Загадочный любовник (ЛП)

Она потеряла ощущение времени. Может быть, даже задремала — кто знает? Солнце взошло еще выше, и вдалеке раздались чьи-то голоса. Кэролин поняла, что дальше ждать не имеет смысла. 
Она попыталась встать, но ноги под ней подломились, и она снова упала на землю, ожидая, что вот-вот получит пулю в голову. Однако ничего не случилось, она не услышала ни зловещего свиста пули, ни тихих шагов за спиной. Кэролин сделала новую попытку подняться на ноги и вдалеке увидела дом; шторы раздвинуты, за окнами движутся люди. 
Сейчас, на глазах у свидетелей, никто не будет в нее стрелять. Все, что ей нужно сделать — это медленно и осторожно вернуться в дом, и тогда она будет в безопасности. 
По крайней мере, до тех пор, пока тот, кто хотел убить Кэролин, не попытается сделать это во второй раз. 
 
Глава пятнадцатая
Пэтси в гордом одиночестве восседала во главе стола и с присущей ей элегантностью пила кофе со сливками. Наверное, впервые в жизни Кэролин видела, чтобы младшая сестра Салли поднялась раньше одиннадцати часов утра, причем это знаменательное событие произошло именно тогда, когда у нее не было ни малейшего желания с ней общаться. 
— Что с тобой случилось? — раздраженно спросила Пэтси. — У тебя такой вид, будто ты боролась с медведем. — Она даже выглядела более трезвой, чем обычно, но это можно было понять, потому что время аперитива еще не наступило. 
— Да вот решила прогуляться, подышать свежим воздухом и подвернула ногу, — придумала на ходу Кэролин. А ведь куда разумней было вызвать полицейских, чтобы они прочесали лес. 
Но Кэролин была уверена, что ничего они не найдут. Конечно, они не обвинят ее во лжи, но подозрение останется. Кроме того, они могли обо всем рассказать Салли, силы которой и так были на исходе. 
— Все это очень странно, — заметила Пэтси. 
— То, что я подвернула ногу? 
— Нет, сама затея с прогулкой, — она брезгливо передернула плечами. — Думаю, ты со мной согласишься, что все эти разговоры о единении с природой сильно преувеличены. Выпьешь кофе или сперва переоденешься? 
Судя по тону, можно было не сомневаться, чего хочется самой Пэтси, но Кэролин не стала обращать на нее внимания. 
— Пожалуй, я выпью кофе, — сказала девушка, садясь рядом с Пэтси и немного жалея, что не упала в коровий навоз, дабы полностью испортить тетушке утро. 
Пэтси сморщила нос, но налила ей кофе и подала чашку идеально наманикюренной рукой, при этом пальцы у нее ничуть не дрожали. 
— Как хочешь, дорогая. 
— Ты сегодня рано встала, — заметила Кэролин. 
— Я не могла уснуть. Ближе к рассвету я просыпалась несколько раз. Потом поняла, что нужно встать и сделать вид, будто сейчас полночь, и я веду себя как безумно испорченное создание, — она манерно зевнула. 
— А еще кто-нибудь встал? — небрежным тоном спросила Кэролин, но Пэтси, поглощенная странным ходом собственных мыслей, не обратила внимания на то, что вопрос задан не случайно. 
— Кажется, я видела Алекса, — беззаботно сказала она. — Он был одет для прогулки. Просто удивительно, что вы с ним не встретились. 
Кэролин очень осторожно опустила чашку на стол. Пэтси была слишком занята собой, чтобы заметить, какой эффект оказали ее слова. Впрочем, Кэролин научилась хорошо скрывать свои чувства. 
А кто же еще это мог быть? — спросила себя Кэролин. Она не раз ловила его на лжи, она знала, что он обманщик, самозванец, аферист. Но у нее все еще не было доказательств — лишь ее слово против слова Алекса. Да и Уоррена тоже. 
Она не могла их остановить, но зато могла спутать им карты. Взять хотя бы утренний инцидент со стрельбой. 
Неужели они думали, что это сойдет им с рук? Правда, если бы она умерла, это было бы для нее слабым утешением. Кэролин не верила в месть из-за гроба. 
— А ты не знаешь, где он сейчас? — спросила она, нарезая рогалик на тонкие ломтики. 
— Полагаю, что у Салли, — Пэтси обратила на Кэролин взгляд своих прозрачных глаз. Кожа на лице шестидесятилетней женщины казалась упругой, гладкой, просто идеальной. — Ты так и не забыла его? 
 
— Прошу прощения? 
— Ты уже достаточно выросла, чтобы сходить по нему с ума. Научись себя сдерживать. 
— Я не схожу с ума! 
— В детстве ты чувствовала себя именно так. 
— Но я уже не ребенок! 
— Это правда. Но боюсь, что Алекс тоже это заметил. Я вспоминаю, как в свое время все мы опасались, что Алекс может направить свои дурные наклонности на тебя. Но ведь этого не случилось, верно? 
— Чего не случилось? 
— Он не приставал к тебе? — прямо спросила Пэтси. 
Был поцелуй, о котором она не могла забыть целых восемнадцать лет. И то, как он прижимал ее к своему молодому телу. Но ведь Алекс тоже тогда был ребенком, хотя изо всех сил пытался это скрыть. 
— Нет, — ответила Кэролин. 
— Ты знаешь, я всегда задавала себе этот вопрос, — продолжала Пэтси. — После того, как он исчез, ты впала в какое-то полуобморочное состояние, стала совсем тихой и неприметной. Я все думала, может, он сделал что-то… или сказал в ту последнюю ночь? Ведь ты его видела? До того, как он сбежал? 
Кэролин солгала, не задумываясь, потому что повторяла одни и те же слова в течение восемнадцати лет. 
— Нет, в последний раз я видела Алекса днем на пляже. 
Пэтси уставилась на нее пронзительным взглядом. 
— Ты даже не помнишь ту ужасную сцену за ужином? 
Кэролин покачала головой. 
— А разве ты там была? 
— Да, была, — Пэтси откинулась на спинку стула, вертя в руках кофейную чашку. — Я тут подумала, почему бы тебе не уехать? 
— Прошу прощения? 
— Я серьезно! Ты всю жизнь посвятила моей сестре, и никто не усомнится в твоих благородных намерениях. Но, может, пришло время начать собственную жизнь? К Салли вернулся сын — она больше не нуждается в твоей помощи. Пора сделать передышку, дорогая. 
— Осталось не так уж много времени, Пэтси, — очень мягко сказала Кэролин. Пэтси никогда не проявляла по отношению к старшей сестре глубокой скорби или сочувствия, но Кэролин хотелось думать, что таким образом она пытается скрыть внутреннюю боль. 
— Истинная правда, — легко согласилась Пэтси, вертя в руках тяжелую серебряную вилку. — Я просто подумала, что так будет легче для тебя. 
— Очень мило с твоей стороны. 
Пэтси посмотрела ей в глаза. 
— Я знаю, что ты обо мне думаешь, Кэролин, — тихо сказала она. — Ты считаешь меня глупым легкомысленным созданием, которого волнует лишь собственное удовольствие. Но ты ведь нам почти что родная, я знаю тебя с двух лет и переживаю за тебя. 
Почти что родная. Кэролин допила остывший кофе и одарила Пэтси своей самой обворожительной улыбкой. 
— Неважно, что Салли больше во мне не нуждается. Это нужно мне самой. 
Пэтси улыбнулась. 
— Дорогая, я тебя понимаю. В это печальное время нам нужно быть всем вместе. Просто я... — она внезапно умолкла. 
— Просто ты… — продолжила за нее Кэролин. 
— Я просто надеялась, что ты будешь… осторожнее. 
Кэролин застыла на месте. 
— Что ты хочешь сказать? 
Пэтси беспечно махнула рукой. 
— О, Небеса, да я уж и сама не знаю, о чем говорила. Наверное, мои материнские инстинкты дают о себе знать. Я просто переживаю за всех вокруг. 
Насколько знала Кэролин, материнских инстинктов Пэтси хватало лишь на Джорджа, и переживала она только за себя. Нет, дело было в другом. Либо Пэтси было что-то известно, либо она о чем-то догадывалась. Однако она была слишком скрытной, чтобы сказать правду. 
Изумленная Кэролин смотрела, как Александр Макдауэлл, или мужчина, именующий себя его именем, как ни в чем не бывало вошел в столовую и сел за стол с таким видом, будто именно здесь и было его место. 
— А мы как раз говорили о тебе, — заявила Пэтси елейным голосом. 
— Правда? — его красивые, чувственные губы растянулись в добродушной усмешке; если в его глазах и была настороженность, Кэролин ее не заметила. Он выглядел совершенно спокойным, как будто не опасался того, что каждую минуту Кэролин могла его изобличить. — И о чем же вы говорили?