Магия ответа (СИ)

Я обернулся. Рядом Василий, который послушно смотрит на кучу блистающих осколков. Но это был не его голос.
А где-то далеко, на соседнем бархане, стоял незнакомец. Тот самый, который был ещё в прошлом моём сне, где разъярённое небо кидало осколки луны на землю.
В длинном плаще, в капюшоне, он показывал пальцем.
Искрящаяся куча всё увеличивалась, но потом вдруг перестала светиться. Обеспокоенные люди засуетились, забегали вокруг почерневших осколков луны.
От потухшей груды по песку пошла какая-то тень, всё стало чернеть, и люди, которые не успевали сбежать, так же превращались в чёрный камень. Превращались, чтобы упасть раскоряченной статуей на песок.
Люди убегали, спасаясь бегством, но чёрная тень была быстрее.
— Бежим!!! — Василий вдруг сорвался, и, как в прошлый раз, понёсся вниз по бархану, спотыкаясь и увязая в песке.
Ну, тут ничего нового.
А силуэт на соседнем бархане показывал уже наверх.
Снова в Пробоине чёрное пятно, закрывающее часть звёзд. Но вот оно стало заходить на край Пробоины, переходя в наш мир.
Звёзды вокруг стали гаснуть, да и тень, которая распространялась от кучи осколков, уже дошла до меня.
— Кажется, здесь нужен хороший привратник, — произнёс задумчивый собеседник.
Силуэт исчез. А мир вокруг будто выключался. Гасли звёзды, гасли луны… Чернела земля.
И прежде, чем до меня дошла эта тень, я проснулся.
***
— Господин так сладко спал, — проворковала служанка.
Она протирала столик, задумчиво потягивая носом. Да, в комнате пахло кровью, но Аглая лишь поморщилась, и продолжила шуровать метёлкой.
Служанка была в том же коротком платье, и будто бы случайно повернулась ко мне спиной, присела и нагнулась, что-то выискивая на полу.
Твою псину, Василий, спокойнее. Ну, почему она блондинка-то? И почему не носит нижнее бельё?!
Одна часть меня, охочая до женских прелестей, вместе с Василием чуть не заржала в голос. А другая часть вздыбила шерсть на загривке.
Потому что я чётко чуял, когда меня пытались обмануть. И эта служанка просто выполняла чьё-то требование соблазнить Василия.
— Завтрак? — служанка, как ни в чём не бывало, выпрямилась, — Кофе? Чай?
— Кофе, — я сел, прислушиваясь к ощущениям в ноге, — И это… меня всё ещё охраняют?
— Да, Георгий здесь всю ночь дежурил, — румянец покрыл щёки Аглаи.
А вот белобрысый шкаф ей реально нравится. И уж наверняка ночное дежурство у них весело проходит.
Я кое-как выпрямился, взял трость. Похромал к окну.
— Ну, тащи свой кофе. И передай Георгию, кстати, что я сбежать собираюсь.
Служанка округлила глаза и мигом выпорхнула вон. А я подошёл к окну, спокойно посмотрел на улицу.
Вчера не удалось особо покрасоваться красотами. А так, у Вепревых был такой двор, что академия позавидует. И тренировочные площадки, и конюшня, и ухоженный сад. По крайней мере, всё это было видно из моей башни.
— Господин собирается опять чудить?
Я обернулся. Белобрысый Георгий стоял в дверях, одна ладонь у него была забинтована, а из-за его плеча выглядывала встревоженная Аглая.
— Уже передумал, — ухмыльнулся я, — Когда увидел такого грозного стражника.
Георгий нахмурился, потом кивнул Аглае, что она может идти. Служанка вспомнила, что нужно кофе, и исчезла.
— Зачем помог? — спросил я, — Почему к целителю не потащил.
Охранник слегка удивился.
— У вас и вправду амнезия, господин?
Я кивнул. Амнезия явно лучше, чем Иной.
— Кость я поправил как надо, осколки вынул, «вытяжкой» смазал, — сказал стражник, — Как в армии учили. Вам повезло, кость после Коряжного не успела сильно срастись, но всё равно надо будет показать целителю… Ну, то есть, какому-нибудь другому целителю.
Я кивнул. Мы оба с ним подумали о том, что Вепревский лекарь мне помогать откажется.
А таблетки, которые он дал, действительно хорошо действовали. Слишком мало я знаю о здешней медицине.
— Когда я смогу снять шину?
— Да уже можно, наверное. Но осторожно.
— Но ты же вроде не лекарь.
Стражник вздохнул, подошёл к стулу и сел, оглянувшись на дверь:
 
— Служил я раньше в Царской Армии, часто приходилось в госпитале помогать. Но такого, чтоб Безлунные себе ноги правили, не видел.
— Пустой, а не Безлунный.
— Я знал Пустых, которые за всю жизнь не пробуждались. Говорят, после двадцати одного года шанса уже нет.
Я поставил себе мысленную пометку. Кажется, об этом говорил и Гранный в академии, что у меня мало времени.
Только навряд ли Вепрев так беспокоится о моей магии. Нет, у него явно другой интерес.
— Так почему ты помог? — снова не отставал я.
Георгий нервно оглянулся на дверь, встал, подошёл ко мне поближе. И зашептал…
Раньше, когда он был совсем юным, он служил Борзовым, но двадцать лет назад, когда их род практически исчез, ушёл на службу в Царскую Армию.
Не так давно вернулся, намереваясь осесть в родном Магославле. Неожиданно его навыки огненного мага-бойца оценили Вепревы, и так Георгий оказался здесь.
А ещё больше он удивился, когда узнал, что среди Вепревых живёт последний Борзов. Точнее, жил.
— Тебя искали везде после того, как ты сбежал. Я по фотографии вас узнал, уж очень на мать похожи.
Я заволновался, когда понял, что наконец-то слышу что-то новое.
— И я давал клятву Борзовым, — наконец, сказал Георгий, — Я думал, что свободен от неё, а оказывается, нет.
***
Борзовы.
Один из трёх сильнейших родов Красногории, так называемых Вечных Лунных. Их кровь никогда не вырождалась, и маги возникали в каждом поколении.
По закону, право на престол имеют только Вечные Лунные, но так издревле сложилось, что правили Красногорией Рюревские.
Рюревские — это Царский Род.
Третьим родом Вечных Лунных были Славины, но они находились совсем в другом крае, в Славинском.
По древнему договору, Рюревские правили страной, а у Борзовых и Славиных находились в правлении самые большие края Красногории.
У Борзовых во владениях было много Красных Вертунов, в основном все Карлики, но были и два Ординара. Считалось, если род способен сам защититься при открытии Ординара, то это очень сильный род.
Борзовы могли сделать это, не прибегая к помощи Царской Армии. Поэтому платили меньше налога в казну.
Но так сложились луны, что неожиданно погибли оба Борзовских оракула, которые должны предсказывать открытие врат или рост вертуна.
Тут мне пришлось попросить объяснить получше, и Георгий нахмурился:
— Чему вас в академии-то учили?
Я пожал плечами.
— Там я больше прятался, чем учился.
Белобрысый вздохнул, оглянулся на дверь, и продолжил.
У вертуна, помимо «открытия» при уходе его Луны, есть ещё и «рост». Никто не знает, отчего это происходит, но он может резко вырасти в размерах до Гиганта, поглощая огромную территорию и выпуская на волю орды монстров.
Обычно в Гигантов вырастают Ординары. Но крайне редко такое может произойти и с Карликом. Это никак не зависит от Луны, но оракулы, так называемые Стражи Врат, всегда чувствуют это заранее, за несколько дней.
Если Страж Врат почуял неладное, то из столицы вызываются Привратники.
Я сразу же подобрался, желая услышать о таинственном виде магов побольше.
— Привратники — маги, способные открывать вертунов, — поджав губы, объяснил недовольный моими знаниями Георгий.
— Открывать?
— Да твою… вашу луну, господин Борзов. То есть, Вепрев, — оговорился Георгий, — Ну это же всем известный факт.
Если вертун набрал энергии столько, что грозится вырасти в Гиганта, то Привратник открывает его, как бы «сбрасывая давление». Да, снова вылетают монстры, от которых требуется защищаться, но это уже вполне привычная работа.
— Привратник — это очень редкая способность, — кивнул Георгий, — Поэтому их, если заметят такой талант, еще в детстве забирают в столицу. Хотя прибывают они в любой город по первому требованию.