Анна (СИ)

— Ладно, в таком случае тебе пора. Скажешь ему… скажешь… о боги, что ему сказать такого?
— Что меня сестра вызвала на срочный разговор, может? — предположила я.
— Оу… Он знает про твои способности?
— Даже помогает мне кое с чем, — согласно кивнула я. — Когда освою, расскажу тебе больше.
— Как любопытно, — потирая руки, призналась Шарли. — Ты обязательно мне должна все рассказать. В следующий раз только.
— Непременно. В следующий раз. Мне, вероятно, уже и впрямь пора, — сделала я выводы и вернулась назад в пентаграмму. А то мало ли что там наколдует моя сестрица. И тут я вспомнила еще об одном. — И у меня будет к вам с Беккой просьба… Поспрашивайте про изменения в магическом фоне. Мне кажется, что что-то стремительно и неотвратимо меняется. Но что и почему…
Вся веселость и романтичность слетела с моей сестры в одно мгновение. Она медленно кивнула, взглянув куда-то вглубь пещеры, откуда раздался тяжелый, словно звук работающих кузнечных мехов, вздох и пронесся горячий ветерок.
— Пора-пора. Вернулись уже, — замахала она руками и следом хлопнула в ладоши. Ее руки объяло голубое сияние.
Я и пикнуть не успела. Магия снова подхватила меня, как ветер — сухой лист, и вернула мое сознание обратно в тело.
  
Глава 20
 
В этот раз я интригу не держала и открыла глаза сразу же. И первое, на что натолкнулся взгляд, была прекрасная лепнина потолка. Автор, вероятно, был с фантазией и вместо нормальных цветов и птичек вылепил каких-то жутких животных. Но… люди творческие все с чудинкой. Как и маги, в общем.
— Знаешь, всякое в моей жизни было. Но чтобы девушка лишалась чувств от поцелуя — впервые, — произнес совсем рядом Рейм.
От его замечания мне стало и душно, и стыдно, и… вообще. Лицо обдало жаром, я почувствовала, как к щекам приливает кровь.
Наверное, нужно что-то сказать.
— Это не из-за тебя. То есть ты к этому никакого отношения не имеешь. Это из-за совершенно другого человека.
— Вот как… — протянул Рейм. И я осознала, как на самом деле это все прозвучало.
Боги, наверное, нужно было промолчать.
— Это моя сестра. Она призвала мой дух, — все же призналась я, попыталась встать и даже поднялась, села, но что-то пошло не так.
В глазах все резко раздвоилось, и теперь два Рейма сидели на двух стульях и насмешливо смотрели на меня сразу четырьмя глазами. Как-то жизнь меня к подобному не готовила.
— Сестра тоже маг? — нет, в голосе Рейма не слышалось удивления, сухой вопрос, словно на допросе. И я так же сухо кивнула, предварительно прикрыв один глаз. — Не знал, что такое возможно провернуть.
— Да, в общем-то, я тоже не подозревала, — призналась я, едва собеседник перестал расплываться. — Мир неуловимо меняется. И… — я задумалась, стоит ли ему вообще что-либо говорить о магии, но… почему бы и нет. Нам еще предстоят недели пути бок о бок. Он обучает меня тому, что знает сам. А тайны и так плодятся слишком быстро. — Что-то происходит с магией. Ее словно становится больше в самом мире. Знаешь… я думала, как так вышло, что магов почти не стало? Почему сильнейшие существа в мире проиграли битву простым людям?
— Потому что людей больше, а маги… имеют особенность падать в обмороки от истощения? — поддел меня догадливый Рейм.
И, в общем-то, в чем-то он был прав. Частично. Маги расходуют резерв и становятся слабее ребенка. Но этого резерва достаточно порой, чтобы выиграть битву. Пять магов, обладая достаточными знаниями, могли уничтожить армию. Раньше я считала это преувеличением, красивыми словами. Но теперь понимаю, что это действительно возможно. Если есть еще и определенные умения.
Взгляд метнулся на книгу, которую я читала до прихода Рейма. О, это действительно возможно. Даже очень.
— Не думаю, что это так. Вспомни, еще неделю назад одного заклинания было достаточно, чтобы я ослабла. Сейчас же… Смотри. У сангаров я создала духа из огня, дала ему голос. Не иллюзию, а именно обуздала стихию, — от волнения я подалась вперед, едва не прикасаясь к Рейму. — Раньше ни о чем подобном я даже мечтать не смела. Понимаешь?
 
— Не очень, — улыбнулся Рейм, очень мягко и легко убрав с моего лица выбившуюся из растрепавшегося пучка прядь волос и заправив ее за ухо. И очень легко провел костяшками пальцев от скулы к подбородку.
Такая невинная ласка. Такое невесомое прикосновение. А у меня снова что-то вспыхнуло в груди. Даже дыхание сбилось. И мысли, которые и так едва удалось призвать к порядку, снова запутались.
Темные глаза Рейма затягивали, словно омуты. Мне на мгновение показалось, что я вижу на дне его зрачков живое пламя. И меня безудержно тянуло снова поцеловать его, обнять, запустить пальцы в его волосы…
Боги, а ведь совсем недавно я даже подумать не могла, что вообще когда-нибудь буду целовать мужчину по своей воле. А сейчас даже шальная мысль проскакивает, что не все так страшно и с супружеским долгом. Вон и Шарлотта тоже это подтвердила.
Так, спокойно, Анна. А то это дело недолгое, и я действительно обсажусь детишками, и прощай мои мечты про дороги и путешествия.
Но как же не хотелось отстраняться.
— Ты сбиваешь меня с мысли, — честно призналась я, коснувшись его руки, которая так и замерла, придерживая мой подбородок. Словно Рейм все еще раздумывал, поцеловать ли меня или не рисковать. Может, я изволю снова сознание терять.
— Какой кошмар, — наигранно ужаснулся он, но улыбку сдержать не смог. — Ты говорила о том, что можешь использовать магию совершенно иного уровня, если я правильно понял ход твоих мыслей, — и только теперь отстранился. Разочарование какое. Лучше бы поцеловал.
А. Да. Магия.
— Именно, — воодушевилась я. — Мне кажется, что-то произошло, и теперь магия возвращается в наш мир. А маги становятся сильнее с каждым днем. А это значит…
— Что со временем такие, как ты, снова выйдут из тени, начнется борьба за власть, прольется много крови…
С этой стороны я как-то не смотрела на ситуацию. Вот так бывает: не успела я обрадоваться положительным сторонам открытия и подняться до высот всех грядущих перспектив, как Рейм со всего маху грохнул меня о землю, напомнив, что, собственно, не все так радужно, как мне кажется.
И в чем-то он точно был прав. Если есть сила, ее рано или поздно начнут применять, чтобы получить власть. Это мне в жизни ничего, кроме путешествий, и не нужно. А кто-то другой захочет… корону, к примеру.
На месте короля я бы прямо сейчас озаботилась тем, чтобы подчинить любого более-менее перспективного мага, связала его клятвой на крови, к примеру. Иначе маги, обретая все больше силы, взбунтуются, и его величество, мой венценосный дядюшка, может крайне неожиданно стать всего лишь историей.
Но просто так он точно не сдастся. Слишком умен, хитер и властолюбив.
— М-да… — протянула я, сделав точно такие же выводы, как и Рейм.
— Хорошего не так и много. Ну, кроме того, что помимо магов вернутся и магические существа. Вон уже поговаривают, что просыпаются драконы. А так — кто знает, что еще полезет такого, забытого историей и человечеством.
— Ну, вот и маги станут сразу нужными, — снова оживилась я. — Кому как не магам сражаться с чудовищами, порождениями магического мира?
Рейм усмехнулся как-то криво, немного насмешливо, немного задумчиво, немного… что-то такое было в этой усмешке, отчего снова становилось сложно дышать.
— Почему ты так стараешься ввязаться во что-то опасное, Анна? — спросил он неожиданно. — Что такого произошло? И кому ты доказываешь свою важность?
Все ему надо знать! Кому доказывать, что ты нужная и важная, если у тебя никогда не было матери, а отец вроде и любил тебя больше, чем старших сестер, но все равно был разочарован? Быть третьей неудачей в деле продолжения величественного рода Ньер — несколько слишком. Отцу нужен был сын. И я даже пыталась его изображать всеми силами, но увы, природу не обыграть.
Зато я могла сама себе доказать, что лучше. Что не обязательно родиться в этом мире мужчиной, чтобы стать сильной, могущественной, важной и храброй.