Младший сын князя. Том 7 (СИ)

В случае если бы на нас напал враг, то мы первыми должны встретить нападение и сообщить о противнике командиру роты. И всю ближайшую неделю мы будем оборонять это место, меняясь со взводами каждые двенадцать часов.
Конечно, можно было организовать эту точку внутри барьера, но тогда ни о каком ведении боя не могло бы идти и речи. Внутри барьера невозможно использовать плетения против врага. Он нужен в первую очередь для того, чтобы защитить раненых и оказать им необходимую помощь, а также для удержания позиций до прибытия основных войск.
Вести караульную службу мне было не привыкать, однако в мои обязанности как вступившего в должность офицера входил лишь обход бойцов. От меня требовалось убедиться, что никто из них не отлынивает от поставленной задачи.
Однако зная дисциплину моих бойцов и то, что они ни за что бы не стали отлынивать, это становилось пустой тратой времени. Разговаривать же с другим офицером, который явно был не в восторге от меня из-за того, что я сюда попал как аристократ, я смысла не видел.
Поэтому я вместе со своими бойцами вставал на пост и при помощи медитации пытался уловить мельчайшие изменения в магическом фоне — как-никак именно с помощью магии визуально скрывались те, кто хотел проникнуть через границу. Пользуйся враг даже усилением тела, то я бы и это непременно почувствовал.
Уж не знаю, к удаче или нет, но в мою смену контрабандисты практически не попадались. Да, на второй день пребывания на заставе они совершили дневную вылазку, но я тогда не стоял в карауле и она закончилась ничем для обеих сторон.
Нарушители границ просто пришли, выпустили в нашу сторону несколько заклинаний и быстро отступили, словно пытались дразнить пограничников. И к сожалению для последних, поймать бандитов не удалось, что ещё больше нервировало обычных солдат.
В остальном служба проходила спокойно. Как рассказывал потом Вадим, он и его товарищи завели неплохие отношения с солдатами. Особенно в этом помогли прихваченные парнем сладости, которыми он всех угощал. Учитывая, что на заставе сладкое было в дефиците, солдаты оценили такой жест.
Они также с большим интересом отнеслись к доспехам нашего рода и МШВ, поскольку у них на вооружении стояли далеко не передовые модели.
С этим они не могли ничего поделать, поскольку разом перевооружить полностью армию стоило неимоверных денег, сил и времени, а уж про банальную нехватку рунных магов и кузнецов я вообще молчал.
Это дело могло спокойно затянуться на года, и к тому моменту поступившее к ним вооружение будет считаться устаревшим. Так что обычным солдатам приходилось в этом плане непросто, в отличие от слуг богатых и влиятельных родов. Особенно если у них есть собственные производства.
Возвращаясь к теме контрабандистов: несмотря на объяснение Ираклия Гивиевича, меня по-прежнему терзали сомнения и нехорошее предчувствие. В его словах была логика, но мне интуиция подсказывала мне, что тут явно кроется нечто большее. Всё-таки многолетний опыт войны пусть и при других условиях давал о себе знать.
Поэтому в свободное время, пользуясь возможностью, я беседовал с командиром роты и собирал дополнительную информацию, чтобы найти подсказки.
— Мне, кстати, вот что стало интересно, — обратился я к старику во время обеда в столовой. — А контрабандисты не пытались вызвать оползень против вас? Тут же повсюду горы, разве это не было бы логичным ходом с их стороны?
— Так пытались, — прервав трапезу, ответил Ираклий Гивиевич. — Помнится, год назад, когда контрабандисты совсем обнаглели, то попытались протащить динамит и энергетические кристаллы, чтобы вызвать мощный оползень. У них бы получилось, да разведка вовремя обнаружила их отряд. А затем мы их ликвидировали. Часть сбежала, часть взяли в плен, а потом подчистили несколько их перевалочных баз.
— А природные оползни тут часто бывают? — тоже решил спросить я, поскольку база находилась в окружении гор и, если посудить, для той же крепости это был не лучший вариант.
— В этих местах — редко. Я за тридцать лет на этом посту всего два оползня повидал. Да и от тех барьер спасал. Хотелось бы поставить базу повыше, конечно, да там нормальную дорогу не проведёшь. Столько магов земли понадобится, что не сосчитаешь. В общем, не бери в голову, — махнул рукой старик и продолжил есть свой суп.
 
— Хорошо, — кивнул я, и немного погодя спросил: — А давно контрабандисты так активизировались?
— Года два-три, пожалуй как, — немного подумав, ответил командир. — Раньше раз в месяц пытались проскользнуть, а сейчас обнаглели, прямо под барьер лезут.
— Как-то это подозрительно, — сказал я старику.
— Конечно, подозрительно. У них, поди, начальство сменилось, вот и активничают. Только что ты, что я, ответа не узнаем. Сколько раз их базы пытались найти и отловить, но всё это заканчивалось ничем. Многим выгодно, чтобы существовала контрабанда в том или ином виде, и с этим мы ничего не сделаем. Так что повторюсь: не забивай себе голову этими вопросами и ешь. Молодому организму это полезно.
— Хорошо, — ответил я и принялся трапезничать.
Так незаметно пролетела первая неделя. На пятый день нарушители границ вновь пытались прорваться сквозь оборону и наткнулись на мой отряд, но и эта встреча не закончилась ничем. Приказа преследовать их командир роты не отдал, так что мы только обменялись парочкой заклинаний и на этом всё.
Но вот на восьмой день, почти в ночь, когда мой отряд должен был заступить на смену, впервые поднялась полноценная боевая тревога.
— Говорит командир роты! — раздаётся голос Ираклия Гивиевича из моей рации. — На нас напали неизвестные боевики. Всем взводам вооружиться и направить силы на переднюю линию. Мы должны во что бы это ни стало удержать позиции!
Как по инструкции, мы сразу же бежим в оружейную комнату, вооружаемся винтовками, бронёй и остальным снаряжением, после чего бежим в сторону передовой линии. К этому моменту, стоя возле границ барьера, я замечаю, как бой разворачивается на всю катушку.
Со стороны врага прут не контрабандисты, которые не могли похвастаться серьёзным снаряжением, а хорошо вооружённые наёмники. На них одеты экзоскелеты той же модели, что у «Белых волков» в Ливии. Модель МШВ я не узнаю, но по вылетающим сгусткам энергии я определяю, что это отнюдь не старьё, которое ожидаешь увидеть у противника.
С нашей стороны уже вовсю сражаются солдаты, и командир в том числе. На первый взгляд по численности наша рота не уступает вражеским бойцам.
Однако я замечаю, что враг постепенно начинает прессовать солдат, и особенно нашего командира. У них магов пятого круга гораздо больше, чем у нас, и пока что Ираклий Гивиевич вытягивает сражение лишь на многолетнем опыте и знании территории.
Ещё пара минут и его совсем начнут теснить, а ведь парочка магов пятого круга занята пробитием барьера. Нужно поторопиться, пока они не переключили своё внимание на обычных солдат.
Я быстро анализирую ситуацию, изучая силы врага. На всё про всё у меня уходит пара секунд, после чего я раздаю приказы своим бойцам.
— Второй, третий, пятый и шестой, помогите левому флангу. Четвёртый, седьмой, восьмой, девятый, десятый — вы прикрываете мне спину, — говорю я и перевожу взгляд на Тимофея. — Первый, помоги командиру. На мне — ломающие барьер. Действует по схеме четыре-двенадцать. Вперёд.
С этими словами я, не раздумывая, первым врываюсь в бой. Выбора у меня всё равно немного, поскольку если сломают барьер, то противник безо всяких проблем закидает нас заклинаниями и убьёт всех, кто внутри.
Поэтому я бегу вперёд, несмотря на то, что в мою сторону летят шальные снаряды и вражеские заклинания, от которых я защищаюсь поставленными барьерами-сотами.
Бежать долго не приходится — мне навстречу мчится первый боевик. Он стреляет в меня из МШВ, но тут срабатывает защита талисмана.
Энергетические снаряды просто не долетают до меня, а я в свою очередь даю короткую очередь в одно и то же место, контролируя отдачу. На второй выстрел винтовка без проблем пробивает доспехи, а третий добивает врага.