Второй шанс для шефа (СИ)
— Что случилось?
Я закрываю глаза, словно это поможет мне очутиться дома прямо сейчас.
— Я должна вернуться домой, но последняя электричка уже ушла. И отец сильно рассердится, если я не приеду ночевать.
Я всхлипываю и чувствую как слезы предательски льются из моих глаз, но не могу остановить этот поток. Неодобрение отца пугает меня больше, чем если бы он ругался. Я представляю его взгляд, осуждение в глазах и бессильно падаю на диван.
— Всего-то? — Марк едва заметно улыбается. — Я думал, что случилась катастрофа.
— Ты не понимаешь, это и есть катастрофа.
Я почти рыдаю посреди пьяной и весёлой толпы людей. Все очарование вечера исчезает, и, собравшись с духом, я достаю телефон, чтобы позвонить отцу и попросить его меня забрать.
— Поехали, я отвезу тебя.
— Что?
— Во дворе стоит моя машина, собирайся и я отвезу тебя домой, — Марк пожимает плечами, слово говорит очевидные вещи.
— Но ты пил… — я неуверенно качаю головой.
— Я не сажусь за руль пьяным.
Его голос звучит очень уверенно, а взгляд серьезный. Я пытаюсь вспомнить что Марк пил весь день и понимаю, что ни разу не видела его с алкоголем. В его стакане всегда была либо была вода, либо сок. Предложение Марка очень заманчиво, но я медлю. Все-таки мы едва знакомы, да я и не люблю ездить с незнакомыми водителями. Но парень протягивает мне ладонь и, недолго поколебавшись, я вкладываю свою руку в его.
Всю дорогу до Питера мы обсуждаем музыку, которая звучит на радиостанции. Марк аккуратно ведет свою девятку и через десять минут поездки, я позволяю себе расслабиться. Ночная трасса пустынна, и мы слишком быстро подъезжаем к парадной моего дома. Я бы хотела, чтобы эта поездка не закончилась так быстро, но Марк глушит мотор.
— Спасибо, — я разворачиваюсь, чтобы посмотреть на парня. — Ты не представляешь как это было важно. И прости, что тебе пришлось уехать.
— Ничего страшного, — он отмахивается. — На самом деле, я и ехать туда не хотел, но если бы я пропустил вечеринку, Кирилл припоминал бы мне это годами.
Я смеюсь, понимая, какой Киря порой бывает навязчивый. Не знаю как Вера с ним встречается. Они такие разные, что группа два месяца не верила в их отношения, настолько это казалось абсурдным.
— Представляю. Даже смерть не сможет освободить тебя от вечеринки, если Кирилл захочет, чтобы ты на ней был.
— Вот-вот.
Марк смеется, и от этого звука мое сердце начинает биться чуть быстрее. Когда парень замолкает, в машине повисает напряженная тишина. Я ощущаю как она давит на меня, а воздуха становится все меньше. Глаза Марка темнеют, и он медленно наклоняется ко мне. Я понимаю, что сейчас произойдет, но волнительное предвкушение сменяется липким страхом. Я совсем неопытна по части парней, и он точно это поймёт. Поэтому я резко кладу ладонь на ручку двери, чтобы выйти, но не успеваю. Марк бережно, но крепко берет меня за руку, и я, задержав дыхание, всматриваюсь в его глаза, оказавшиеся так близко ко мне.
— Не уходи, — его голос не громче шепота.
Я сглатываю тугой комок, образовавшийся в горле, но не могу ничего произнести.
— Пожалуйста…
В этот момент мой мозг отключается. Я отпускаю ручку машины и запускаю ладонь в его слишком длинные волосы. Сердце бешено колотится, и я всерьез начинаю бояться, что меня свалит сердечный приступ. Но додумать эту мысль до конца я не успеваю. Марк рывком притягивает меня к себе и целует.
Глава 13. Марк
Я стою уже минут десять на промозглом ветру ночной парковки и смотрю вслед скрывшемуся за поворотом майбаху. Пальцы поглаживают верхнюю губу, пытаясь еще хоть на мгновение задержать вкус Агаты. Рой мыслей вихрем проносится в голове и уносит меня то к тому моменту, где мы целуемся возле окна, то в далекое будущее, где мы счастливы вместе, то возвращает в реальность, где она… убежала…
Что нахер происходит?
Все же было хорошо, она ответила на поцелуй. На секунду мне показалось, что она сама этого хотела, и я не смогу удержаться. И кто знает, как далеко бы все зашло, если бы нас не прервали. Может она испугалась, что пойдут слухи? Здесь все-таки все друг друга знают. А с другой стороны кому какое дело? Вообще плевать кто и что говорит.
Становится слишком холодно, грудь пробирает озноб. Я поднимаю воротник пиджака и захожу внутрь Экспо. А где Боровиков? Мне показалось или Агата его ударила? Я пытаюсь найти его среди гостей, но все тщетно. Самый мерзкий человек на этом вечере будто испарился.
Проходит около получаса, прежде чем Олег докладывает, что вернулся. Я решаю больше не задерживаться и принимаю решение ехать домой.
— Как доехали? — спрашиваю я Олега, садясь в машину.
— Нормально, — как обычно “красноречиво” отвечает мой водитель. — Молчала всю дорогу. Домой?
— Да, — коротко бросаю я. — Как себя вела?
— Я не присматривался. Смотрела в окно, а не в телефон. Бледновата, но, может, мне и показалось.
В дороге я продолжаю прокручивать события, происходящие вечером, и ловлю себя на мысли, что не хочу сейчас ни с кем общаться. Особенно с Люси. Люси… Надо же такое придумать. Как мне дороги все эти ксерокопии с их претензиями на богатую жизнь только потому что у них внешность инстаграмная. Я снова возвращаюсь мыслями к Агате. Умная, образованная, с хорошим чувством юмора и такими нежными мягкими губами. Я неосознанно тянусь к свои и, в который раз, провожу по ним пальцами.
Когда я вхожу в квартиру из глубину комнаты доносится:
— Коть, как прошел вечер?
Люси валяется на диване и даже не отлипает от телефона, чтобы встретить меня. Спорю на что угодно, она пролежала так весь день. Заказала доставку из “Гинзы”, возможно даже побаловала себя омарами. С обеда начали пить Шардоне восемьдесят шестого года, белое, сладкое из моих личных запасов. Если бы все ее подружки не свалили на фэшн вик, она с обеда бухала бы с ними в “Ричмонде”, а вечером потащилась бы тусить в клуб. Но… Те поехали искать себе папиков, а она своего уже нашла.
Действительно. Я ведь старше ее на десять лет. В папики не гожусь, но почему-то раньше эта мысль не приходила мне в голову. И от нее вдруг стало противно.
— Неплохо, — коротко бросаю я, вешаю пальто и прохожу в душ, стараясь не попадаться ей на глаза.
— Коть, тебе потереть спинку? — кричит Люси, когда слышит звук воды. Удивительная привычка не поднимать жопу с дивана ни при каких обстоятельствах. Лучше кричать на всю квартиру.
— Нет, я устал! — отвечаю я, зная, что кроется за этим ее «потереть спинку».
Я хочу побыть один. Я хочу быть не здесь.
Горячий душ только усиливают мою усталость. Я тщательно вытираюсь полотенцем, незаметно проскальзываю в спальню и притворяюсь там спящим.
На следующий день я встречаю Агату в коридоре служебного входа. Она одета в черную юбку-карандаш ниже колен и шелковую молочную блузку, волосы распущены и при ходьбе иногда закрывают лицо. Признаюсь, я ее здесь поджидал, делая вид, что инспектирую пожарный кран.
— Привет, — улыбаясь, говорю я.
— Привет, — отвечает она, быстро улыбается мне в ответ и стремительно проходит мимо. Запах жасмина ударяет мне в нос, я мешкаю из-за этого и не успеваю сказать девушки еще хоть слово.
Весь день Агата избегает меня. После короткого приветствия в начале дня, мы не сказали друг другу ни слова. Я пытаюсь подловить ее на кухне шефа, но она делает вид, что разговаривает по телефону, на раздаче к ней не подойти, у туалета совсем дико, но и там она вместо меня заводит разговор с официантом и удаляется. Из кабинета Ильи она вылетает быстрее пули, как только я туда захожу.
— Она сегодня странная, — кивает головой Илья, увидев, как я, стоя в дверях, провожаю взглядом Агату. — Перебрала вчера?
— Выпила один бокал шампанского, — пожимаю плечами я.
— Слышал вы танцевали…
Я перевожу взгляд на друга. Только этого мне не хватало. Хотя разве кто-то ожидал другого?
— Сплетни разлетаются быстро, — негодуя, мотаю я головой.