Новые горизонты (СИ)

— Рад знакомству.
Хм, похоже, что-то не так, ишь как у него брови удивлённо взлетели. А-а, нет... улыбнулся.
— И я рад. Вы впервые на балу в Петербурге?
— Что, очень заметно?
— Всего лишь малость. Вы слишком непосредственны для вашего юного возраста.
— Я так понимаю, обычно на первом балу молодые люди ведут себя скромнее?
— О нет! Частенько скромность не самое лучшее из их качеств, а вот нервозность у юношей присутствует всегда. Вы же не испытываете никаких излишних эмоций, как будто сотую ночь отплясываете средь петербургского бомонда, — тут он ухмыльнулся, — и постоянно знакомитесь с великими князьями.
Я тоже улыбнулся. Вроде разговор складывается в мажорном ключе.
— Вы не поверите! И то и другое в первый раз. Но! Знаете, когда в нелёгкой схватке один на один ты в упор убиваешь несущегося к тебе медведя, всё прочее становится несколько отстранённым. Уже и дамы танцуют лучше, и мир вокруг кажется прекраснее, и сам ты освобождаешься от множества предрассудков. В том числе и от стеснительности. Так что теперь в необычных ситуациях и при излишнем волнении я стараюсь вспоминать того медведя, и эмоции сразу уходят.
А что, удачное объяснение моего спокойного отношения ко всяким великим. Да, разговариваю я с ними нормально, как и со всеми другими, да, не раболепствую, как большинство окружающих, но это не потому, что не уважаю персон... столь важных, просто медведь меня так напугал. Вот представьте себе, бывает же такое в жизни! И кстати, тема охоты у любого мужчины вызывает интерес, а где рождается интерес, там негативу трудно появиться.
— Приятно слышать, что я не страшнее медведя.
— Да. В этом отношении вам до него далеко.
— Понимаю. Зубами и когтями не вышел.
— Да. А ещё вы не такой лохматый и не рычите. К тому же запах....
— Да-да-да!
Николай рассмеялся. Так, продолжая лёгкую шутливую пикировку, мы и разговорились. Я вкратце рассказал о жизни в Сибири и как угораздило туда попасть. Поведал об отце, но постарался обойти стороной клан Ростовцевых — мне неизвестно отношение этого мо́лодца к ним. Об охоте знатно поговорили. Потом Николай как бы между прочим похвастался своей учёбой в Академии Генерального штаба. При этом он с нескрываемой гордостью заявил, что поступил туда без всякой на то протекции со стороны своего папа́. Честно говоря, для его возраста это, наверно, достижение, ведь обычно в Академию поступают офицеры постарше. Ну... есть чем гордиться. Это первый из Романовых, кто поступил в Академию, и, насколько помню, он единственный, кто её закончит и получит высшее военное образование44.
Мои мысли постепенно вошли в спокойное русло, и я наконец осознал, с кем меня свела судьба. Ё-кэ-лэ-мэ-нэ, да это ж в скором времени изгой общества! Его через несколько лет вычеркнут из списков царствующей фамилии, вышлют из столицы и предадут забвению. А всё из-за какой-то американской красотки очень лёгкого поведения. Вроде бы семейные драгоценности он для неё украдёт, да ещё и брюлики из материнской иконы выломает. И на кой чёрт, спрашивается, меня с ним судьба свела? О возможных случайностях в своей новой жизни я уже не думаю. Как показывает практика, слишком многое в ней предопределено, незримые силы мироздания постоянно подгоняют меня и направляют на жизненном пути, подбрасывая всё новые и новые "подарки". Остаётся лишь принимать их и подстраивать под себя. А как, спрашивается, мне это чудо к своим планам пристроить?
— Александр, не отвлекаю ли я вас от дам? Полагаю, вы стремились найти здесь усладу для сердца?
Николай опять смотрел на меня с усмешкой. М-да, что-то я задумался.
— О-о, не беспокойтесь! Моё от меня не уйдёт.
— Интересное выражение. Надо запомнить.
— Можете воспользоваться им при случае.
— Спасибо. Так вы не любите танцевать?
— Люблю, но также я люблю наблюдать за интересным представлением.
— Представлением?
— Ну да. Что наша жизнь? Игра! И люди в ней актёры.
— Ха... а вы забавный молодой человек.
 
— Да вы сами посмотрите на танцующих в бальном зале внимательно. Правила поведения тут можно не гадая сравнить с театральным действом, где игра "актёров" ориентирована одновременно и на партнёров по танцам, и на "зрителей" в зале. Здесь двойной театр, в котором играется пьеса двух актёров, от которых и зависит то, как пьеса будет сыграна. При этом реакция "зрительного зала" тоже чрезвычайно важна. Впрочем, в самом зале зачастую играются и свои пьесы.
— Надо же! О такой интерпретации происходящего я даже не задумывался.
— Да-да, пред вами театр! Вот в углу две особы весьма почтенного возраста перемывают косточки молодёжи и не замечают, что над ними посмеиваются почти все окружающие. Вот капитан уже в который раз атакует даму значительно старше себя, видать с целью дальнейшей выгодной женитьбы. А эти прелестные соседки справа, обсуждая бал, постоянно поглядывают в нашу сторону.
— Прелестные? Вам нравятся "жёлтые цветы"? Или вы любите "пощекотать носик"?
— Хм... Я как-то далёк был последнее время от столичного общества. Не поясните, что значат ваши высказывания?
— Да вы, я смотрю, не знакомы с любовным жаргоном. Что ж, поясню относительно наших соседок. Жёлтыми цветами называют дам в возрасте. А насчёт второго... Когда удовлетворяешь даму по-французски, так уж получается, что ваш нос постоянно щекочут её курчавые волоски. Вот дама помоложе из тех двоих именно по-французски и любит.
Откровенно, однако. Похоже, парень хорошо осведомлён об интимной жизни местных дам.
— Приму к сведению ваши пояснения. И знаете, я считаю, любви все возрасты покорны. А способы удовлетворения дам я предпочитаю другие, хотя и от французского не отказываюсь, если попросят. Как понимаю, прославились в составлении любовного жаргона гусары?
— Почему же именно гусары? Те же кавалергарды им ни в чём не уступают. 
— Только не говорите мне, что в каждой гвардейской части в отношении любовных утех свой жаргон. Я этого не переживу.
— Ха-ха-ха... Вы определённо забавный молодой человек. И знаете что? Раз уж вы не спешите танцевать, то не "задушить ли нам младенца" за знакомство? До ужина времени ещё много, почему бы не провести его в приятной беседе. В буфете, кстати, есть "таможенный квас" от вдовы.
Пообщавшись с поручиком Вяземским, я уже знал некоторые специфические выражения, гуляющие среди столичных военных. Задушить младенца — это значит распить бутылку шампанского, а таможенным квасом в Петербурге как раз шампанское и называют. Ну а самым любимым напитком с пузырьками сейчас в России является шампусик от вдовы Клико.
— Почему бы и нет? Буфет рядом.
Мы прошли в буфет, и Николай, не доходя до стойки, выкрикнул: 
— Нам ерша в салфетке45 и мороженое. Быстро!
М-да, с тактом и уважением к обслуживающему персоналу у парня явно проблемы. Мы присели, распили полбутылочки дорогой и очень кислой французской газировки. По ходу процесса обсудили армейскую интимную словесность, зацепились за обсуждение привычек дам, и Николай предложил:
— А не хотите ли, Александр, проехать в более приватное место, например к баронессе Вавилиной?
— Ха! Вам надоело "танцевать" дам? Вы решили направиться сразу в публичный дом?
— Но-но! У баронессы собирается приличное общество.
— Да-да, наслышан, наслышан. Но, к сожалению, я здесь не один и...
А вот тут нас прервали самым неожиданным образом:
— Александр, это вы! Какое счастье! Наконец-то вы вернулись на родину. Я так хотела представить вас знакомым любителям романса в Петербурге.
Ох ёлы-палы! Эту тётю я хоть и видел всего один раз в жизни, но запомнил, кажется, навечно. Это ж "дама в кружевах", которая на моём первом вокальном выступлении перед женским дворянским обществом Красноярска очень страстно желала узнать о написанных мною юношеских любовных песнях.