"Коллекция военных приключений. Вече-3". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Нет… Первый раз слышу.
— С вами был еще третий, Миша Алексеев.
Ребята переглянулись. Вася начал приходить в себя и, как говорят, обрел дар слова.
— Что вы, дядя! В Старой Деревне? Так далеко нас мама не пустит, — сказал он, вытирая нос.
— Ну, тогда придется о себе напомнить, — сказал незнакомец. — Вспомните-ка… Утром вам продукты привез один шофер. Вы его за диверсанта приняли…
С этими словами незнакомец перевел луч света на свое лицо. Ребята сразу узнали его, и, когда луч фонарика снова осветил их перемазанные лица, они радостно улыбались.
— Ой, дядя… Как вы нас напугали!
— Я думал, что вы тот… — сказал Степа. — Вот, думаю, крышка нам…
— Ну, а теперь приведите себя в порядок, отряхнитесь и рассказывайте, как вы сюда попали.
— Дядя, а как вас называть? — спросил Вася.
— Фамилия моя Трифонов. Так и называйте.
* * *
Иван Васильевич вернулся в кабинет и прилег на диван, но спать ему не пришлось. Зазвонил телефон.
— Слушаю.
— Иван Васильевич?
— Я.
— Трифонов говорит. Я достал то, о чем сообщал. Попутно двух пареньков знакомых встретил. Степан и Василий. Как поступить?
— Откуда вы говорите?
— Из Московского района.
— Машина где?
— Машина на улице. Ребята караулят.
— Забросьте мальчишек домой и быстро ко мне.
— Есть!
Повесив трубку, майор снова снял ее и набрал номер.
— Бураков?
— Я.
— Спали?
— Нет.
— Сейчас ложитесь спать. В девять утра зайдите ко мне.
— Есть!
Трифонов приехал через час и сразу пошел к начальнику.
— Вот, товарищ майор, — сказал он, передавая противогаз. — В подвале красного дома взял. Там их целый ящик спрятан, двадцать пять штук.
— Только противогазы?
— Больше ничего не нашел.
— На чердак поднимались?
— Все обшарил.
— Так. Где мальчишек встретили?
— В подвале сидели. Увидели Горского на рынке, узнали — и следом… Уверяют, что он их не заметил. Говорят, что положил противогаз, вышел и закрыл их. Ломиком дверь припер.
— А вдруг заметил?
— Не похоже.
Трифонов подробно доложил о результатах сегодняшней разведки и наблюдений, сообщил о своих планах и о том, что обещал Семену Петровичу вечером перебросить продукты с базы.
— Хорошо. Действуйте, как наметили.
— Есть!
— Ну, а теперь идите отдыхать, — приказал майор.
Оставшись один, Иван Васильевич занялся противогазом. Снаружи он ничем не отличался от обычных советских, гражданского типа, противогазов. Серая сумка со шнурком и пуговкой. Внутри два отделения. Прежде чем вытащить маску и коробку, майор приподнял противогаз. Вес его показался необычно тяжелым. Для сравнения Иван Васильевич снял со спинки стула свой противогаз и взял в другую руку. Да! Привезенный противогаз был значительно тяжелее… В резиновой маске и гофрированной трубке ничего особенного не нашлось, но, как только майор достал коробку, стало ясно, что секрет в ней. Вероятно, немцы очень тщательно копировали форму советской коробки, и при поверхностном осмотре она бы не вызвала подозрений, но сейчас Ивану Васильевичу сразу бросилось в глаза ее заграничное происхождение.
Отделка, окраска, даже сам металл горловины были чужими. «У промышленности каждой страны свой почерк», — подумал майор, отвинчивая коробку от гофрированной трубки. Он обратил внимание на цифры, выдавленные на кружке картона, закрывавшем нижнее отверстие. На советских противогазах этого не делали. Номер противогаза и штамп ставились на коробке сбоку. Осторожно вынул картонный кружок… Так вот оно в чем дело! Сюда закладывается часовой механизм. Значит, это мина. Иван Васильевич положил «коробку» на стол, откинулся в кресле и задумался.
Фантазия подсказывала много способов для использования этой, коварной мины. Ее можно незаметно пронести в любое место, поставить на определенный час, повесить где-нибудь и уйти. Висит противогаз, и никому в голову не придет, что это мина. Кроме того, противогаз можно подменить…
 
До сих пор еще не было таких взрывов, но теперь их можно ждать.
Иван Васильевич снял трубку и набрал номер.
— Товарищ полковник?.. Да, это я. Есть новость. Разрешите к вам подняться… Через три минуты буду у вас.
Иван Васильевич уложил коробку и маску обратно в сумку, застегнул ее и, надев противогаз через плечо, вышел из кабинета.
  
15. Оперативная задача
 
Утром Миша обнаружил возле своей койки узел для Люси. С интересом пересмотрел он все вещи: туфли, ботинки, валенки, галоши, пальто, шубку, капор, платья, нижнее белье, чулки, рейтузы.
Он пошел в каюту к Сысоеву, чтобы поблагодарить его.
Сысоев сидел на табуретке около топившейся времянки и возился с каким-то клапаном.
— Где ты вчера пропадал? — спросил он вошедшего юнгу. — Мы консервацию машины начали, — тавот привезли.
— А зачем? — спросил Миша.
Работа в разведке оторвала мальчика от интересов команды, и он не знал, что делается на судне.
— Что «зачем»? Эх ты, механик! Зима подходит, скоро морозы ударят.
— А почему Николай Васильевич мне ничего не сказал?
— Говорил, что дал тебе другое задание на берегу. Ничего, Мишук! Для тебя работы на всю зиму припасли, — утешил он Мишу, видя, что тот сильно огорчен.
— Какой работы?
— Котлы будешь готовить. Самое подходящее дело пацану в котлы лазить.
— Ты бы мне объяснил, что вы сейчас делаете.
— Обыкновенно… Кингстоны станем набивать тавотом. Трубопровод разобщать. Воду спустим, чтоб не замерзла. Да разве все расскажешь? Работы много.
— А что ты сейчас делаешь? — с любопытством спросил Миша, наблюдая, как Сысоев, аппетитно пристукивая, поворачивает клапан.
— Клапаны питательной коробки от котла притираю. Коробку снял, а то внизу холодно… А какое я дело вчера состряпал, Миша!.. Во сне не приснится. Хочешь английским языком заниматься?
— Н-не знаю, — нерешительно протянул Миша.
— Будем, как лорды-милорды, балакать. После войны пойдем в Америку, и пожалуйте… Любую вывеску можно прочитать. Ол райт — и готово! А то ходишь по улицам, как глухонемой. Правда, я на пальцах ловко умею объясняться… Такую, понимаешь, старушку нашел! Профессорша! Согласилась английскому языку нас обучать. А сама говорит лучше, чем по-русски. Как дипломат. Ребята все, как один, записались. Я староста кружка. Тебя записать?
— Запиши. А только когда заниматься?
— По вечерам. Ну, а «приданое» видел?
— Большое тебе спасибо.
— Не для тебя старался, — остановил его жестом машинист. — Для Люсеньки. Пускай она и скажет спасибо. Эх, мне бы такую сестренку! Я бы ее одними конфетами кормил…
* * *
В конце коридора загремела свалившаяся с трапа пустая банка из-под консервов. Значит, кто-то спускался по трапу в кубрик. Моряки нарочно ставили такие банки на ступеньках, чтобы знать о приближении посторонних людей.
Миша вышел в коридор и в темноте чуть не столкнулся с Бураковым.
— Алексеев тут живет?
— Это я, товарищ Бураков. Проходите ко мне в кубрик.
— Уронил какую-то коробку. Такой грохот!.. Под самыми ногами кто-то оставил.
— Это ничего… пустяки. Ее специально для того и поставили.
Миша объяснил назначение банки.
— Вот как? Это надо запомнить. У тебя тут слышно за стеной?
— Слышно.
— Пойдем куда-нибудь в укромное местечко.
Они поднялись на палубу, прошли на нос и сели на бухту каната.
В это время просвистел снаряд и разорвался над Литейным мостом.
— Обстрел! Спустимся вниз? — спросил Бураков.
— А зачем? Далеко.
Стали наблюдать за разрывами. Снаряды летели над их головами и рвались где-то правее Невы.
— В район водокачки…
— Вот если бы в Неву… У меня лодка наготове.