к резким, революционным изменениям во всей культуре славян и финнов, объединенных под властью Рюриковичей на рубеже ІХ–Х вв.
Варяги-русы Рюрика, как и любые норманны, были профессиональными воинами. Как я уже упоминал выше, они принесли с собой навыки использования защитного и наступательного вооружения, с их появлением изменилась полностью тактика славян, которые участвовали в их военных предприятиях.
Уже одно упоминание в летописи, что Рюрик пришел «пояша со собою дружину многу и предивну», указывает на то, какое влияние оказали норманны на развитие военного дела на Руси. Теперь и русы, и славяне использовали такой скандинавский тактический прием, как «стена щитов» (скьёльгард) (Щендрыгин, Пенской 2011; Пенской 2012).
Варяги-русы были народом-мореходом. И это также нашло свое отражение в списках древнейшей нашей летописи — ПВЛ. В ПВЛ не только русь стоит в ряду скандинавских народов, но и в географических экскурсах упомянуты в основном народы, сидевшие по берегам морей, на что обратил внимание еще историк XIX в. Н. П. Барсов (Барсов 1885).
Русы Рюрика/Рёрика Фрисландского в своей организации морского дела на Востоке опирались на местные ресурсы и на местные суда — моноксилы-однодревки, более приспособленные к плаванью по речной системе с ее порогами и волоками. Собственно и ранее на Западе они опирались на местные ресурсы и использовали плоскодонные местные суда — коги, приспособленные для плавания по заболоченному мелководью — «маршам» Фризии.
Почти семьдесят лет, проведенные русами на территории империи франков, не прошли для них даром. Там они ознакомились с социальной организацией империи (Горский 2014), с ролью религии в деле укрепления верховной власти императоров (Coupland 1998: 96, 98, 99), а также с ролью дальней торговли, с чеканкой монеты (Кулешов 2018), с организацией управления и системой сбора налогов и податей.
Поэтому понятно, что относительно немногочисленные заимствования в древнерусском языке из скандинавского и относятся в основном к морскому делу и администрации.
Не случайно полюдье первых Рюриковичей было аналогом скандинавской вейцлы («кормления») с посещением князем и его дружиной («всей русью») подчиненных славянских племен для сбора даней. Также как зафиксированная в ПВЛ раздача Рюриком земель в лен своим ближайшим соратникам «овому Полоцк, овому Ростов».
Норманны принесли с собой на Русь обряд камерных погребений распространенный как в империи Каролингов, так и в Ютландии (Михайлов 1996а, 1997). Даже в договорах руси с греками, о чем я уже говорил, нашли свое отражение именно скандинавские обычаи клятвы на оружии и священных кольцах (Губарев 2013; Мельникова 2014а; Кулешов 2017), хотя клялись они в силу свойственного норманнам религиозного индифферентизма именами местных богов Перуна и Велеса.
Влияние норманнов на местные племена и влияние местных славян и финнов на норманнов-русов несомненно было взаимным. Так, на примере скандинавских погребений в Англии и принятии христианства Гутрумом, одним из вождей Великой Армии, Хадли показывает, как скандинавы быстро перенимали обычаи местных покоренных племен и склонны были при необходимости принимать христианство (Hadley 2008: 273).
Использование в преамбуле и в заключении текста договора магической формулы о заключении договора на время пока «солнце сияет и весь мир стоит» сближает тесты договоров со скандинавскими и особенно с древнефризскими юридическими документами (Губарев 2017б).
 
В искусстве Древней Руси от скандинавов был позаимствован плетеный и городчатый орнамент, такие украшения, как шейные гривны. Плетеный орнамент украшал страницы древнерусских манускриптов и церемониальное оружие. Стиль украшений оружия древних русов соответствовал скандинавским образцам.
Таким образом, трудно переоценить то влияние, которое во всех областях жизни оказали скандинавы-русы, ставшие знатью складывающегося древнерусского протогосударства и ко времени Ярослава Мудрого растворившиеся в славянской среде. Скандинавская культура, наряду с другими культурными заимствованиями, стала частью древнерусской культуры и органично вошла в нее как неотъемлемая составная часть.
  
Литература
 
Авдусин Д. А. 1994. Артемий Владимирович Арциховский и Новгород//Новгородские археологические чтения. Новгород. С. 28–34.
Агафонов А. В. 2006. Происхождение и источники древнерусского права (VІ–ХІІ вв.). Автореферат кандидатской диссертации. Казань.
Агни Л. 2017. Как остановить «эрзац-науку» и с чего начать?//Генофонд. рф. 07.09.2017. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://генофонд. рф/?раде_і0=28294, свободный. (Дата обращения 22.06.2018)
Азбелев С. Н. 2005. О Рюрике и Гостомысле//Новгородский исторический сборник. СПб.: Дмитрий Буланин. Вып. 10 (20). С. 7–31.
Азбелев С. Н. 2010. Гостомысл//Варяго-русский вопрос в историографии. М. С. 598–618.
Азбелев С. Н. 2011. Совершались ли сухопутные походы Руси на Константинополь?//Труды Первой Международной конференции "Начала Русского мира", состоявшейся 28–30 октября 2010 года. СПб. С. 139–145.
Александров А. А. 1997. О руссах на Западе и на Востоке: от Ингельхайма до Могилевского клада//Гістарычна-археалагічны зборник. № 12. Мінск. С. 17–23.
Александров А. А. 1997. Остров русов//Stratum. Петербургский вестник. СПб. — Кишинев. С. 222–224.
Алпатов М. А. 1982. Варяжский вопрос в русской дореволюционной историографии//Вопр. истории. № 5. С 31–45
Алпатов М. А. 1985. Русская историческая мысль и Западная Европа (XVIII — первая половина XIX в.). М.
Амальрик А. А. 2018. Норманны и Киевская Русь/Андрей Амальрик; науч. публикация, предисловие и комментарии О. Л. Губарева. М.: Новое литературное обозрение.
Аристов В. Ю. 2013. Свод, сборник или хроника? (о характере древнерусских летописных памятников XI–XIII вв.)//Studia Slavica et Balkanica Petropoütana. № 1. Январь-Июнь. СПб. С. 105–129.
Артамонов М. И. 1962. История хазар. Л.: Изд-во Гос. Эрмитажа.
Аряев Л. Н. 2018. Норманофобия и её фантомы//Valla. Том 4, № 1–2. С. 126–135.
Асланов Л. А. 2001. Культура и власть. Философские заметки. Книга 1. — М.: Изд-во ИТРК.
Атанов П. А. 2007. К вопросу о «Призвании варягов»//Вестник СПбГУ. Сер. 2. Вып. 3. С. 28–40.
Атанов П. А. 2013. Был ли Рюриком Рерик Ютландский?//На границе европейского пространства: Северный мир. Проблемы истории и культуры средневекового общества: Тезисы докладов XXXII межвузовской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Курбатовские чтения». СПб. С. 186–188.
Атанов П. А. 2014. К вопросу о месте захоронения Рюрика: Урочище Плакун//Петербургские исследования. № 5. С. 90–98.
Баран В. Д., Максимов Е. В., Магомедов Б. В. и др. 1990. Славяне Юго-Восточной Европы в предгосударственный период. Баран В. Д. (отв. ред.) АН УССР. Ин-т археологии. К.: Наук, думка.
Барсов Н. П. 1885. Очерки русской исторической географии география начальной (Несторовой) летописи/исслед. Н. П. Барсова, э. о. проф. и библиотекаря Имп. Варшавскаго ун-та. — 2-е изд., испр. и доп. алф. указ. — Варшава: Тип. К. Ковалевского.