Избранные Истории (ЛП)

- Ну же! Убейте же меня и закончим с этим!
- Убить тя? Убить? - переспросил Джори.
- Не-е-е, ты че, это было наказание, за то, что пытался нас наебать, - сказал Халл. - Что за нашими спинами захговоры плел.
- Ты - особенный. Лучше, чем ты, у нас еще не было.
- Без дураков, лучше не было, - Халл потер свою промежность. - Черт меня подери, у меня уже сейчас встает, когда я вспоминаю о твоем пяти-звездном отсосе.
- Слышь, Халл, а ты дело говоришь. У меня тоже встает. Может, еще по одной ему кинем?
- Вишь, - Халл стал доставать свое орудие. - Давай, городской. Давай еще разок, сучка.
- О, нет, - выдохнул Грэй.
Вместе с воздухом с губ вылетели куски фекалий. Опять? Только не это!
Да. Опять. Это. Грэй устало принял позу, опершись на колени и локти, напоминая кофейный столик из человеческой плоти. Рот поглотил набухшую головку. Пара ловких движений глоткой и поршень Халла уже был тверд, как полицейская дубинка. Сзади привычный мокрый шлепок: Джори вонзил в него свою дубинку и воткнулся бедрами в его ягодицы.
Халл схватил Грэя за уши, как за ручки для кистей.
- Вот это жизнь, да, Джор?
- В точку, Халл, - согласился Джор, двигаясь в бешеном темпе. Он шлепнул Грэя по правой ягодице. - Давай, городской, сожми свое очко, как ты умеешь.
Грэй напряг сфинктер...
- Да-а-а-а! Вот так! Вот это кайф!
Грэй не мог ответить, глотка по самые гланды была занята шлангом Халла.
- Вишь ли, городской, - с ухмылкой сказал старший брат. - Все остальные, мы их просто убивали и на куски разделывали. С тобой мы так не поступим.
- Мы уже все решили!
- Мы оставим тя живым!
Глаза Грэя округлились.
- Да, вот так, городской, - Джори продолжал поступательные движения. - Мы с Халлом все обсудили. Мы будем идиотами, если прикончим тя.
- Потому, что ты так хорош.
- Такую подстилку нельзя так потерять.
- Да, которая еще и соска такая.
- Короче, вместо того, чтобы убить тя, как других, мы, типа, здесь тя жить оставим.
- Кэйри Энн будет о те заботиться. Воду приносить.
- А ты будешь нашими с Джором членами заниматься. На постой. Каж нош.
На постой, каж нош, - причмокивал Грэй. - Постоянно. Каждую ночь.
- Точно, городской, - сказал Халл погладив свою жертву по голове. Почти ласково. - Бушь сосать мой член каж нош.
- А я тебя в очко буду дуплить, - подхватил Джори. - Каж нош.
- Понял, городской? Каж нош.
- Каж нош.
- Слыш. Каж нош. Всю твою жизнь.
Грэй понял намек. Он уже не слушал. Просто работал сфинктером. И сосал.
Перевод: Дмитрий Архангельский
 "Каж Нош" (альтернативный конец) 
 
Братья закончили. Грэй просто сидел и смотрел в потолок. Мысль, что вот так вот закончится его жизнь сводила с ума. Разве заслужил он подобное? Грэй прекрасно помнил, каких мук его матери сто́ило пережить смерть отца. Смириться с тем, что мужа больше с ней нет.
Когда-то давно, она решилась на побег. С гор. Oт этoгo бeзумия. Она больше не могла там находиться. Нужно было выбраться из того места. Начать новую жизнь, а со старой покончить. Раз и навсегда. Молчать о прошлом. И тогда никто ничего не узнает.
И матери удалось сбежать, вырваться в город, найти работу на свиной ферме. Это была чудовищная грязная работа, но женщина наконец-то была свободна. От гор, от их жутких обитателей. Больше не нужно было с ними разговаривать, притворяться, что рада носить тряпье, которое зачастую было на несколько размеров больше, терпеть их издевательства. Но мать поклялась, что никому об этом не расскажет.
В один прекрасный день мать Грэя познакомилась с хозяином свиной фермы, и полюбила его. Его звали Билл. Со временем появился Грэй, единственный ребенок в их семье. Хороший ребенок, замечательный сын. Окончил колледж, устроился на престижное место.
К тому моменту отца уже не стало, и Грэй забрал мать жить к себе. Он видел, как тяжело женщина переживает смерть Билла. Она была в депрессии, днями напролет рыдала в гараже, отказываясь выходить. Грэй переделал гараж в жилую пристройку к дому, чтобы мама была как можно ближе. Он безумно любил ее и был готов ради мамы на все.
 
* * *
Когда Грэй не вернулся домой, матери стало страшно. Невероятно. Она уже потеряла мужа и не могла поверить, что теперь лишилась и сына.
* * *
Слезы лились по щекам Грэя. Ему было жалко. Но не себя. Маму. Кто теперь о ней позаботится? Отец ушел из жизни, Грэй попал в этот адский капкан. Почувствовав прилив сна, Грэй помолился. О том, чтобы умереть быстро, без мучений.
* * *
Эмма мерила шагами комнату. Из глаз не прекращали литься слезы. Нет, у нее не было иного выхода. Женщина собрала всю свою волю в кулак и направилась в горы. Туда где еще жили брат с отцом. Рассказала родственникам, что ее сын пропал, что она боится. Отец, Илай, просто захохотал:
- Твоего засранца поди просто кто-то до потери сознания отдуплил.
Брат, Хак, тоже предположил, что Грэй из тех парней, кто любят, когда им хорошенько засадят и загоготал.
Отец сказал, что их старый грузовик дышит на ладан, и чтобы они могли отправиться в город на поиски, Эмме нужно купить им новый.
- Надо сходить к Джори и Халлу, у этих парней может быть че-то на продажу.
Эмма согласилась, и семейство направилось к этим людям. "Парни" были посреди двора у деревенского дома, как раз трудясь над какой-то машиной.
- Эти засранцы тупы, как свиньи, но с тачками умеют ладить, во че я тебе скажу, - проинформировал Эмму Илай.
Отец представил Эмму, но братья словно вообще ее не заметили. Еще одна тупорылая из города. Время на нее еще тратить. Парни всего лишь хотели поскорее закончить с машиной и вернуться на чердак. К своему городскому парню.
Пока отец общался с братьями, Эмма осмотрела двор. Ее взор упал на уродливую розовую машину. Когда женщина увидела, ЧТО лежит на заднем сидении - ее сердце на миг замерло. Плащ. Тот самый, что она подарила Грэю на прошлое Рождество. Но как такое возможно? Эмма решила сделать вид, что ничего не произошло. Мужчины направились к дому.
У этих кретинообразных братьев ничего подходящего не было, они предложили Илаю взять их старую машину. На время. Пока не найдут для старика грузовик. Илай и Хак были не в восторге от того, что им придется ездить на "галимой" розовой машине, но все же это было лучше, чем путешествовать на своих двоих. Эмма с родственниками сели в машину и поехали домой к отцу.
Машина казалась Эмме такой знакомой...
- Открой багажник, - сказала Эмма брату, когда они приехали домой.
Она не могла понять в чем дело, но интуиция подсказывала - там, что-то есть, что-то важное.
- Слышь, сеструха, а на хера те эта нада? Че там такого важного?
- Завали свое хлебало и делай че сестра тебе грит, - сказал Илай и отвесил сыну подзатыльник.
Хак повиновался и Эмма, взглянув внутрь оцепенела от ужаса. Там лежал кейс. Кейс Грэя. Но как он там оказался? И почему был другого цвета?
- Боже Милостивый, это кейс Грэя... и... это машина Грэя, эти братья обокрали моего сына!
Но что они с ним сделали? Он еще жив?
Илай почесал подбородок и на минуту погрузился в раздумья.
- Ну эти парни со странностями, вот че я те скажу. Я думал че они просто два дурака. Которые дуплят друг друга. У них еще сеструха есть. Кэйри. А у той дитя. Черное. Ну я те так скажу, им бабы не нужны, потому и ребенок негритос. Не ихний. Если б им бабы нужны были, дите бы белым было, када такая сеструха дивная. Зуб даю. Мы их вечерком с Хаком навестим, а ты в хате, это, сиди, вот че.
 
Вечером Илай и Хак пробрались к дому Джори и Халла и притаились за деревьями. В окне на чердаке горел свет.