Имперец. Том 5 (СИ)

Я прислушался к себе.
Удивительное дело, но магии не убавилось. Пожалуй, весь секрет был в том, чтобы пропускать через себя равномерный поток, а не пытаться сорвать клапаны или утопиться в силе. Хорошо бы это дело обдумать, а лучше еще попрактиковать, но время в нашем случае — непозволительная роскошь.
— Можно попробовать повторить, — пожал плечами я и негромко добавил: — А желающим пересмотреть результаты предыдущего мероприятия их перепоказать.
  
Глава 10
 
Расположение войск Российской Империи, Александр Мирный
Это только в фэнтезийных фильмах подошедшее подкрепление, не сбавляя скорости, с лету врезается во вражескую линию обороны, размахивая шашкой. В жизни все прозаичнее.
Двадцать минут спустя к нам действительно стали подтягиваться свежие войска, началась ротация, небольшая суета бегающих туда-сюда по поручениям людей, ну и всеобщее воодушевление, куда ж без него.
Две атаки отбили, цесаревича живого видели, еще и подкрепление подоспело. День отстояли, ночь теперь точно продержимся!
Иван Дмитриевич просто фонтанировал энергией. Я бы даже сказал, раздражающе фонтанировал! Мы с Лютым наблюдали за бурной деятельностью Его Высочества с некоторого расстояния. Так, чтобы, если что, можно было прикрыть, но и так, чтобы не попасть под горячую руку раздачи поручений.
— А что он делает? — спросил я, рассматривая, как Иван схватил за пуговицу какого-то мужика с внушительными погонами и что-то ему выговаривает с очень недовольным лицом.
— Спорит, — флегматично ответил Лютый.
— Это понятно, но о чем?
— О госпитале, — недовольно скривился силовик. — Иван Дмитриевич откуда-то своей романовской волей приволок медиков, люди готовы развернуть госпиталь, а командование требует раненых вывезти, пока затишье.
— Половину не довезут, — заметил я.
— Ага, — подтвердил он. — Но немцы особой честью никогда не отличались, и шмальнуть по красному кресту для них любимое дело.
Я вздохнул, потерев затылок. Лютый вытащил помятую, еще не вскрытую пачку сигарет, открыл и, щелчком выбив первый ряд сигарет до половины, протянул мне.
— Я б лучше выпил, — ответил честно я.
— Я б тоже, — усмехнулся мужчина, вытаскивая себе сигареты и прикуривая от небольшого огонька, вспыхнувшего на ногте. — Вот смотрю на все это и понимаю — пора на пенсию. Староват я стал для этого дерьма, — заявил Лютый, глубоко затянувшись.
Как я тебя понимаю, Игорь Вячеславович!
Рация у Лютого внезапно ожила, пошипела, поплевалась и, наконец, изрекла:
— … проверка связи!
— Ты, кстати, немецкие глушилки снес, — заметил Лютый, выкрутив громкость до минимальной.
— Тогда сейчас начнется движуха, — вздохнул я в ответ.
И мы синхронно посмотрели на Ивана, который продолжал в режиме электровеника носиться по расположению.
— Второй раз такой финт не пройдет, — заметил я. — Его теперь отсюда только государев прямой приказ оттащить сможет.
— Ну, — Лютый почесал подбородок, — это, в принципе, можно и организовать. Но движуха начнется уже сегодня. Твоя атака образовала брешь в немецком стройном ряду, этим грех не воспользоваться.
Словно в подтверждение его слов над нами пронеслись истребители, а через какое-то время раздался отдаленный грохот бомбардировки.
— Вот и перекурили, — Лютый поднялся и хрустнул суставами. — Ну что, князь, пойдем, повоюем?
Отправляя наследника престола к полыхающей границе, император понимал, что сильно рискует. Но в то же время и сильно выигрывает. Одно только присутствие Ивана среди солдат не просто подняло боевой дух войск, но и стимулировало командование на активную мозговую деятельность.
Как итог ночью наши ребята развили успех — через прожженное мной поле под прикрытием артиллерии и авиации русская армия прорубилась к немцам в тыл и откусила неслабый кусок от германских войск, заставив врага оттянуть остальные части назад.
Но новые и свежие войска все прибывали и прибывали и спустя два дня гостей вышвырнули обратно по всей границе Российской Империи. Казалось бы, настало время переговоров, но нет. Дмитрий Алексеевич к дипломатии готов не был, а потому наши войска получили простой и четкий приказ — продвигаться вглубь территории врага до победного упора.
 
Кто к нам с тем, тот от того и того, так сказать.
Короче, никогда не думал, что буду участвовать в марше на Берлин.
— Алекс, — проговорил Иван, отозвав меня в сторону в ночь перед тем, как наши войска должны были начать наступление по территории противника. — Его Величество приказал мне вернуться в Москву.
Цесаревич был очень этим недоволен, но спорить с императором во время активных боевых действий опасно для здоровья. Даже если ты его наследник.
— Если хочешь — можешь вернуться со мной, — неуверенно произнес цесаревич.
— Хотелось бы, — со вздохом признался я, — но сам понимаешь… Эти ваши аристократические понятия не позволят соскочить.
— Алекс, — поморщился цесаревич, — ну какие «понятия»?
— Честь и доблесть, простите, — поправился я в ответ.
Иван покачал головой:
— Ты уже всем все доказал здесь, — заявил он, ткнув пальцем в сторону земли. — Тысячи спасенных свидетелей. Я в том числе.
— Ну, вытаскивать твою романовскую пятую точку из приключений уже стало нашей доброй традицией, которую никак нельзя было нарушать, — хмыкнул я. — Спасибо за предложение. Но я еще пока нужен здесь. Магов всегда не хватает, сам знаешь.
Цесаревич молча кивнул, принимая мое решение.
— Что ж, тогда жду тебя в Москве.
— Да мы быстро. Метнемся до Берлина и обратно, всех дел на пару дней.
Иван улыбнулся, мы обменялись крепким рукопожатием, и цесаревич отправился в штаб раздавать последние ценные указания. А ко мне подошел Лютый.
— Остаешься, значит? — покачал головой мужчина.
— Надо, — просто ответил я.
— Эх, молодежь, когда ж вам воевать надоест, — вздохнул силовик.
Пришлось честно признаться:
— Уже поперек глотки, Игорь Вячеславович. Но кто, если не я?
— Да уж, богата земля русская бойцами, ничего не скажешь. Ну, буду ждать тебя в Москве, князь. Нижайше просить взять меня на службу.
— Не передумал?
— Наблюдая за тобой эти дни, я, конечно, уже не уверен, что тебя не потащит в какое-нибудь пекло, — нехотя признался Лютый. — Но тебя есть хотя бы шанс отговорить.
— Поверь, я вот вообще не планировал тут оказаться, — совершенно искренне заверил я собеседника.
— Никто не планировал, князь… — покачал головой Лютый, кинув взгляд на госпиталь. — Ладно, передавай нашим немецким друзьям большой и пламенный привет. Ну, как ты умеешь.
— Обязательно, — оскалился я в ответ.
— Князь, я рад, что вы решили к нам присоединиться, — поприветствовал меня Скороходов. — Магов всегда не хватает, а уж магов вашего разряда…
— Не спешите обольщаться, Константин Игоревич, — покачал я головой, — все-таки перед вами студент первого курса.
— А по вам и не скажешь, — заметил тот. — Вы очень уверенно держитесь для человека, первый раз попавшего в зону боевых действий.
Ох, мужик, знал бы ты, сколько я тех действий видел. Но от щекотливой темы пришлось уклоняться, чтобы не посчитали тихим маньяком.
— Я скорее имел в виду имеющийся у меня арсенал техник, — пояснил в ответ. — Разумовский мне довольно доходчиво объяснил, что разряд не всегда определяет исход битвы.
Скороходов коротко хохотнул:
— Дима может, да… Но, Александр Владимирович, опыт — дело наживное. А в реальных боях вы его получите с избытком.
— Так, может быть, поделимся мудростью с братом по оружию? — предложил стоящий рядом со Скороходовым боевой маг. — Сколько стихий у вас открыто, Александр Владимирович?
— Шесть.
— Шесть! Это отлично, просто великолепно! — искренне восхитился мужчина. — Тогда предлагаю сделать так: пока будем двигаться, мы покажем вам пару дополнительных техник. Разумовский, безусловно, хороший учитель. Но у него не было достаточно времени научить вас всем тонкостям. Да и не стоит задача в университетах выпускать боевых магов высшей категории. Так что мы поделимся опытом. Что скажешь, Константин?