Огненное-лето-44-го (СИ)

После этого, придерживая планшетку, быстро убежал. Сделал круг и вышел к мотоциклам, убрав их во второе хранилище. Трофеи. Кстати, старшина нашу договорённость за помощь помнил. Взял довольно крупные швейцарские наручные часы, убрав в нагрудный карман, хотя у того свои были. Оббежав рощу, я достал «ИС-2», да я решил не доставать средний танк, лучше тяж. Так что натянул комбез, сменил фуражку на шлемофон, сидор на место стрелка, и устроился в кресле мехвода. Движок ещё горячий, схватился с полпинка, так что сразу включив вторую скорость, тронулся с места и погнал к своим подчинённым. Вторую лучше всего было включить, на первой скорость маленькая, шуму много, а двигается медленно, а на третьей по такой мягкой почве стронутся сложно, можно и заглохнуть, вторая самая оптимальная. Загнув танк в тень рощи, я заглушил двигатель и аккуратно через узкий люк выбрался наружу.
- Лютова, Зарубина, - сразу окликнул я двоих девчат, спрыгнув на землю. - Значит так, временно включаю вас в экипаж. Сержанта на место командира, рядовая на место наводчика. Вы будете моими глазами. Мне на месте механика-водителя мало что видно. Сейчас выдам комбинезоны и шлемофоны, переоденетесь. А я пока сбегаю за грузовиком.
Окинув взглядом фигуры девчат, прикидывая размеры, ну и зайдя за танк достал из первого хранилища два комбеза и два шлемофона, отдал девчатам, и побежал за грузовиком. Вот с ним я вернулся через десять минут, хотя мог и быстрее. Пока старшина принимал грузовик, проверял всё, ефрейтор с ним в кабине поедет, я показывал девчатам танк, места командира и наводчика, те спустили вниз вещи, после чего я зарядил оба пулемёта, спаренный с пушкой и кормовой, показал, как использовать, к пушке им лучше не прикасаться, после чего запустил движок и выехав на дорогу покатил по ней к дороге. Грузовик следом. Куда ехать повар мне объяснила, а дальше уже грузовик впереди поедет, мне будет показывать дорогу. К счастью обошлось, кроме крестьянина на телеге полной сена, никого не видели, видимо этой дорогой немцы не пользовались, да и по карте ясно, что основная трасса восточнее. Крестьянин чуть напряг, тот мог видеть куда мы свернули, но особо не обеспокоило. Ну узнают немцы, и что? Я только порадуюсь, больше набью, если те сунутся за нами следом. Полчаса, за каких-то полчаса мы долетели до излучены реки, шли на тридцати пяти, а то и на сорока километрах в час, танк выдержал. Действительно глухие места, на двадцать километров никого, ни хуторов, ни других поселений. На месте я передал командование кухней старшине, сообщив, что охрану позиций возьму на себя. Так что старшина с двумя вёдрами убежал к источнику воды, а это берег реки, Днепр чуть дальше, тут приток какой-то, а Лютикова и Зарубина начали помогать с готовкой. Собственно, как раз для этого их и выделили. Я же, осмотревшись, определил верхушку небольшого холма как отличную позицию и перегнал танк туда, где замаскировал бронемашину маскировочной сетью и нарубленным ветками, бегал к кустарнику, ну и поглядывал вокруг в бинокль. На дороге группу капитана Савуч мы не видели, да и не могли увидеть, те шли напрямую, им там километров восемнадцать, а мы по дороге. К слову, единственной что сюда вела.
Махмудова варила рыбные щи, и рис с мясной подливой. Хлеб пекла, кухня у них неплохая, с духовкой. Что было в кузове грузового «Опеля-Блиц» мне было отлично известно, кузов был пуст, когда я достал машину, потому сам комплектовал, что выложить из содержимого того склада на железнодорожной станции. А было помешка соли, коробка чёрного не молотого перца, два килограммовых пакета чёрного чая, две коробки с головками сахара. Его колоть ещё надо. Потом две канистры с маслом. В одном подсолнечное, в другом льняное. Потом три большие консервные банки, кило по четыре каждая, с томатной пастой. Я узнал, что в Союзе их делают, только в сорок втором, во время второй игры. Дальше уже ясно, три мешка с картошкой, два с кочанами капусты, два с луком, один с морковью, шесть с рисом, два с гречкой и два сечкой. Шесть коробок с макаронами. Десять ящиков с рыбными консервами и два с тушёнкой. Из последних мясную подливу Махмудова и делала, причём, умудрившись потратить всего две банки. Это я потом узнал. По приезду повар начала проводить инвентаризацию, составляя список, машину разгрузили. Машина мной загружена доверху была, это так, но место сверху было, и я накидал там три десятка арбузов, из Бразилии, вкусные. В запасе у меня несколько тонн в первом хранилище. Девчат хотел порадовать. А уж как повар удивилась, увидев их. Ворчала на буржуев немецких, что весной арбузы едят. Вообще-то да, есть такое.
 
Ужин, хотя по блюдам сытный обед был готов через два часа с момента как мы прибыли, и это быстро, мне на холм принесли, я успел поесть, и как раз вернул посуду, мне выдали местную, как вдали с опушки показалась длинная змея пешей колонны. Шли толково, дозоры я приметил. По прибытию, сразу начался приём пищи, Савуч отдала приказ, у кухни выстроилась живая очередь, причём парни в её конце. Капитану тоже принесли, а после того как люди насытились, Савуч прислала за мной посыльного. Оставив Лютикову, та с Зарубиной со мной были, сменили, и направился к командиру батареи. Устно доложился о захвате двух мотоциклов, передав командиру батареи свой рапорт, пять германских солдатских удостоверений, и карту фельдфебеля, пусть ознакомится с обстановкой. Припасов в грузовике батарее дней на восемь хватит, если не шиковать, так что порядок. Кстати, обед был отличный, Махмудова прекрасный повар. И чай мне понравился. Самое то. К слову, что имеется на батарее мне известно. А было четыре восьмидесятипятимиллиметровых зенитных пушек образца 1939 года. Четыре грузовика «ЗИС-42», полугусеничные машины. Два мотоцикла «Харлей» с колясками, шесть «полуторок» и два «ЗИС-5». Один из «ЗИСов» и возил на прицепе кухню. Был также ещё один «Захар» с зенитным «ДШК» в кузове, его придали батарее перед тем как вот так использовать в засадной кочующей тактике. Однако, все грузовики обеспечения и пулемётная зенитка отправились с замполитом в тыл за припасами, и не вернулись, так что на месте была армейская полевая кухня, все четыре орудия, четыре грузовика-тягача и оба мотоцикла. И всё. Топлива если со всего слить, едва на два бака тягачей наберётся. Я не знаю почему Савуч решила пешком выбираться, но подумав, кивнул сам себе, это надёжнее, всех всё равно не увезти. Кстати, рация вышла из строя, как раз в день прорыва, её замполит с радисткой с собой забрала. В ремонтные мастерские. Так что на батарее о прорыве узнали поздно, когда к ним старшина со своими людьми вышел.
Савуч, изучив мой рапорт, отложила его к документам убитых немцев и карте, и поинтересовалась:
- Лейтенант, есть ещё что сказать?
- М-м-м… да. Я могу вам всё достать, всё что пожелаете. Оплата одна.
- Какая.
- Ты. Тебя хочу.
***
- Это наши, - опуская бинокль, сообщил я Савуч.
Мы стояли на холме с правого борта «ИС-2». На дороге было видно колонну, которую возглавляла старая «тридцатьчетвёрка». Впереди катил мотоцикл, что числится за батареей. Там сидел один из взводных, кажется командир второго огневого взвода. Два наблюдателя с поста, что следили за дорогой, канонада уже три дня как вокруг отлично слышна, всё же обнаружили передвижение наших войск, вышли на контакт и вот вели к нам какую-то группу.
- Значит не останешься? - спросила Савуч.
- Марин, мы же обсудили это. Нет.
Пять дней я проживаю на территории позиций батареи. Савуч меня поначалу построила, наорав на обнаглевшего юнца, что захотел комиссарского тела, а когда успокоилась, спросила, а кто я такой? То, что офицер-танкист, зелёный салага из училища, она уже не верила ни на грош. Видать Лютикова наболтала, да и со старшиной та успела пообщаться. Была в курсе дел до моего доклада. Да я и не удивился вопросу, даже вполне его ожидал, и пожав плечами, сообщил, что курсант спецшколы. Диверсантов та выпускает. У меня практика перед экзаменами. Повезло оказаться на месте прорыва немцев. За три ночи шесть сотен солдат и офицеров на тот свет спровадил, немало техники уничтожил, и вообще геройский парень. А легенда лейтенанта-танкиста, легендой и осталась. Хотя управлять танком учили. А вообще поверили. Как и то что многого по этой теме разглашать не могу. Этой ночью меня не было на батарее, вернулся только под утро, трофеи добывал. Выспался и пригнал к батарее ещё два «ИСа», и одну «тридцатьчетвёрку», у всех танков сформировали расчёты по три человека, остальные четыре танка я оставил себе, по одному экземпляру каждого типа. Коллекция. Из единственной «тридцатьчетвёрки» сразу достали все снаряды, кроме бронебойных, теперь батарея хоть могла стрелять, и к слову, один раз открывала огонь, как раз все снаряды и использовали, и к моему шоку сбили один бомбардировщик, что шёл на четырёх тысячах. Хвост оторвали и тот с траурной лентой дыма устремился к земле. А когда два «мессера» решили наказать наглецов, то их встретили из двух стволов. В общем, я батарее подарил ещё один грузовик, «Студенбеккер» с припасами, потом плавающий «кюбельваген» лично Савуч, её машина будет, и германский бронетранспортёр с зениткой в кузове. Спаренные автоматические пушки «Эрликон». Тут тоже капитан сформировала расчёт за счёт своих девчат. Они и врезали по «мессерам». Сбить не сбили, но отпугнули знатно, и один с дымом уходил, это многие видели. Потерь на батарее не было.