"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Рванула в сторону, но далеко не убежала. Состояние не то. Вирону ничего не стоило меня догнать. Взял на руки.
— Я могу дойти сама!
— Дойдешь, но сил для дальнейшего разговора с моим начальством уже не останется. Не надо воспринимать меня в штыки. Зла я тебе не желаю.
Вир направился в неизвестном мне направлении.
— Так почему я у тебя в каюте, а не больничной палате?
— Освободили место для других больных. Почему у меня? Почему бы и нет? Я твой друг. Будет время поговорить о жизни.
Он что, за дуру меня держит?
— Я хочу отдельное помещение.
— Миа, это не самый большой военный корабль. Все каюты заняты. Только я, как капитан, и еще несколько офицеров, живут без соседей, а так здесь расселяют по два, четыре, а то и шесть тожутов в каюте.
— Согласна на кладовку.
— Не говори ерунды, — фыркнул нейсег.
— Долго я еще тут буду находиться?
— До Титана на этом корабле несколько дней хода.
— Несколько дней? Почему так много?
— Ты летела на малом одиночном корабле на сверхскорости. Этот так быстро не полетит.
— Можно доставить меня на Титан на таком же малом корабле, я знаю, у вас такие есть.
— Есть, но они все задействованы в операциях. У людей нет настолько быстрых машин, так что ты долетишь так скорее.
Вот почему у меня такое ощущение, что мне вешают лапшу на уши?
Мы, наконец, пришли. Вирон поставил меня на ноги.
— Дальше я не пойду. Тебя ждут. Пожалуйста, хорошо подумай над тем, что тебе предложат. Ты ведь всегда хотела свободы и независимости. Я буду ждать тебя тут. Знай, я всегда тебя во всем поддержу, и если ты согласишься, буду очень рад.
Нейсег мягко подтолкнул в спину. Дверь распахнулась, и я прошла в зал, где за большим овальным столом расположилось тожутское командование. Насчитала двенадцать тожутов.
При моем появлении, мужчины в приветствии поднялись со своих мест. Все невероятно высокие и внушительные. Тожуты вызывали трепет одним своим видом. Невольно оробела. Захотелось сгорбиться, сжаться и попятится, но силой воли заставила себя выглядеть, как я надюсь, невозмутимо. На этом корабле я, не просто я, а представитель человеческой расы. Далеко не всем тожутам доводилось общаться с людьми, так что по мне у них может сложиться некое представление о народе, к которому я принадлежу. К тому же, покажешь слабину, и задавят авторитетом. Мне же нужно создать хотя бы видимость разговора на равных. С прямой спиной и каменным лицом, на негнущихся ногах подхожу к столу. Слышу приветствия, отвечаю, как принято у тожутов. Негатива ни от кого не чувствую. Скорее наоборот. Мне отодвигают стул, и мы все садимся.
Никакие мои опасения не оправдались. Со мной говорили очень вежливо и с большим уважением. Двойного дна в словах, как ни пыталась, не обнаружила. Настрой до невероятного положительный и благожелательный.
Мне предложили работу. Для начала свой корабль, укомплектованный штатом военных и серьезное звание, с перспективой повышения через несколько лет. Насколько я поняла, один нейсег нашептал руководству о моих мечтах и желаниях, а уж о положении человеческих женщин тожутам и так известно, так что, скорее всего, они сами понимают, какую шикарную возможность мне предоставляют. Не сообщили обо мне людям сразу, чтобы в случае, если я соглашусь, не иметь конфликтов с новообразовавшимися партнерами. Формально я бы стала числиться пропавшей без вести. И вряд ли бы еще когда-нибудь, работая на окраинах тожутской территории, пересеклась с Титаном, и его жителями. В дальнейшем же по отработке первоначального контракта, я могу заключить новый, и продолжать служить у тожутов, либо уйти на все четыре стороны.
Сказать, что предложение заманчивое, значит, ничего не сказать. Всегда об этом мечтала, и будто сказка вдруг ожила. Я бы непременно, даже не раздумывая особо, согласилась, случись это собрание немного пораньше. Ныне же ситуация изменилась. Все дело в ребенке, которого я жду.
Поинтересовалась у тожутов, знают ли они об этом обстоятельстве. Оказалось, знают. Мою личность всесторонне изучили, прежде чем предлагать у себя работу, и данный факт, от них не укрылся. Сказали, что ничего страшного. Такое понятие, как декрет у них есть. И ребенку будет позволено остаться со мной, либо же он отправится в их лучшие воспитательные учреждения. Тут все будет зависеть от моей воли.
 
Вот тебе и тожуты с их философией, что все должно быть честно и официально. Видимо верхушка не придерживается взглядов, ее же пропагандируемой.
По сути тожуты и не рискуют. Вскройся когда-нибудь в будущем мое местонахождение, так это надо для начала доказать, что я и есть та самая миссис Блэквуд, а не какая-нибудь удачливая беженка. Генетический анализ провести тожуты не позволят, а внешне многие люди похожи, главное самой не лезть с чистосердечными признаниями.
Скрипя душой, от предложения вежливо отказалась. Однако сразу поинтересовалась, будет ли оно в силе через некоторое время, поскольку для себя я еще не до конца определилась. Меня заверили, что если не возникнет проблем с человеческой стороной, то меня с радостью примут. То есть при условии, что меня официально отпустят к тожутам, либо я вновь, как в данном случае, уже самостоятельно исчезну.
Мосты жечь я не намерена, как в отношении Титана, так и в случае с предложением тожутов. Для начала мне все-таки нужно еще раз встретиться с Рикером. Очень уж удивил его поступок, а разобраться, увы, не было времени. Ведь меня фактически отпустили, деактивировав большинство функций браслета (иначе бы я не смогла палить по такертам и улететь в немыслимую даль). Была ли эта первая весточка, что меня, наконец, начали понимать, или же просто так сложились обстоятельства? Я не привыкла чувствовать себя перед кем-то в долгу, но чувствую. Оказанное доверие, так просто предать его уже не могу. Еще один важный фактор. Во мне растет его ребенок, поэтому стоит расставить для начала для себя все точки, чтобы идти дальше в том или ином направлении. Что делать при не лучшем для меня исходе, я уже знаю.
Дальше с тожутами началась менее официальная часть беседы. Мне выразили восхищение. С записью проведенного сражения ознакомились многие военные. Еще объявили, что наградить меня, поскольку я не их подчиненная, официально не могут, однако, мне решено было сделать подарок. Тот такертский корабль, что я угнала, восстановлению не подлежит. Его, рачительные тожуты, уже разобрали на запчасти. Мне же предложили другой, ранее ими захваченный. Немного подпаленный, но целый, и в рабочем состоянии. С их стороны, это был символ восхищения, аванс добрых намерений в будущем, соответственно моя благодарность, ну и, как я ехидно подумала про себя, средство, чтобы к ним и сбежать впоследствии с Титана, при необходимости. Для людей же официально это будет не подарок тожутов, а трофейный корабль, который я якобы угнала тогда у такертов. От такого точно не имеют права отказаться.
Надо было видеть разочарованное лицо Вирона, когда я вышла со встречи, и сообщила, что отклонила щедрое предложение. Взгляд, в котором ранее плескалась надежда, потух, кончики ушей, и уголки губ опустились.
Молчаливый нейсег вновь отнес меня к себе в каюту. Возражения и просьбы, чтобы меня все-таки отселили, он не слушал. Мы вместе поужинали, потом Вир опять отнес мое сонное тело в рубку связи. Командование сообщило Титану о моем нахождении. Состоялся краткий разговор с Рикером. В его глазах я заметила тревогу. Он вглядывался в мое лицо, будто что-то ища, сам при этом сохранял почти невозмутимую холодную маску, ведь за сеансом связи наблюдали операторы, как среди людей, так и тожутов. Темные круги под глазами, и бледное осунувшееся лицо выдавали, что для хозяина Титана время, с момента начала попытки захвата такертами, было не самым простым. Тем не менее, несколько теплых слов в конце было сказано. Меня ждали.
Недовольный Вирон отказался выдать мне на время личное средство связи. Якобы на военном корабле они все на учете, и чужим нельзя такими пользоваться, да и тот разговор, что состоялся сейчас, был исключением из правил, исключительно по приказу командования.