"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Какая ты красивая, — выдохнул он, наконец… — Ри-и-ин, ты просто потрясающе красивая!
Мы с Ящерицей замерли, с подозрением уставившись на парня. Он что, не понял, что я — это не драконица, а драконица — это не я?!
— Вот, я тоже этой странной женщине какой день талдычу, что она во всех вариантах прекрасна, и ей просто надо склеиться и перестать клевать мой мозг. Она тебе похвасталась, как сегодня чуть лапы не откинула?
— Утром? — Фредонис заметно напрягся, посмотрел на меня с легким осуждением, при этом продолжая гладить Ящерицу… Гладить… Не меня! Хотя я чувствовала исходящую от него прохладу, но вся ласка и нежность доставались драконице, а не мне. А это бесстыдное земноводное взяло и лизнуло… лизнуло! И-и-ить… Как я ему теперь в глаза смотреть буду?
— Улет! Ну и давай, доказывай нам теперь, что вы с Ящерицей — разные личности, — ехидно хмыкнул на это Ниммей. — Тимку обе слушаетесь, от некроманта обе разум теряете… Да не дуйся ты! Это я дуться должен, вообще-то. Только отвлекусь, как то одна, то вторая половина моей женщины лезет целоваться с другим парнем.
— Ним! — простонала я, краснея и зверея одновременно.
Фредо, вновь обернувшись, заинтересованно уточнил:
— Так что утром произошло с лэрой?
Я очень быстро пересказала, что же именно со мной произошло, и под сочувствующим взглядом Фредо расстроилась, чуть ли не до слез. А потом он так посмотрел на Нима… так сурово на него посмотрел, что я даже приготовилась прыгать между ними, чтобы не допустить драки.
— Лэра… я ничего не понимаю в превращениях и сменах обликов у оборотней, но если вам будет нужна моя помощь…
— Слушай, герой, если ты их сейчас сможешь без потерь склеить, я начну грызть хвост от ревности, но тихо и без скандала. А если ты тут из себя просто высококультурного лэра решил поизображать, то у нас может вот-вот случиться небольшой конфликт, переходящий в мордобой, — все же, судя по всему, лимит терпения у Ниммея оказался не бесконечным. — Я тут с ней полтора ваших часа загорал, оказывая посильную помощь, пока она пыталась обратиться. Но это ж не драконица, а козлица упертая! И если сейчас они еще полтора часа будут друг другу глазки строить… Нет, конечно, буду сидеть и ждать, куда мне от них деваться? Так что, если вам будет нужна моя помощь — обращайтесь.
Выдав эту речь, Ним плюхнулся в траву, рядом с огромной корзиной с малиной, и сделал Фредо приглашающий жест в нашу сторону:
— Давай, если ты сейчас сумеешь ускорить процесс склеивания, я тебя потом даже поцелую… если захочешь!
— Вот уж спасибо, — ехидно-насмешливо фыркнул Фредо и посмотрел на нас с драконицей.
Ящерица подошла к нему поближе, обнюхала и потом вопросительно посмотрела на Нима. Тот пожал плечами и махнул рукой:
— Сами разбирайтесь. Я не знаю, что с вами делать и что вам говорить, кроме того, что люблю и одну, и вторую… Тьфу ты, блин! Что вы — одно целое, и я вот это целое и люблю. А вы этим пользуетесь и издеваетесь надо мной и моей хрупкой ранимой психикой.
Фредонис скривил губы в сочувственно-насмешливой улыбке и с надеждой взглянул на меня. Я — на Ящерицу. Та отрицательно замотала головой и отвернулась. Потом скосила глаз в сторону Фредо, задумалась. Посмотрела на Нима. Снова на меня. Вздохнула. Я старалась не выходить с ней на контакт, чтобы не спугнуть, поэтому, даже приблизительно, не представляла, что происходило в голове у этой курицы. Но, в итоге, она подошла и положила голову мне на плечо. Ее огромный голубой глаз, при свете звезд чуть отливающий красным, уставился на меня. Вертикальный зрачок то расширялся, то сужался.
Не удержавшись, я погладила это чудовище. Потом тихо признала, что утром она же пыталась сделать как лучше — защитить нас от врага, блокирующего магию. От человека, посмевшего поднять руку на дракона… Следующие долей двадцать мы пререкались, потому что Ящерица была недовольна, что я слишком хорошо отношусь к людям, а я, естественно, была недовольна ее высокомерными замашками. Сначала я больше огрызалась, чем спорила, затем разозлилась, чуть ли не до желания устроить драку и переругаться окончательно. А потом мне вдруг стало спокойно-спокойно, я уселась в траву и, гладя улегшуюся рядом Ящерицу по голове, решила поделиться с ней своими самыми запоминающимися воспоминаниями. Не просто как картинками, а открывая каждую эмоцию, словно переживая их по новой. Вдруг это поможет ей понять мое отношение к людям?
 
Осень, дождь, крыльцо школы и симпатичный веснушчатый мальчишка с золотисто-рыжими волосами. Дружба, счастье, ходить вместе, взявшись за руки. Быть вместе… Как поддержка, как надежная опора, как единое целое.
— Как Ним?
Хм… Да, наверное, как Ним, но чуть иначе. С Нимом мы еще больше единое целое, совсем-совсем. А потом восход солнца на тусклом небосклоне моей жизни.
Чувство гордости распирает меня изнутри — я сама в первый раз в жизни одна-одинешенька поеду в метро. И не важно, что мне уже одиннадцать, и все мои ровесницы катаются в соседние районы города регулярно. Лично для меня это — событие. Я не люблю места больших скоплений людей. Я, вообще, людей не очень люблю. Опустив монетку, прохожу мимо турникетов, напряженно ожидая от них подлянки. Но ничего не происходит. Спокойно съезжаю вниз, в подземелье, пропихиваюсь в электричку и, радостная, замираю в ожидании своей остановки. И тут-то как раз и происходит появление «луча света»!
Я почувствовала, что в карман с монеткой на обратную дорогу лезет чья-то рука. Все деньги у меня лежали в другом месте, а вот заветная монетка хранилась именно там, и ее сейчас вытащат! А значит, снова стоять в очереди, менять… Вот уж нет!
— Вынь руку из моего кармана, сейчас же! — процедила я не допускающим возражения тоном. И неизвестный быстро выполнил приказ.
Я обернулась. За моей спиной стоял парнишка, примерно моего возраста, может, года на два постарше. Оборотень. Птица. С длинными золотистыми локонами до плеч и бездонными огромными голубыми глазищами под пушистыми ресницами. Как такой мальчик может воровать в метро?! Как такой мальчик, вообще, может воровать?!
— Зачем ты ко мне в карман полез? — строгим голосом спросила я.
— На спор, — нагло улыбнулся он мне в ответ. — Друг сказал, что карманником быть сложно, надо долго учиться.
— Ты проиграл! — уверенно объявила я.
— Вот уж дудки! Ты первая, кто почувствовал.
— А сколько народу ты уже успел ограбить? — я нахмурилась, пристально смотря в глаза малолетнему вору и обдумывая, что мне делать дальше.
— С десяток. Я не считал, — по-прежнему нагло улыбаясь, ответил мальчишка.
— Станция Залисовые поля, следующая станция… — услышала я голос диктора и кинулась к дверям. Мальчишка выскочил вслед за мной. Я вопросительно уставилась на него.
— Ты мне понравилась, — он заявил это таким голосом, как будто был наследным принцем, как минимум.
Я фыркнула, как кошка, и направилась к эскалатору. Мой новый поклонник устремился за мной. Стоять и делать вид, что рядом никого нет, было глупо. Поэтому я решила продолжить нашу светскую беседу:
— Так сколько народу ты уже успел ограбить? — и презрительно уточнила, — На спор…
— Да не грабил я никого, — решил снизойти до объяснений наследный принц. — Другу показывал, что вытащил, и запихивал обратно, — и, почему-то слегка покраснев, добавил: — У тебя кошелек в левом кармане. Я его тоже вытащил…
Первое движение у меня было проверить карман, что я и сделала. Кошелек лежал на месте. Я посмотрела на мальчишку испепеляющим взглядом, но тот ответил мне нагло-вызывающим.
— Сказал же, что не воровал. Просто поспорили. У меня с деньгами проблем нет.
Я вышла из метро, мальчишка пошел за мной.
— Так и будешь идти хвостиком? — ехидство в моем голосе должно было запрятать надежду услышать положительный ответ.
Мне было уже одиннадцать! Некоторые из одноклассниц даже целовались с мальчишками, а у меня еще никого не было. Да я и не стремилась к этому. Меня вполне устраивало быть для парней «своей в доску». У меня не получалось кокетничать, не хватало терпения часами крутиться перед зеркалом, всем нарядам я предпочитала футболку и джинсы. И только сейчас, так как я ехала к бабушке, на мне были юбка и нарядная с рюшечками кофточка, от которой меня не так сильно тошнило, как от остальных ей подобных. Мама очень любила наряжать меня «как девочку», но сдавалась я достаточно редко. И вот сейчас я вдруг так обрадовалась, что вся такая нарядная, в юбочке, в туфельках, с красивой заколкой в волосах… Конечно, я ему понравилась!