"Коллекция военных приключений. Вече-3". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Заметив, что мчащийся словно ураган «Мерседес» начал притормаживать, Юрий выглянул в окно и удовлетворенно крякнул:
– Ага, вот и «Каракей». Все, Саня, приехали. Вон и твой «ПОЛЮС» стоит.
Мы выбрались из машины, и он помог мне вынуть из багажника подарок внуку моего шефа.
– Что ж, – протянул я ему на прощание руку, – будь здоров, господин Сорокин, не скучай там, в своих Европах.
– Головченко, Александр, пока еще Головченко, – поправил меня Юрий и, словно припомнив что-то очень важное, придвинулся ко мне вплотную. – Слушай, ты не дашь ли мне свой новый адресок, глядишь и соберемся куда-нибудь при случае вместе, а?
– Нет проблем, – ответил я, залихватски мотнув вконец отяжелевшей головой, – но только в обмен на адресок того самого места, где ты обнаружил тот самый складик.
– Ха-ха, брат, да ты хват, – весело засмеявшись, хлопнул меня по плечу Юрий, – а впрочем, слушай, не жалко.
Он прижался губами к самому моему уху и дважды, чтобы я лучше запомнил, прошептал заветный адрес.
– Как, и все? Неужели так просто? – переспросил я, поневоле отстраняясь от его колких усов.
– Вот те крест, – утвердительно кивнул он, принимая мою служебную визитку с адресом и телефоном, – там оно все за серым двухэтажным домом, прямо в садике. И двадцать пять метров вглубь... не забудь, двадцать пять.
Я проводил взглядом габаритные огни увозящего его автомобиля и, почему-то тяжело вздохнув, подхватил коробку с игрушкой и зашагал к трапу теплохода, на котором уже гулко стучало дизельное сердце главного корабельного двигателя.
Эпилог
По некой, правда довольно сомнительной традиции, я позволю себе рассказать о дальнейшей судьбе некоторых действующих лиц этой истории.
Олег Семенович Шмаков скончался 15 апреля 1995 года и похоронен на сельском кладбище, недалеко от подмосковного Звенигорода.
Семенова (Шмакова) Наталья Дмитриевна вышла замуж за своего однокурсника в конце 1993 года, но 12 августа 1994-го их брак был расторгнут. В середине 1996 года она при сдаче своей квартиры внаем познакомилась с французским нефтяником Рене Пуайетом. Знакомство довольно быстро переросло в нечто большее. Свадьбу они сыграли в доме жениха в июне 1997 года. Сейчас она проживает в окрестностях города Арль, на юге Франции.
Капитан ФСБ Николай Федорович Стрекалов погиб в глупейшей автокатастрофе в конце августа 1997 года.
Сорокина Валентина Львовна, перенеся две серьезные операции на сердце, живет в медицинском центре для престарелых в Швейцарском городишке Лозанне.
Илья Федорович Хромов принимал участие в странных и трагических событиях, которые, возможно, будут описаны в моей следующей книге. Последний раз его видели в окрестностях города Ош в сопровождении двух крепких молодых людей в июле 1993 года. С тех пор о нем ничего неизвестно.
Чета Головченко (Сорокиных) не подавала о себе никаких известий вплоть до марта 1994 года. Однако поскольку события, последовавшие после этого, еще не получили логического завершения, я вынужден пока умолчать об этом.
Максимилиан Алексеевич Кравков
Зашифрованный план
"Коллекция военных приключений"
МАКСИМИЛИАН КРАВКОВ
Максимилиан Кравков — талантливый писатель Сибири. Сейчас его мало кто знает, но в двадцатых-тридцатых годах он был известен и как писатель для детей и как автор интересных, остросюжетных и своеобразных повестей, рассказов и очерков о старой и новой Сибири. Он печатался в таком популярном тогда издании, как «Красная нива», в альманахе «Перевал», в горьковских журналах «Наши достижения» и «Колхозник». Его произведения в течение ряда лет в немалой степени определяли прозу «Сибирских огней» и детского сибирского журнала «Товарищ» (1928–1932), он принимал участие во многих периодических изданиях Сибири, издал в Новосибирске и в Москве несколько книг для детей и взрослых. Свыше пятнадцати лет плодотворно проработал Максимилиан Кравков в советской литературе.
Обстоятельства сложились так, что мы мало знаем о его жизни, а то, что знаем, — требует проверки. Вот что известно, например, о досибирском периоде его жизни.
Максимилиан Алексеевич Кравков родился в 1887 году в Рязани в семье врача. Родители у него умерли рано, и он воспитывался у тетки по отцу. После окончания гимназии поступил в Петербургский университет, избрав геолого-минералогическую специальность. Это случилось в разгар революции 1905 года. Кравков не остался в стороне от широкого революционного подъема. Он вступил в организацию максималистов с их требованиями «решительных действий». В 1908 году двадцатилетний студент Кравков, не успевший завершить свое образование, арестован и жестоко осужден на пять лет одиночной тюрьмы по обвинению в покушении на рязанского генерал-губернатора, хотя вина его и не была доказана. Сидел в московский Таганской тюрьме, из них год или два в кандалах. Спустя почти двадцать лет в рассказе «Два конца» Кравков опишет ощущение человека, просидевшего много лет в одиночке. «Шел Василий, — рассказывает Кравков о политическом заключенном, — свободно и ловко — к кандалам за два года привык. К тяжким бетонным сводам, мерцавшим недвижным светом, взлетали плачевные всхлипы кандальной цепи…»
В 1913 году Кравкова выслали в Сибирь на поселение в Тайшет, и с тех пор он уже не покидал полюбившийся ему суровый и богатый край.
О первых пяти-шести годах жизни Кравцова в Сибири известно очень мало. Судя по лирическому очерку «Из саянских скитаний», опубликованному в «Сибирских огнях» (1922, N 2), мы можем предполагать, что эти годы для него не прошли даром. Он много путешествует по Саянам, собирает минералогическую коллекцию, внимательно приглядывается к жизни «малых народов». Именно в это время и здесь, в Сибири, в полную силу обнаружилась страсть Кравкова к охоте, к путешествиям, здесь расцвела его любовь к природе, его жажда познать ее, проникнуть в ее тайны. Об этом говорят и люди, знавшие Кравкова лично — В. Я. Зазубрин, В. П. Правдухин, Е. Н. Пермитин, Е. Н. Орлова, К. Н. Урманов и другие. В книге воспоминаний и охотничьих очерков «Годы, тропы, ружье» В. Правдухин рассказывает об экспедиции в Саяны, начальником которой был Кравков. Он выступает у Правдухина как признанный знаток этих тогда еще не изученных мест, так как «бывал здесь прежде, когда жил в ссылке в Тайшете». Отмечая высокие человеческие качества Макса (так дружески Правдухин называет Кравкова на протяжении всего повествования) — деловитость, выдержку, смелость, Правдухин именует его «географом и любителем нехоженых дорог, неожиданных приключений». Рассказывают, что была буквально неистощимой его фантазия на устройство интереснейших поездок и путешествий.
Февральскую революцию 1917 года Кравков встретил с радостью и надеждой. А в Октябрьской — не сразу разобрался. И в 1918–1919 годах, в период колчаковщины, был управляющим Нижнеудинското уезда. После прихода Красной Армии арестовывался, но вскоре был освобожден, видимо, из-за отсутствия состава преступления. В 1920–1921 годах живет то в Иркутске, то в Омске и занимается в основном музейным делом. В 1921 году в Омске издает небольшую брошюру под названием «Что такое музей и как его устроить в деревне». В 1922 году переезжает в Новониколаевск (нынешний Новосибирск), работает заведующим отделом кинофикации, активно занимается организацией Новониколаевского музея, затем становится его директором, Ведет в музее отдел геологии, связывается со многими краеведческими организациями Сибири, в 1925 году совершает поездку по Салаиру и привозит для музея большое количество ценных материалов. В 1926 году участвует в работе экспедиции по Кузбассу, которая связана была с созданием будущего мощного урало-кузнецкого промышленного комплекса. В 1927–1928 годах совершает продолжительное путешествие по Енисею. Его книга «Естественные богатства Сибири», вышедшая в Новосибирске в 1928 году, — результат многолетнего изучения природы Сибири. Достоинство книги в том, что она накануне индустриализации страны в доступной для всех форме рассказывала о реальных перспективах, которые открываются перед советскими людьми, если в кратчайший срок овладеть таящимися в сибирских недрах сокровищами.
