Ночные Сорсиеры

– Ты ставишь ему диагноз, опираясь на свои догадки? – возмутилась Розали.
– Может, он и не совсем социопат, но в нем есть что-то странное. Не злись. Это правда, он нездоров. Может, в Виллдэпере у него поехала кукуха, или у него было трудное детство. Я не знаю, что случилось. Но, Розали, держись от него подальше. У него нечистые намерения.
– Знаешь, я лучше узнаю сама, какой он человек, чем буду руководствоваться твоими подозрениями. Он помог мне дважды.
– Сделав это абсолютно равнодушно! Это-то и страшно, – ответила Энн сестре.
– Не пытайся, Энн, она крепко в него вцепилась, – пробубнила Марта.
Хранительница застыла. Недоверие сестры сильно ее задело. Неужели Энн считала, что Розали позволит чувствам ослепить ее? Если Аим станет для нее опасным, она лично сдаст его в какую-нибудь магическую полицию. А сейчас его помощь им и правда бы пригодилась.
– Девочки, – позвала их Жулли.
Она облокотилась одной рукой на стенку, другой схватилась за лоб. Ее ноги подкосились, и она чуть ли не упала. Энн вовремя поймала Жулли, перекинув руку сестры себе на плечо и перенеся ее вес на себя.
– Уведи ее в тень, – попросила Розали. Говорящая с призраками ушла вместе с Жулли. Розали же подняла карту и снова разгладила ее на стене. – Марта! Где мы?
Призрак подскочил к ней.
– Я очень давно не была в Мажиенне, но по архитектуре могу точно сказать: мы не в Краоне. – Марта убрала русые волосы за плечи и принялась внимательно разглядывать районы. – Воздух не влажный, значит, мы далеко от океана. Скорее всего, мы где-то на западно-южной территории города.
– А точнее?
Марта огляделась по сторонам.
– Готический стиль зданий и серый кирпич напоминает город Сити-Виолетюрн. Мы должны быть на границе с ним, в этой части. – Призрак ткнул пальцем в карту. – Да, точно, вот же написано: «Посольство магии», а вот стойка информации, куда ты обращалась.
– Понятно, а Краон где?
Марта провела пальцем вверх по карте и обвела район. Ковен Краон захватывал практически половину города.
– А мы сейчас около ковена Нуар. Когда Дютэ распался, некоторые решили вернуть его к жизни. Правда, туда входят не те же самые люди и размерами он намного меньше, но его считают продолжением ковена Дютэ. Тебе стоит туда зайти, там могут быть вещи твоей бабушки. Все-таки будет лучше, если ты будешь приобщаться к жизни ночных сорсиер, а не бегать за Аимом. Напомни мне познакомить тебя с семьей ночных – Хилл, у них есть способные парни твоего возраста.
Не зная от чего, то ли от усталости, то ли от властного вида Марты, но Розали рассмеялась в ответ.
– Буду иметь в виду.
Розали скрутила карту и догнала сестер. Энн с Жулли стояли под козырьком какой-то булочной. В тени Жулли стало немного лучше. Она выпрямилась, однако продолжала держаться за сестру. Пока Энн оставалась с Мотыльком, Хранительница поймала для них такси. Дорога до территории Краона заняла три часа. Марта подсказала Розали попросить водителя довезти их до улицы Соул-Доржанс. Как сказал призрак – это самая длинная улица в Краоне. Она начиналась в середине территории ковена Краона и заканчивалась у океана. Там был один отель, где они могли бы безопасно остановиться.
– Это отель моей давней знакомой, она когда-то укрывала меня в нем. Ей можно верить, Шарлотта не разболтает всему городу о вас, – уверенно сказал Марта.
Розали нервно сглотнула от мысли, что о них мог узнать весь город. И кто-нибудь придет по их душу, чтобы отнять ночные дары.
– Отель «Три дерева», – озвучил водитель.
В отеле за стойкой ресепшн их ждала женщина возраста Марты с кудрявыми рыжими волосами. Розали разглядела интерьер: горчичные обои, бирюзовые мягкие кресла, мебель из светлого дерева. А на входе в проеме двери висела штора из камней, они были нанизаны один на другой на прозрачные лески. Когда они прошли под ними, Розали показалось, что камни ударили током. Она зашипела и схватилась за локоть.
– Эта Шарлотта, – радостно заявила Марта.
– Так-так, у нас тут ночные визарды, – отреагировала Шарлотта на их шиканье от прикосновения камней. – Чего вам нужно? – сурово спросила она. – Комнату ночным я не выдаю. От вас одни проблемы. Тем более с вами какая-то девушка, которая вот-вот упадет в обморок. Вам в больницу, а не ко мне.
 
– Она же сама ночная, – удивилась Марта.
– Вы же тоже ночная, – быстро подхватила Розали.
Шарлотта посмотрела на незнакомку.
– Вздор. Я обычный визард: не принадлежу ни к световым, ни к ночным. А вам пора.
Она подняла руку, и штора на входе разделилась на две части, открывая им проход на улицу.
– Марта Коулман сказала нам иначе. – Теперь женщина выглядела испуганно. – И также она сказала, что вы отлично храните секреты.
– Марта мертва.
– Я знаю. Она явилась нам в виде призрака.
– Скажи ей, что она у меня в долгу. Я ей помогла с ребенком. Пусть приютит теперь моих девочек, – прошептала Марта.
– Марта помогла вам с ребенком, вы у нее в долгу.
Темно-зеленые глаза женщины, казалось, стали на два тона темнее, чем напомнили цвет травы в грозу.
– Передайте Марте, что я обещала быть у нее в долгу до гроба, а не после него. И мертвые не должны быть такими болтливыми. Ваши паспорта.
«Сразу видно, она тоже ночная сорсиера: разговорами о призраках ее не удивишь». Розали протянула ей три бордово-красных паспорта с гербом Франции. Шарлотта открыла их и ахнула:
– Дютэ. Вы родственники Хель Дютэ?
– Ее внучки.
Она резко захлопнула паспорт и отдала его и два других.
– Не верится, что я это делаю. Я зарегистрирую вас под другими именами. И запомните: никто не должен узнать на улице, что вы ночные, тем более что вы родственники Хель. Иначе навлечете беду на себя, на меня и на мой отель, что важнее всего.
Сестры закивали в ответ. После оплаты они поднялись по узкой деревянной лестнице наверх. В длинном коридоре тоже были наклеены желтые обои. На стенках висело множество красочных картин с пейзажами. Шарлотта подстроила отель под стиль световых визардов. И если она не стала добавлять множество окон (так как сама не перносила свет), то наклеила обои цвета солнца.
Некоторые доски пола просели и из-за этого скрипели. Тихо пройти по коридору было совсем невозможно.
Они зашли в восьмой номер, там их ждала убранная комната: большая двуспальная кровать с белыми покрывалами и теплыми вязаными пледами, свернутыми у изголовья; много картин, коричневый шкаф в углу, кресла с мягкими декоративными подушками. Напротив кровати располагался пурпурный диван. Пахло стариной и уютом. Розали и ее сестры совсем не привыкли к такому интерьеру. Розали подбежала к окну и задернула шторы, перекрыв доступ солнечному свету. Пока Энн укладывала Жулли на кровать, Розали намочила полотенце холодной водой, чтобы положить его на лоб сестры.
Жулли вздрогнула от прикосновения.
– Это ей несильно поможет, – прокомментировала Розали. – В периоды сильного перегрева папа читал над ней какие-то заклинания и чем-то мазал лоб.
– Что за Марта?! – внезапно спросила Энн.
– Не сейчас. Пригляди за Жулли, я найду здесь магическую аптеку, если такие имеются. Возможно, там мне подскажут, как с ней быть.
– Нам нельзя никому рассказывать, что мы ночные.
– А есть выбор? Ей очень плохо, она отключается.
Розали достала маленькую сумочку из дорожной тканевой сумки и выбежала в коридор. Когда она приблизилась к камням, то махнула рукой, чтобы они разлетелись в сторону, пока она проходила мимо них. Розали заметила, что во время тревоги или раздражения ее силы начинали лучше действовать. Она вышла на улицу Соул-Доржанс и стала осматриваться в поиске магазинчика или аптеки с магическими ингредиентами.
– Иди вдоль по улице в сторону океана. Раньше там стоял ботанический сад-бутик.
– Как далеко?
– Иди и перестань разговаривать сама с собой, сорсиеры оборачиваются. Ты и так не похожа на обычную сорсиеру со своими черными глазами. И ты излучаешь атмосферу ночной магии. От одного взгляда на тебя все догадываются, что ты явно не световая.