Ночные Сорсиеры

Аим резко повернул запястье руки, и мужчина вскрикнул от боли. Он сломал ему руку.
– Аим! – закричала Розали.
– Тебе лучше не соваться сюда. Если я узнаю, что ты опять приходил к ней, я найду тебя.
Аим опустил руку, и визард отлип от стенки. Он сразу рухнул на асфальт, а когда поднялся, то поспешно скрылся из виду. «Отлично, теперь я угрожаю приближенным Лоранса Эванса. У меня и без того репутация испорчена. Кто знал, что эта поездка обернется для меня разрушительными последствиями. Но он покусился на то, что нужно мне, и я не мог остаться в стороне. Она моя. И она поможет мне вычислить некроманта, сама того не подозревая. Все, что мне нужно – ее кровь». Аим обернулся на Хранительницу. Он смерил ее взглядом. «Да уж, единокровница легендарной семьи Нуар, а защитить себя не может».
– Ты в порядке? – спросил он у Розали.
Она смотрела на перевернутую машину с ужасом.
– Нам лучше уйти, пока нас не заметили. Жители не привыкли к летающим мужчинам и перевернутым машинам.
– Правда? А как же тот, в красном трико и с буквой S на груди?
– Не смешно.
Розали перешла дорогу и свернула на улицу, где Аим в последний раз видел Энн. Она оставила букет роз на асфальте, он же не стал поднимать их и догнал девушку.
– Ты знаешь, кто он? – вдруг оживилась она.
– Один из помощников Лоранса Эванса.
– Это кто?
– Ты шутишь? Нет, не шутишь. Лоранс Эванс – лидер всех ковенов. Он самый главный в магическом мире.
– Какой кошмар, – отреагировала она и сразу же сменила тему. – Где Энн? Отец звонил и сказал, что она будет с тобой.
«Энн, точно. Совсем забыл».
– Она забежала в тот магазинчик. Кажется, она бежала от кого-то невидимого.
«Звучит это еще глупее». Хранительница одарила светового таким взглядом, словно говорила ему: «И ты мне не сказал раньше?». «Будто мне не все равно», – мысленно ответил он. Вместо того, чтобы зайти в магазин, про который говорил Аим, она завернула за угол здания. Он пошел за ней. Там они обнаружили Говорящую с призраками, которая сидела с опущенным на колени лицом, прислонившись к стене, колени же были прижаты к груди, а руки обхватывали ноги.
– Энн! – Розали подбежала к ней, минуя преграду из соли, рассыпанной полукругом вокруг сестры. – Что случилось?
Та подняла лицо. Из ее глаз текла кровь, она уже свернулась на щеках. Выглядела она испуганной, даже очень.
– Они не оставят меня в покое. Их много, даже слишком.
Розали обернулась на Аима.
– Не могу ничем помочь. Я световой визард. Мир призраков для меня закрыт.
«Как детям, надо объяснять простые вещи». Тогда Розали перевела взволнованный взгляд на кого-то невидимого.
– Марта!
Она требовательно смотрела на невидимого пару секунд. «А это уже интересненько». Затем она встала и стала читать заклинание. Розали останавливалась после каждого предложения на короткую паузу. Аим понял, что ей кто-то диктует слова. «Значит, у нее есть ручной призрак. Она полна сюрпризов, – усмехнулся он. – И не столь правильна, как я думал. Мертвые должны оставаться мертвыми. Пффф, похоже, ее заботят правила, когда они касаются других, а не ее саму. Со школы каждый визард знает, что нельзя привязывать к себе призрака, это чревато печальными последствиями». Энн стала повторять слова за сестрой.
– Они ушли, – вдруг сказала Говорящая с призраками. – Но они вернутся. Я не могу сопротивляться им, прости, не могу, – слезно начала она извиняться перед Розали. – Я должна исполнить их просьбу. Прости, я этого не хочу, но… Они в бешенстве, Розали, они…
Розали взяла сестру за плечи.
– Чего им надо от тебя?
Аим заметил, что Энн покосилась на него.
– Я расскажу тебе позже.
– Ладно, пойдем домой. Тебе надо умыться, – обратилась Розали к Энн.
– Ты видишь эти надписи?
Энн показала свои руки Розали.
– Нет, не вижу.
Розали положила руку на спину Энн и ускорила шаг.
 Глава 8. Розали 
Они добрались до дома в тишине, только Розали периодически успокаивала Энн и иногда поглядывала на Аима. Он напугал ее, когда так легко расправился сегодня с тем мужчиной. Он оказался сильнее помощника самого главного руководителя в магическом мире. Теперь Розали была уверена, что Аим опасен, они ничего о нем не знают и с него нельзя спускать глаз. Ее успокаивало только то, что она немного потренировалась с заклинаниями и уже могла кое-что. Например, она смогла бы создать барьер из мрака в случае нападения. Он будет хлипким и, скорее всего, сотрется в пыль от одного прикосновения Аима, но несколько секунд хватит, чтобы сбежать.
 
Они зашли в дом. Аим остался на первом этаже, он не проявил никакого желания помочь им с призраками. Кажется, его воротит от магии ночных сорсиер. Девушки же поднялись наверх. В ванной на втором этаже Хранительница принялась отмывать кровь с лица Энн. Розали стирала ее ватными дисками, пока Энн стояла и пыталась побороть дрожь.
– Чего они хотят? – спросила Розали.
– Она испугана, дай ей пару минут, – посоветовала Марта.
Призрак стоял рядом с ними. Марта должна была провести этот день с Аимом, но не могла оставить Розали после того, как нашла ее в ужасном состоянии в хранилище. Розали пыталась напомнить ей, что она – ее глаза и уши, а не нянька. Однако и после такого замечания Марта осталась непреклонна.
– Им нужен Аим, – внезапно ответила Энн. – Я должна передать ему сообщение от них.
– И какое же?
– Не к добру это, – вставила Марта.
– Они хотят, чтобы он стал Хранителем тайн.
– Разве это возможно? Он же световой сорсиер.
Раньше Розали не знала, что между ночными и световыми сорсиерами есть настолько особая разница, но, увидев Аима, она изменила свое мнение. Они были будто из разных миров.
– Духи могут изменить это.
– Сделать его ночным?
Энн кивнула. Розали посмотрела на Марту, прося разъяснений.
– Это и правда возможно, но потребуется много сил и его согласие. В этом ритуале должно участвовать максимальное число духов сорсиер, которые присматривают за ночными. И нужно, чтобы десять живых ночных сорсиер тоже присутствовали.
– Я сама поговорю с ним, – сказала Розали сестре. – Если они вернутся, скажи им, что я передам сообщение.
Почему-то Розали была уверена, что Аим ни за что не согласится стать ночным сорсиером. Она наблюдала, как он смотрел на ее семью – с недоверием и отчужденностью. Словно считал их не от мира сего. И он слишком кичился своим происхождением и тем, что он световой визард, как он выражался со странным акцентом. А раз у них не будет его согласия, то миссия неизбежно провалится. И духам придется искать другого на эту роль или они найдут способ заставить его. В любом случае перед Розали стояла нелегкая задача – остаться Хранительницей тайн несмотря ни на что.
Оставшийся вечер сестры провели вместе. Энн не хотела оставаться одна после случившегося. Вместе они потренировали несколько заклинаний. Энн показала Розали, насколько она продвинулась с миссией освободить Ревэ из снов. Один ингредиент казался совершенно недостижимым. Нужен был яд какого-то Баку. О нем Энн не смогла найти никакой информации. Розали ответила, что спросит у Аима об этом.
Уже перед сном они полистали дневник Хель, который передал этим днем Розали Осколок света. Помимо ее размышлений и нескольких редких заклинаний, там было упоминание семьи Нуар. Эта семья существовала восемьсот лет. Они обладали всеми дарами ночи, до того как они передались Дютэ. Отец семейства был хранителем тайн, а его жена некромантом. Детей у них было пятеро, и все из них обладали ночными редкими дарами. Одному досталась лунная энергия, другой стал Банши, третий мог говорить с призраками, четвертый путешествовал по снам, а пятый обладал щитом – он блокировал ночную магию, как Арлетти.
Их правление длилось с 1439 года по 1939 год. Эта семья жила так долго, потому что каждый раз, когда кто-нибудь умирал, Элеонора Нуар оживляла ребенка или мужа. Это была сложная магия, и она владела ею в совершенстве. Ее дети каждое столетие теряли всех своих любимых. Год за годом, век за веком они наблюдали, как уходили их дети, друзья, любимые и близкие люди. И сами они не чувствовали себя больше живыми. Они хотели покоя, но никто им его не давал. Эта семья сильно намучилась из-за Элеоноры Нуар. На пятисотом году правления у Агнессы, обладательницы силы щита, родилась маленькая девочка. Она назвала ее Хель в честь повелительницы мира мертвых по германо-скандинавской мифологии. Примерно в это время Духи нашли способ, как добраться до семьи Нуар и отомстить за нарушенные правила. У них не было другого выхода, им оставалось только уйти. Говорящий с призраками – Эндрю – сообразил, как отобрать способность некроманта у матери. Он разработал собственное заклинание для этого, которое унес с собой в могилу. Эндрю отнял силу у матери. Его братья и сестры согласились отдать свои способности перед уходом из жизни. Он собрал магию всех братьев, сестер, родителей и передал племяннице – Хель. После этого, в тайне от Элеоноры, девочку попросили снять воздействие сил некроманта с них всех. Они были готовы умереть и упокоиться с миром. Хель не хотела, чтобы они ее покидали, но в ответ Говорящий с призраками сказал, что мертвые должны оставаться мертвыми. Хель Нуар после того, как вся ее семья умерла в один день, отправили сперва в детский дом, потом в приемную семью, а следом она очутилась в закрытой школе для одаренных детей. Это происшествие всполошило магический мир, его назвали крахом семьи Нуар. А Хель запомнила последнюю фразу ее дяди Эндрю на всю жизнь. Ее она повторяла своему сыну – Николасу, а он говорил это Розали вместе с Авророй.