Ревизор: возвращение в СССР 19 (СИ)

— Конечно, я понимаю, — благодарно посмотрела она на меня и вернулась к своей, теперь уже, агитбригаде.
* * *
Москва. Сквер перед ГЗ МГУ.
Марата задели слова Паши, что он Аише не ровня. Ещё отец, что-то заметив, вытянул его на разговор и услышав, что девушка сыну очень нравится, сказал:
— Нравится, добивайся, в конце концов, далеко не всё решают деньги. Но Паша прав — будь готов к тому, что она не сможет пойти против своей семьи и, если они ей скажут за кого-то своего выходить, она может и послушаться родителей. Там капитализм, сынок, они слишком много внимания деньгам уделяют, нам это трудно понять. Восток дело тонкое, к тому же. Это тебе не наши женщины, которым всё нипочём, лишь бы милый рядом… А как с этой будет — большой вопрос, сын.
Но Марат решил рискнуть, он чувствовал в Аише родную душу… Выбрав время между занятиями у себя в училище и тренировкой по самбо, прикатил к МГУ на своём Вартбурге и ждал Аишу, заранее узнав у Мартина время окончания занятий.
Девушка не ожидала его увидеть, растерялась и обрадовалась. Его более чем удовлетворило всё, что он увидел на её лице и осмелев, он галантно предложил подбросить её до дома.
По дороге они болтали обо всём подряд, он рассказывал ей, как разрывается в училище между своими занятиями и преподавательской деятельностью. Хорошо, что ему идут навстречу и разрешают посещать занятия вечерников, когда он что-то не успевает со своей дневной группой.
— Они уже сами мне говорят, главное, лабораторные не пропускай, — весело рассказывал Аише Марат, — и сдавай контрольные с курсовыми. Ну и зачёты с экзаменами, разумеется.
— Вот бы мне так учиться, — смеялась Аиша.
Она рассказала ему, что дядя Фирдаус обещал купить ей машину, если водить научится.
— Где у вас учатся на водительские права? — спросила его девушка.
— Научить-то я тебя сам научу, — задумался Марат. — Но ты же гражданка Ливана. Может, тебе проще у вас сдать?
— Я не подумала об этом. Я спрошу у дяди.
— Да, разузнай. У нас, просто, это история на целых полгода. Тебе тяжело будет и в университете, и в автошколе учиться. Я, конечно, спрошу у сестры, в какой автошколе они с мужем учились. Может, летом, на каникулах, и позанимаешься, чтобы знать наши правила.
Пока они доехали, успели и посмеяться, и на серьёзные темы поговорить, и прощались они уже как давние хорошие знакомые. Марат поразился этому ощущению и подумал, что он всё правильно делает. И у него теперь был её номер телефона!
* * *
После пар поехал на Лубянку. Надо сдать лекцию на согласование и узнать время ее проведения, чтобы не совпало с выступлением на Асфальтобетонном заводе. С облечением узнал, что лекцию в КГБ запланировали на 10−00 утра. Удачно вышло! Теперь Ионова не придется тревожить с переносом.
После Лубянки заехал в ЗАГС, получил свидетельства. Ну, наконец-то, наши дети с документами. Сразу поехал в поликлинику и прикрепил их к Кремлёвке. Выяснил, кто нас будет вести и пошёл договариваться об осмотрах на дому хотя бы первые полгода, а лучше и до года.
Доктор Алимов оказался немолодым мужчиной, невысоким, худым, напомнил мне своей лохматой седой шевелюрой доктора Айболита из мультика. Он удивился, что я без ребёнка на приём пришёл. Пришлось объяснять, что у нас двойня, а коляска в лифт не входит.
— Я вам буду очень благодарен за всю необходимую помощь на дому, — сказал я ему. — Жене не справиться одной с двумя детьми, а я вечно занят работой по самые гланды.
Он взял у меня выписки из Клайпеды.
— Не в Москве рожали? — удивлённо взглянул он на меня.
— Так здесь дышать же нечем было, — пожал я плечами, — какой у меня был выбор?
— Надо договориться, чтобы им выдали весы домой и ростомер, — взглянул доктор на медсестру, сидевшую с ним на приёме, и я понял, что он согласен. Слава богу. А то если ещё на полдня отпрашиваться в поликлинику, это будет совсем нехорошо.
Медсестра вышла из кабинета, а доктор начал делать записи в картах, которые тут же и завёл. Закончив переписывать в карты данные со свидетельств о рождении, он спросил у меня номер телефона и сказал, что приедет сразу, как дадут машину.
 
Попросил его, на всякий случай, позвонить и предупредить о своём приезде.
— Чтобы жена дома была, — объяснил я. — А то уйдёт куда-нибудь в аптеку. Ей помогает с детьми соседская бабушка, отпускает её по надобностям. Но лучше уж жене самой присутствовать при вашем визите.
— Конечно, конечно, — кивнул доктор.
Так легко согласился. Возьмёт он, интересно, деньги? Или побоится связываться с кремлёвским работником? Или я не один тут такой умный и у них практикуется такая форма обслуживания?
— Я целыми днями на работе, могу не оказаться дома в момент вашего приезда, — подбирал я слова, чтобы не обидеть и не напугать доктора. — Чем я могу вас отблагодарить за такие дополнительные хлопоты, я же понимаю, вы не обязаны к пациентам на дом ездить с профосмотрами…
— Да вы что! Это моя работа! — всё-таки испугался он.
Хорошо, что в кабинет вошли две медсестры, а то я, прямо, не знал, что дальше говорить. Они принесли детские весы и ростомер с инвентарными номерами, которые доктор переписал в одну из карт. У меня создалось такое впечатление, что они это не первый раз делают. Но не важно, главное –результат. Поблагодарил от всей души.
Весы оказались довольно тяжёлыми, а ростомер громоздким. Пришлось взять такси.
Кое-как притащил это всё домой, а у нас гости. Загит приехал. Как и обещал, в отпуск. Отпустили его на целых полтора месяца. Так что, он с нами до конца ноябрьских праздников.
Обрадовался ему, мне сразу спокойней стало, что ещё и он с Галиёй побудет полтора месяца. Ирина Леонидовна, конечно, очень ей помогает, но их двое, и детей двое. Как в магазин или аптеку надо уйти, кто-то один должен с двумя детьми остаться. А так у них ещё и Загит на подхвате будет. Он хороший дед, только с внуками повозиться ему не выдалось.
Когда я пришел домой, одного накормленного малого он добросовестно носил на руках в вертикальном положении, дожидаясь благородной отрыжки.
— Как я вам рад! — сказал ему искренне.
— Это что ты принёс? — с любопытством рассматривал он весы и ростомер.
— В поликлинике выдали. Попросил доктора на дом к нам приезжать, чтобы нам с детьми в поликлинику не мотаться.
— А разве так можно? — удивился Загит.
— Почему нет, — пожал я плечами и заглянул в спальню. Жена кормила второго. — Дорогая, свидетельства получил и прикрепил сегодня пацанов в Кремлёвку. Будет звонить доктор Алимов Виктор Львович, предупредит, когда приедет.
— Зачем? — спросила жена.
— Познакомиться хочет, он же вас ещё не видел.
— А почему вы сами детей в поликлинику не повезли? — удивилась Ирина Леонидовна.
— Двойняшек они на дому осматривают, — соврал я.
— Это же Кремлёвка, — как о само собой разумеющемся ответила ей жена.
— Тут ещё знаете, что? Мне на работе надарили талонов в «Детский мир», но они все сентябрьские, надо срочно ехать отоваривать. Ирина Леонидовна, может, отпустите завтра Галию? А то я же понятия не имею, что нам надо по детской части.
— Конечно, Паш, езжайте.
— И папа поможет, — подсказала Галия.
Ну всё, отлично. Со всеми, вроде, договорился. Всё разрулил.
Пришёл на кухню к Загиту, который так и держал малыша вертикально на руках.
— Ну, и кто ты у нас, — подошёл я к ним, — Руслан или Андрюха?
— Русланюха, — рассмеялся счастливый дед. — Возьми ребёнка.
Взял у него сына, мне показалось, он сфокусировался на мне. Специально несколько раз отводил руки с ребёнком подальше от своего лица. Он определённо следил за мной. Такой смышлёный взгляд…
— Глянь, как смотрит задумчиво, весь в тебя! — сказал мне Загит.
Затем, что-то вспомнив, Загит ненадолго исчез, а потом появился с конвертом и открыл его.
— Вот, две восемьсот за машину Марата, — положил он на стол стопку купюр. — И надо вам уже стенку покупать.