Лежебока - 2 (СИ)
— Верное дело! — Заверила та. — Мне его бабка передала. Давай попробуем?
— Это ведьма которая? — Невинно поинтересовалась Алена, с любопытством оглядывая ношу огневки. — И троих мужей, по слухам, на тот свет свела?
Маргарита как всегда вспыхнула. По счастью, смысле переосном. А то вот еще удовольствие затем тушить пожар в их комнате.
— Ту же знаешь, что это слухи! — Вскинулась она.
— Да, знаю-знаю… — Отмахнулась Громова от надоевшего ей спора.
Некоторое время девушки молча стояли друг напротив друга.
— Не так что? — Наконец выдала огневка.
— А, была не была! — Залихватски махнула рукой водница. — Парень крепкий, выдержит!
— Ну, тогда я открываю! — Хитро улыбнулась Рита.
«Надо бы заказ сделать! А то помрет еще парень… С голоду!», — подумала Алена, рассматривая название фолианта: «Книга о вкусной и здоровой пище».
Обеспечить организм питательными веществами девушки смогли бы и в лесу. Но кто сказал, что это у них получалось сделать это вкусно?
Глава 15
Глава 15
Смотрели мы друг на друга долго. Они изучали нас. Мы изучали их.
Старицкий и я, ни от кого особо не стесняясь, достали пистолеты. Свой я, как и в машине, привычно положил под правое бедро. Очень удобное, кстати, положение в транспорте для быстрого выхвата. Да и на столь короткой дистанции подобное положение «сыграть» может.
Раз уж карты на стол, то и оружие прятать особого смысла нет. Как говорится, мы люди вежливые, но и к острой фазе вполне готовы.
— Интересные вы… Гости. — Констатировал Ромов.
Он, кстати, на удивление равнодушно смотрел на наши со Старицким приготовления к беседе. Во всяком случае, возражать не пытался. Кто бы принял, правда, те возражения. Но это уже другой вопрос.
— Ой, не надо! — Отмахнулся Коротков. — Все МЫ гости в этом мире.
Несколько секунд хозяин кабинета обдумывал ответ. Он вообще не спешил. Уважаю такой подход. Сначала обдумываешь — потом говоришь. Гораздо больше шансов разойтись без стрельбы и полностью довольными друг другом.
— Все? — Переспросил он наконец.
Что-то мне подсказывало, что напряжен он куда больше, чем пытался показать нам.
— Мы с тобой, Григорий Константинович, так точно! — Улыбнулся в ответ шеф светски.
Он больше маски не придерживался. Сейчас перед нами сидел именно полковник Коротков. С другой стороны, нельзя же придерживаться старых стратегий, если новая эффективнее! Игра с открыты забралом ныне была выгоднее. А «масочки», образы и скрыты… Во-первых, практика — а это всегда хорошо. Во-вторых, нам еще и взаимодействие обеспечивать в будущем. Так что маскировка еще понадобится. И не раз. И даже не десять!
Да и расслабляться мы особо не спешили. Приказа не было. А своевольничать в Отряде, конечно, не запрещалось. Да и разумная инициатива в нас не только поощрялась, но и вполне сознательно воспитывалась. Но в четко определенных пределах. И «исполнение» во время боевой операции явно за эти самые пределы выходило!
— Итак, насчет Конторы я угадал. — Констатировал он. — Давно срисовали?
— Гораздо раньше чем ты начал глумиться с «Малиновым пиджаком» и «Распальцовкой». Канцеляристы «Тройки» к твоему сведению, не зря хлеб едят.
Молодой человек нервно дернулся. Кажется, он до сего момента все же имел сомнения по поводу нашего «происхождения».
— Да, вы, конечно, знаете, но сына все же представлю. Роман Григорьевич Ромов.
— Пока могу представиться только как Шеф, — развел руками он. — Справа от меня Дэн…
Я коротко кивнул, обозначая себя, но при том ни на секунду не выпуская из зоны своего контроля старшего Ромова.
—… Слева Гога.
Старицкий отзеркалил мое движение. Его зоной ответственности был младшенький.
— Понимаю. — Задумчиво покивал хозяин кабинета. — Насколько они… В курсе ситуации?
— Гораздо больше чем ты, Григорий Константинович. — Ровно выдал Коротков. — И ты до сих пор не удалил своего сына. Так понимаю, он в общих чертах осведомлен… Твоей полной историей?
— Я не стал скрывать. — Ровно подтвердил владелец клуба.
Шеф окинул молодого человека долгим ничего не выражающим взглядом, отчего тот натурально поежился.
Мне бы тоже было откровенно не по себе, если бы кто-то столь очевидно решал мою дальнейшую судьбу прямо у меня на глазах. Впрочем, мне доводилось испытывать нечто подобное. Так себе ощущения, прямо скажу.
— Плохо. — Сообщил он наконец. — Но утечки пока мы не выявили. Это хорошо. Роман Григорьевич, я даже не буду тебе предлагать никаких страшных бумаг на подпись. Баловство все это. Просто сообщу, что император лично заинтересован в этом вопросе, а любимой цитатой графа Бенкендорфа давно стала… Дэн, не напомнишь мне?
— Мертвые не кусаются? — Поинтересовался я.
А что еще ждать от бывшего Главликвидатора империи? Во всяком случае, мне запомнилась только эта.
— Эй-эй-эй… — Зачастил я.
Рука на автомате дернулась к бедру. Очень уж мне не понравилась реакция на мои слова.
— Все-все, замер. — Тут же откликнулся он, замерев.
А вот нечего так дергаться! Нервы у меня тоже не стальные канаты. Могу и пальнуть, ежели чего. И вовсе не обязательно «две в центр массы, одну в голову». Достаточно и в ногу маслину всадить для вразумления. Пуля ведь она вообще много меняет в голове. Даже если попадает в задницу.
— Григорий Константинович, Дэн у нас парень молодой, горячий. — Расставил точки над «и» Коротков. — Не могли бы вы быть чуть аккуратнее с резкими движениями?
И тон такой… Спокойный? Будто который час поинтересовался. Это внушало.
Я же порадовался, что никакого осуждения в нем не услышал. Хотя… Разбор полетов будет позже, и уверенность в том, что к чему придолбаться найдут, была железобетонной. С другой стороны, мне оно потом и на пользу пойдет.
— Я… Постараюсь. — Пообещал хозяин кабинета. — Просто немного неожиданно.
— Вы уж постарайтесь.
— Так граф Бенкендорф он… Из наших? — Аккуратно поинтересовался Ромов-старший.
Александр Сергеевич откинулся на спинку непритязательного на вид, но довольно удобного стула.
— Нет, он тот, кто десятилетиями «зачищал» таких как мы. — Пожал плечами он.
О том, что существуют и другие миры он, естественно умолчал. Нечего загружать мозги Ромова лишней информацией. Я ему даже позавидовал, если честно. Мне та тварь из супермаркета снилась несколько раз. Так себе опыт, если честно.
— Хм… Интересная ремарка, — признал Григорий Константинович. — Стало быть, сейчас ситуация изменилась?
— В некотором роде, — слегка улыбнулся Александр Сергеевич. — Но не во всем и не для всех. Надеюсь, вы понимаете, о чем я.
— Буду рад услышать подробнее.
«Еще бы нет!», — оценил про себя ответ я. Жить-то всем хочется!
Полковник задумался. Секунд на пять. Кажется, решал с чего именно начать.
— Мы, попаданцы, или «гости», по местной терминологии — головная боль для империи, — начал он. — И дело даже не в том, вдруг ты отправишься изобретать Калашников заново и распевать песни Высоцкого. Это все фигня, по большому счету. Ты… И я, конечно, тоже… Мы опасны другим. Идеями. А сильная идея способна на многое. Вспомни, как в нашем мире обосрались от «красной угрозы»? И никому не надо, чтобы ты новый «Майн Кампф» здесь выдумал. Вот возьмем простой пример: здесь существует понятие демократии. Абстрактное такое. Но ты-то видел, как это работает вживую. И как несли «свет» этой самой демократии партнеры наши… Пассивные. Нет понятно, что демократия — это власть демократов. Никто не спорит. Но просто представь, что если твои знания попадут в руки заинтересованных лиц. Вспомни, скольким «пламенным революционерам» порвал губу крючок с лозунгом «Свобода, равенство, братство!».
Некоторое время оба Ромова потратили на обдумывание.
— Если откровенно, то ты и я — две огромные занозы в заднице империи, — проникновенно выдал Коротков. — Ты, Григорий Константинович, даже не представляешь, сколько сил Канцелярия Его Императорского Величества тратит на то, чтобы о нас никто никогда не узнал. Теперь вопрос исключительно с точки дебета-кредита: что выгоднее вычислить и уничтожить или обеспечивать пожизненный режим паре десятков человек?