"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Ребята, мне нужна ваша помощь.
Понимаю, что разговор с кошаками, да еще и с искусственными, это бред из театра абсурда, но решил, что лучше стать им, если это возможно, другом, а не начальником.
– На ветке, которую вы с таким рвением тащили, лежит моя подруга. Ей очень плохо, а у меня нет больше сил ее тащить. Помогите, пожалуйста.
Они переглянулись, синхронно кивнули своими милыми мордашками, снова уцепились за ветку, и карета «скорой помощи» потихоньку двинулась в путь.
Вот только было непонятно, куда он нас выведет?
Мне стоило задаться вопросом, куда мы движемся, но почему-то думать об этом не хотелось. Движение продолжалось долго, бесконечно долго. Я шел, шел, шел. Вокруг все было серым и безрадостным, время, казалось, тянулось как кисель. Навалилось такое состояние, как будто бы меня накормили довольно сильными транквилизаторами. Нервная система перешла в состояние полной отключки. Все происходящее вокруг стало совсем не интересным. Потом были корень, непонятно откуда взявшийся под ногами, падение и темнота.
Очнулся (или все-таки проснулся?) от того, что меня подбрасывало. Никак не мог врубиться, что происходит. Голова соображала очень плохо, вернее, совсем не соображала. Меня трясло так, что, казалось, мозгам стало мало места в черепной коробке. Никак не мог сообразить, что же мне не дает спокойно умереть. Может быть, я ошибаюсь, но очень похоже на депрессивное состояние. Кое-как удалось сконцентрироваться на том, что находилось передо мною. Этим оказалась Миранда. Она пробовала привести меня в чувство, но было видно, что данная задача ей не под силу.
Невзирая на внешний раздражитель, начал потихоньку отключаться. Трясти перестало. «Наконец-то мне дали спокойствие», – подумалось тогда. «Теперь я могу поспать!» – всплыла фраза одного мультяшного героя, успешно завершившего считать слоников, но все произошло практически так же, как и в мультике. Его разбудили на самом интересном месте. Вот только будили его нежно, а мне, к моему величайшему ужасу, просто зарядили в ухо. Реальность вернулась молниеносно. Мозги заработали как ненормальные. В смысле в ускоренном режиме и с максимальной отдачей.
Когда в глазах прояснилось, увидел довольно интересную картину. Миранда стояла в одном сапожке, а другой держала в руках. На мой удивленный вопрос, что с ней такое, мне пояснили в самых красочных выражениях, какой я плохой человек. Еще предупредили, что, если начну отключаться, процедуру повторят.
Решил лишний раз не нарываться. Поэтому постарался взять себя в руки. Мы поужинали теми запасами, которые додумался прихватить с собой. В ответ на приставания Миранды с расспросами рассказал сильно урезанную версию происшедшего. Ну не хотелось мне снова вспоминать все подробности тех ужасных событий. Не знаю, как герои рассказов с таким спокойствием относятся к куче трупов, но меня они приводят в состояние неадеквата. С детства не люблю такие вот боевики и насилие.
Ночь мы провели на природе. Грелись, прижимаясь друг к другу и закутавшись во все, что было в хозяйстве. Выспаться не удалось. Зуб на зуб не попадал. Поэтому пробуждение, если можно так назвать утренний подъем, прошло плохо. Мы пожевали остатки того, что оставалось в мешках. Даже не представлял, сколько могут съесть двое детей в состоянии шока, а выели мы из мешочков прилично. После этого направились дальше, в никуда.
  
Глава 22
 
Уже два дня наш небольшой караван продвигался через лес в направлении, нашептанном звездами. Куда мы шли, было неизвестно, почему – непонятно. Все это время количество моих нервных клеток стремительно уменьшалось. Они просто умирали от стрессовой ситуации. До попадания в этот мир я был уверен в психологической устойчивости своего организма. Пребывание в теле малолетнего герцога очень даже пошатнуло уверенность в этом. Появились ли в шевелюре седые волосы? Не знаю. Тяжело определить данный факт, если предмет исследования довольно-таки грязный. Но почему-то казалось, что это утверждение недалеко от истины.
 
Наш караван, как я называл его про себя, состоял из двух человек и семерых котят. Вторым человеком, как, кажется, вы догадываетесь, была Миранда. Эта несносная девчонка проделала мне довольно большую дыру в мозгах. В переносном смысле слова, понятно. Происшедшее с нами не оставило ее равнодушной. Мало того, девочка стала очень нервной. Вы можете себе представить, что вас сопровождает особь женского пола, которая постоянно всхлипывает, утирает слезы или заходится в истерике? Мне было не по себе от такого общества. Да и самому было не легче. Представьте, что на ваших глазах положили кучу народа. Понятно, что там были и плохие ребята, но факт того, что их убили на моих глазах, забываться не хотел.
Еще где-то вокруг носилась семерка бо́рзых. Хотя, возможно, и не носились, но в поле зрения их не было. Впрочем, на нас никто не нападал, возможно, в этом была и их заслуга. Также это зверье занималось поставками провианта. Представить, как эта мелюзга тянет кролика к нашему костерку, думаю, будет нетяжело. Одна только проблема: костерка не было, так как разводить его было нечем. Спичек найти не удалось. Так что котята тащили нам не мясо, а ягоды. Шествие котенка с веточкой во рту выглядело забавно, а вот срез на веточке смотрелся идеально.
Куда мы направлялись? Не знаю. Хотя направление выбирал я, просто тыкая пальцем, как говорят, в небо, но почему и зачем, не знаю. Мне просто хотелось уйти подальше от того места, где произошло побоище, а возвращаться назад боялся. Было очень жалко людей, которые отдали за меня свои жизни. Еще было жалко себя, попавшего в этот мир и нарвавшегося по полной программе. О Миранде, которая находилась в состоянии шока или аффекта, или как там это зовется у умных людей, вообще молчу.
Почему пошел в этом направлении? Почему не возвратился назад? Почему, почему, почему? Сколько таких вопросов лезло в мою голову, вряд ли можно посчитать. И ответы были банальными, но от этого не менее болезненными. Куда идти? Дороги я не запомнил. В лесу ориентироваться не умел.
– Кевин, я больше не могу, – послышалось за спиной.
Обернувшись, увидел, как девчонка прислонилась к стволу довольно толстого дерева и потихоньку сползла по нему в сидячее положение. Она ничего не просила, не упрекала, ничего не доказывала, но стала похожа на привидение самой себя. Когда смотрел на нее, становилось не по себе. Нужно было что-то делать. Нужно что-то делать. Вот только что?
Подошел к дереву, растущему напротив сидящей подруги, и тоже сел. Прислонился к стволу, прикрыл глаза, попытался расслабиться, и воспоминания снова хлынули потоком.
…Нападение на нашу группу, быстренько убегающую от замка. Требование отдать кольца. Угроза покалечить меня любимого. Инициализация охранной системы Древних и смерть нападавших. После этого был шок, от которого пришлось отходить несколько часов. Скажем так, смерть такого количества разумных была очень неприятна. Состояние оказалось шоковым.
– Носитель на грани нервного срыва, – прозвучал в голове голос. – Требуется немедленное вмешательство.
Свет потух, и сознание кануло в спасительное небытие.
Приходил в себя тяжело и долго. Иногда бывало такое, что уже вроде очнулся, но тут же наступала новая отключка. И только на пределе восприятия ощущалась какая-то неправильность происходящего. Снились какие-то глюки о том, что у меня сейчас тело мелкого шкета с большим титулом. Мне это казалось глупостью, которая мешает спать, и я пытался отделаться от этого наваждения.
Очнулся резко, каким-то рывком, что ли. Поднялся на кровати и сел. Стоп! Это была не кровать, а какая-то широкая лавка. Полутемное помещение, в которое с трудом пробивался свет. Закопченный потолок, который, как и стены, оказался сложен из бревен, притом очень-очень старых. Большая кровать в углу. На кровати перина. Очень толстая перина. Одно окно – малюсенькое и тусклое. Двери массивные, очень. Они были открыты. На улице звучали голоса. На автомате поднялся и поплелся на улицу, к голосам.