"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Перед отправлением проверил, как модернизировали мобильный телепорт мои вчерашние собеседники, и был разочарован. Да, к нему прицепили дополнительный блок аккумуляторов, но визуально ничего не изменилось. Пришлось поверить Профессору на слово, ибо иных датчиков и приборов у меня не имелось в наличии.
Прихватив половину личного состава Мурзиков во главе с Шустриком, отправился в лабораторию. Им отдал приказ заниматься переносом флешки с данными по очереди, проводя ротацию между собой. Сам же решил ближайшую недельку отоспаться, так как именно за столько времени мне пообещали провести реанимацию. Вы ведь знаете, спорить с врачами дело бесполезное и неблагодарное, вот и я решил не заниматься ерундой, добровольно отдавшись в их руки.
Пока добирались в лабораторию и двигались к медицинскому центру, было еще ничего, а вот когда передо мной оказался открытый гроб, в который нужно было залезть, стало совсем худо. Хотя я и не страдаю клаустрофобией и абсолютно свободно могу находиться в закрытых помещениях, но здесь струхнул. Из любого места можно выбраться, если ты при памяти, но если тебя отключат от реальности и введут в стазис? Что тогда делать?
С какой это радости я становлюсь параноиком? Ведь нет же причин для подозрений. Или есть?
– Кевин! Ау-у! – обратился ко мне Профессор. – Если ты забыл, то напоминаю, что я лезу вместе с тобой в этот гроб. И у меня тоже нет ни малейшего желания зависнуть здесь, как ты говоришь, на пару сотен лет. Так что прекрати паниковать и полезай внутрь. У нас еще очень много незавершенных планов на ближайшее время!
От столь проникновенной речи мне стало совсем не по себе. Очень уж она походила на спич, который толкают перед новобранцами за несколько часов до мясорубки, из которой в лучшем случае вернутся лишь единицы. Вот только не хотелось обижать наставника своими подозрениями и пришлось лезть в открытый зев этого высокотехнологичного саркофага Древних. Забираясь внутрь, начал молиться, так как ничего иного мне не оставалось.
Да, чуть не забыл. Перед тем как погружаться в недра медицинского аппарата, Проф потребовал снять одежду. Всю! Аргументировал ссылкой на то, что одетого человека намного тяжелее диагностировать и лечить, а у нас и так времени в обрез. Было, конечно, стремно, но пересилив себя, сделал, что требуют. Потом влез в это чудо вражеской техники и закрыл глаза.
– Эй, парень! Просыпайся! – обратился ко мне знакомый голос.
– Профессор, – ответил ему, – давай быстрее включай этот аппарат, пока я не передумал. А то потом и силой не загонишь.
– Так я и говорю, вываливайся из этого гроба. Процедура закончена, – обрадовал он меня.
Не поверил ему на слово, мало ли, вдруг он прикалывается? Осторожно открыл левый глаз и осмотрелся. Никаких изменений в окружающем замечено не было. Хотя чему тут изменяться? Разве только если медицинские дроиды поменяют свое местоположение. Но это совсем не существенно.
Вылез из внутренностей комплекса и направился к своей одежде. Как ни крути, а человек двадцать первого столетия не может себя чувствовать комфортно, находясь в неглиже. Начал натягивать на автомате свои манатки, и тут заметил, что что-то не то с одеждой. Ну не получается натянуть ее на себя. Какая-то она мелковатая стала. Она что, села? Или…
Бросил одежду и начал осматривать себя любимого. Руки, как у дистрофика, – отсутствуют. Ребра, которые активно просвечивают через шкуру, – отсутствуют. Ноги, имитирующие две спички, – отсутствуют. А что на их месте? Покрутил головой в поисках зеркала. Зря, конечно. Нет его здесь. Не нужно оно роботам, работающим медперсоналом.
– Профессор! Могу я увидеть себя со стороны? – обратился к наставнику.
Он тут же любезно предоставил возможность поглазеть на парнишку лет семнадцати-восемнадцати. Внешне почти полная копия Кевина, только повзрослевшего. Такому телосложению, которое имеет этот парень, может позавидовать даже Геракл. Нет, мышцы по всему телу не бугрились, но ощущение того, что парень жилистый и не слабый, подтверждалось при первом взгляде.
 
– Это кто? – не сразу понял, кого вижу на картинке, которую демонстрировал Профессор.
– Ты! – с гордостью ответил он.
Было подспудное чувство, что перед тобой находится скульптор, который презентует свое новое творение миру.
– И как это понимать? – спросил на автомате.
В голове не укладывалось, что делать дальше. Ведь еще десяток дней назад многие видели малолетнего герцога де Сента в обличье парнишки-подростка. А теперь, когда перед ними предстанет юноша, что они подумают? Как теперь доказать, что я Кевин де Сента, герцог? Эти мысли пронеслись в голове за считаные секунды.
– Не о том думаешь, парень, – отрезал Профессор. – Ты только представь, какие открываются перед тобой перспективы и сколько всего ты сможешь сделать!
– А я уже подумал, – обрадовал его.
Хотя я был абсолютно спокоен, анализ ситуации показывал, что мне подсунули свинью, притом довольно крупную.
– Так, Проф, чтобы между нами не было недоразумений… Ты сейчас организуешь мне одежду и расскажешь, кому пришла в голову столь бредовая мысль модернизировать мое тело. Хочу знать, кому бить морду.
Даже сам удивился, насколько спокойно звучал мой голос. Еще недавно, попав в такую ситуацию, уже бы себе мозг выел, а тут олимпийское спокойствие.
Буквально через пару минут медицинский дроид притащил мне комплект одежды военного образца. Примерил и остался доволен. Все серого цвета, но, как мне кажется, парадный вариант. Пока одевался, успел попрыгать, понаклоняться и проделать еще некоторые простые упражнения. Как, оказывается, я скучал об этих ощущениях. Кажется, это было настолько давно, что успело даже забыться.
– Знаешь, Кевин, – снова заговорил Профессор, – я думаю, что многого рассказать тебе не смогу, так как всего и сам не знаю, но некоторые выводы уже успел сделать. Какая-то необходимость заставила Искин вычислительного центра изменить программу буквально на второй день твоего пребывания в капсуле. Думаю, для этого были веские основания, не мог же он сделать это просто ради развлечения. Поэтому, думаю, спрашивать стоит у него.
Стало интересно, а уложился ли я в семидневный срок, о котором говорилось ранее? Меня проинформировали, что моя неделя затянулась на десять дней. И на том спасибо. А то подумал, что меня мариновали несколько месяцев, и сразу вспомнил о девчонках. Это же умом тронуться можно, ожидая непонятно чего неизвестно сколько. Даже не удивлюсь, если последние три дня они накручивали себя до невменяемого состояния.
– А с принцессой есть подвижки? – продолжил свой допрос наставника.
– Ответ отрицательный, – отморозился он. – Вся информация у того же Искина.
Ладно, если нет возможности получить ответы немедленно, то стоит немного подождать. Только об этом подумал, как на периферии сознания пронеслось чувство удовлетворения от того, что гормоны не сносят крышу у логического аппарата. Согласен, мне тоже нравится.
Перед отправкой в лесной замок Хранителя решил навестить Кузьму и поинтересоваться его успехами. Но только я вышел за двери медицинского центра, как встретил четверку Мурзиков во главе с Шустриком.
– Хозяин? – пронеслось в голове.
– Кевин? – прозвучал второй голос.
– Это он, но сильно изменился, – подключился третий собеседник.
– Да я это, я! – ответил им. – Только курточку рвать на мне не нужно. Она еще новая.
Ответил, и только потом задумался, как я четко воспринимаю голоса мелких. Раньше я слышал только эмоции, а теперь могу общаться в полной мере. Вероятно, это тоже последствия проведенной модернизации. Знать бы, что еще мне запихнули, дабы не стало это впоследствии неприятным сюрпризом.
Пока одним потоком сознания анализировал происходящее, вторым отслеживал реакцию четверки. Представьте себе маленькую киску, которой каждое утро давали мышку. Она с ней сначала игралась, а потом завтракала. И вот, в один прекрасный день, мышки не дали. Представьте чувство недоумения, которое появилось на лице этого мелкого хвостатого чуда. Вот примерно такое же выражение было на мордах моих Мурзиков.