"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Значит так. За мной начал ухаживать Фредо. Это не понравилось его парню. И после успешной тренировки по взаимодействию антимагии, он спровоцировал меня на драку, а затем попытался устроить магическую дуэль. За это его и Фредо высекли, розгами, при всех. После этого Фредо с ним расстался и продолжил за мной ухаживать. Ну а потом пришли ангелы и принесли свою книгу с пророчествами.
— А тебе?
— Что мне? — я даже опешила от краткости реакции на мой длинный монолог.
— Тебе нравится, что Фредо за тобой ухаживает?
Фраза звучала подозрительно, и как на нее правильно отвечать, я не знала. Главное, она опять же была, скорее, в духе старшего брата. Может, Ниммей именно так ко мне и относится, а я тут себе напридумывала лишнего?
— Он ухаживает за мной, как за парнем. Но делает это красиво.
Я вспомнила наше ночное катание с Фредо на воздушных горках и почти инстинктивно потерла руками плечи в тех местах, где их проткнули когти дракона.
— То есть тебе нравится сам процесс?
— Нет, почему, мне и Фредо нравится, иначе бы процесс не нравился. Просто он мне нравится…
Я задумалась, пытаясь найти подходящее разъяснение и ничего лучше сравнения с книгами не придумала.
— Вот представь, ты прочитал уже множество интересных историй и вдруг начинаешь читать такую… просто совсем замечательную! И, при этом, где-то на середине прочтения у тебя начинает зудеть мысль, что, возможно, где-то неподалеку есть еще другие такие же, а может, даже лучше. И вот ты сидишь и не знаешь, дочитывать до конца или отложить в сторону.
— Во, ты улетный философ, ящерица! Мой мозг превратился в шкварки от усилий понять метафору. То есть ты не знаешь, хочешь ли читать дальше книгу про Фредо. Тебя на середине вынесло из сюжета, и ты переживаешь, мало ли вдруг концовка не понравится, так?
— Да, — я непроизвольно улыбнулась. — И потом, эта книга принадлежит другому и… Она думает, что ее читает не тот, кто читает на самом деле, вот!
— Я слишком много выпил, чтобы вписаться в этот поворот. Ща… — Ниммей тряхнул своей гривой, переглянулся с ухмыляющимся Тимохой и резюмировал: — Короче, книга про Фредо зачитана и рассчитана не на читательниц, а читателей! Улет, я гений! Предлагаю выкинуть ее с полки, тем более теперь, когда я вернулся.
Преображение из старшего брата-следователя в друга произошло не то чтобы совсем внезапно, но все равно несколько резко… Вот только что на меня смотрели трезвым взглядом с внимательным изучающим прищуром, и вот передо мной привычный Ниммей, дурачащийся и слишком уж демонстративно делающий вид, что слегка перебрал с выпивкой.
— Пожалуй, я ее оставлю и буду полистывать время от времени, когда будет соответствующее настроение.
— Как знаешь, — дракошка фыркнул, скорее с ехидством, чем с недовольством, и самоуверенно заявил: — Я позабочусь, чтобы тебе было некогда отвлекаться на всякие измусоленные чужими лапами книжки. У тебя рядом, в соседней комнате, ценный фолиант!
— Это ты, что ли? — тихо рассмеялась я.
Громко веселиться в погруженной в траур Академии было не очень прилично. Но и оставаться серьезной — не возможно.
— У нас скоро не блок, а музей будет. Над Ринкиной дверью — золотая поварешка просветления, а в одной из комнат — рыжий фолиант в веснушках, — поддержал мой тихий смех Тимоха.
— Правильно оформленная пещера дракона, — хмыкнул Ним. — Только принцесса у нас в штанах рассекает. Надо ее переодеть…
— Только попробуйте, я вам той самой золотой поварешкой по лбам военный марш настучу!
— Тим, у нас не принцесса, у нас деспот-узурпатор! — Ниммей показал мне язык и поскакал вверх по лестнице. Я сначала рванула вслед за ним и лишь на пятом этаже осознала, что не только не задыхаюсь при подъеме, а практически бегу. Нормально я так себе дыхалку прокачала! А ночью Ним пришел ко мне, молча укутал меня в мое одеяло, как в кокон, запинал к стенке, сам улегся рядом, накрылся своим, которое принес с собой…
— Спи!
Буркнул, уткнулся носом мне в затылок и почти мгновенно уснул. И я, когда волна накрывшего меня офигения схлынула, тоже уснула. Мне было хорошо, тепло, уютно, надежно и…
 
— Я сломаю этот гребаный звонок! Огнем на него дыхну! Разнесу…
— К едрене фене, — подсказала я, потирая практически оглохшее ухо.
— Точно, секешь фишку…
Мы выползли вдвоем из комнаты, чтобы наткнуться на Тимку.
— И ты Брут! — пафосно объявил тот, глядя на Нима. — Или ты Ринку так от Фредо охранял? Так он вроде еще в блок без стука не вламывался.
— Я замок от моих кошмаров охранял. А то дыхнул бы огнем, и все… пепелище. Поэтому лечился по методу Фонзи, с красивой девушкой под боком. Очень хороший метод, мне понравилось. Девушке тоже, — и этот засранец взял и шлепнул меня по заду. Черт! На фоне ухаживаний Фредо, панибратское отношение Ниммея, как ушат холодной воды после жаркого дня. Пришлось развернуться и залепить подзатыльник, чтобы руки не распускал.
— Ромео из тебя так себе, — зачитал Тимка приговор по выражению моего лица. — Но жить будешь. Ринка добрая.
— Я злая, — буркнула я, но уже заготовленную шаблонную шутку о том, что убью внизу, чтобы труп по лестнице не переть, в последний момент проглотила. В ближайшее время так шутить не стоит. Да и убивать Нимма жалко — смешной такой, стоит, улыбается, как дурак, и затылок растирает, наверное, чтобы шишки не было. Залепила-то я от души…А потом мы спокойно пошли на тренировку, даже Ниммей. Затем привычно взяли штурмом столовую, чтобы позавтракать. Еще стоя в очереди на раздачу и крутя головой по сторонам, я обратила внимание, что первокурсники старались теперь разделиться не по факультетам, а по командам. Пусть и не полным.
Странно, но парни из команды Ниммея к нам подходить не рискнули. Лишь Пэтро помахал рукой, и все. Хотя мы пришли попозже, и по местному этикету это мы должны были к ним подсесть, а не они к нам. А мы не захотели и плюхнулись со своими подносами отдельно. Кстати, раньше я как-то не заостряла на этом внимание, но сейчас, приглядевшись, отметила, что покомандное разделение начиналось не с шестого, как мне вчера показалось, а с пятого курса. А вот более младшие еще крутились везде учебными группами. Так и тянуло диагностировать: «Пороха не нюхали». До сборов первокурсники выделялись, напоминая восторженно-неугомонные стайки воробушков или, наоборот, расхаживали по коридорам как павлины, раздуваясь от собственной важности — поступил, достиг, проник, учусь… Сейчас же они очень четко разделились на тех, кто пороха нюхнул и резко повзрослел, порой даже слишком. И тех, кто на сборы не попал и остался прежним.
Участвовавшие во вчерашней пьянке шестикурсники начали вползать в столовую уже тогда, когда мы доедали. С Фредо мы, вообще, столкнулись в дверях, и от его: «Доброе утро, Рин», у меня привычно замерло сердце, а душа ухнула в пятки. Но я уже научилась воспринимать это как естественный процесс, с которым следует смириться и не обращать на него внимания. От кофе — бодрит, от сыра — крепит, а при встрече конкретно с этим парнем у меня временный паралич тела и мозга. Тем более в наличии заметный прогресс — раньше я на несколько минут отупевала, теперь пара секунд, и я готова ответить: «Доброе утро, Фредо». И довольно улыбнуться, заметив, что мой голос обладает таким же парализующим эффектом. Пустяк, а приятно. А потом мы разошлись по своим аудиториям. И я едва удержалась от радостного повизгивания при виде строгого сурового лица моего замечательного преподавателя.
— Приятно, что вы так по мне скучали, студент Рин, — Демо даже улыбнулся, глядя на меня. — А теперь, вместо взаимных объятий, порадуйте меня демонстрацией своих успехов. Судя по отчетам моих заместителей, у вас они иногда встречались.
— Заместители или успехи? — не удержавшись, съехидничала я.
— Заместители с вашими успехами, — Демо снова скупо и быстро улыбнулся и тут же опять стал суровым и серьезным: — Давайте, студент Рин, начнем с охранного огненного круга. Очень полезная вещь для выживания оказалась.