Торг с мертвецами, часть 2 (СИ)

— Великий наставник нездоров и не принимает.
Демос повернул голову на до боли знакомый голос, больше походивший на карканье старого ворона.
«О, сам Чёрный гриф спустился с верхотуры. Мне оказана честь».
— Ради меня сделает исключение. — Демос криво улыбнулся. — Или вы желаете, чтобы я явил миру ещё одно чудо?
Рувиний плотнее запахнулся в чёрную мантию и взмахом руки пригласил Деватона.
— Следуйте за мной, — раздражённо бросил он и зашаркал вверх по дорожке. — Но имейте в виду: я вас предупреждал.
* * *
Коридоры Эклузума казались покинутыми даже в крыле, где располагались покои Ладария. Демос быстро шагал за Чёрным грифом, то и дело поскальзываясь на умопомрачительно гладких каменных плитах.
«Хоть бы ковры постелили».
Наконец наставник Рувиний свернул в примыкавший к овальному залу коридор и указал на дверь, которую охраняли двое братьев-протекторов.
— Идите сами, если желаете. Я останусь здесь.
«Интересно».
— Чума? — уточнил Демос.
— Нет. Но тоже мерзкий недуг. И он передаётся от человека к человеку. Лучше прикройте лицо плащом, а после визита как следует вымойтесь. И одежду отстирайте.
«Казалось бы, риск миновал, а тут на тебе. Ни мгновения покоя».
Рувиний знаком велел страже пропустить гостя.
— Благодарю за совет, — кивнул Демос и толкнул дверь.
Едва створки отворились, в нос ему ударила знакомая, но оттого не менее отвратительная вонь итогов человеческой жизнедеятельности, к которой примешался металлический запах крови. Покои Ладария утопали в полумраке — рассветные лучи едва пробивались сквозь плотные тёмные занавески. В воздухе плыли пылинки, угли в камине едва тлели.
— Нашли момент, ничего не скажешь! — проворчали из угла комнаты.
Демос медленно повернул голову и с трудом сохранил невозмутимое выражение лица. Великий наставник Ладарий, первый слуга господа на земле, обладатель хрустальной короны и несметных богатств, корчился на ночном горшке, исторгая содержимое кишечника с оглушительными звуками.
— Добрый день, — отозвался Деватон. — Пожалуй, немного неуместно просить о благословении.
— Не издевайтесь! — огрызнулся Ладарий. Трясущимися руками, он ухватился за край полки и поднялся. — Тряпку, брат Рикке! И вынесите ведро!
— Вам бы и проветрить не мешало. — Демос раздвинул шторы и обшарил окно в поисках замка. Справившись с запором, он распахнул створки. — Так-то лучше.
Шатаясь, Ладарий доковылял до кровати, завернулся в толстый халат и бессильно рухнул в стоявшее рядом кресло.
— Это все последствия зелёного поноса, что я перенёс ещё в молодости, — пояснил он, кивнув на ночной горшок. — С тех пор мучаюсь кишками. Лекари прописали диету, но после того, как город закрыли, соблюдать её стало невозможно. И вот итог. С чем вы пришли, лорд Демос? Молю, давайте побыстрее. Я и правда неважно себя чувствую.
«Это я вижу».
Ладарий действительно здорово сдал и был похож на живой труп.
— Я привёл людей в Эклузум.
— И сломали мои ворота, об этом мне уже донесли. Зачем было ломать, Демос? Вы знаете, сколько они стоили?
Деватон лишь пожал плечами:
— Мне не открывали...
— Опять паясничаете! Чего вы хотите?
— Чума ушла, но Эклузум всё ещё закрыт. Город нужно восстанавливать и приводить в порядок. Я хочу, чтобы божьи люди помогли с этим.
— Божьим людям есть чем заняться.
— Кажется, вы меня не поняли, Великий наставник. — Демос придвинулся ближе, взял со стола свечу и зажёг её, едва прикоснувшись пальцем к фитилю. Ладарий вжался в кресло. — Ваши люди сегодня же выйдут из стен этой крепости, исследуют город и через три дня предоставят мне отчёт о сроках восстановления и степени участия Эклузума в этом мероприятии.
— Наставники и так вернулись в приходы. Больницы...
— Этого мало, — настаивал Демос. — Полгорода умерло. Рук не хватает. Пусть братья-протекторы и прочие монахи помогают горожанам. В богатых кварталах есть кому заботиться о жильцах, но меня интересуют менее фешенебельные. Сколько у вас людей?
— Несколько сотен, — хрипло отозвался Ладарий. — Три или четыре. Было пять, но божьи люди тоже пострадали от мора. Дайте воды. От постоянных позывов она вся выходит.
 
Демос взял со столика кувшин и налил немного в простой стакан. 
— Давайте всех, кто сможет помочь, — попросил он, подав питьё церковнику. — Это очень поможет. Кроме того, вы должны мне услугу за Альбумуса.
— Спорить не буду.
— Эклузуму нужно реабилитироваться за бездействие во время мора, — добавил Демос. — Вы ни разу не вышли к горожанам даже на балкон. Ни разу не провели публичного молебна. Люди считают, что церковь покинула их. Убедите в обратном.
Ладарий кивнул.
— Вы и так неплохо справились. Но вы не Великий наставник, согласен.
— К слову обо мне. Есть ещё одна просьба.
Ладарий вскинул бровь и жестом поторопил Демоса. 
— Эклузум должен признать Божий суд и моё испытание чудом.
— Исключено.
— Это логично.
— Вы претендуете на звание святого, лорд Демос? От кого, а уж от вас не ожидал проснувшейся набожности.
— Вы идиот, Ладарий.
«Просто признай, что боишься моей власти».
— Я сужу здраво. Вчера Аристид, сегодня Альбумус, завтра Демос — это все люди, которые взяли на себя слишком много. А вы берёте на себя слишком многое, лорд Демос. Никому, кроме Хранителя, не дозволено...
— Кроме Хранителя и Великого наставника, вы хотели сказать? — насмешливо уточнил Демос.
— Для того эта должность и создана, — пожал плечами Ладарий.
— Выходит, вы тоже берёте на себя слишком много. Хорошо, выражусь проще. — Демос наклонился к самому уху церковника. — Вы признаете Божий суд чудом. Выгоните всех церковников до последнего служки на улицы Миссолена приводить город в порядок. Проведете большой молебен на площади и раздадите столько милостыни, сколько позволит ваша казна. В противном случае у Эклузума будет новый Великий наставник.
— Это решать не вам, — сухо ответил Ладарий.
— Я спас ваши задницы и репутацию, — сказал Демос, направляясь к выходу. — Если сегодня к вечеру мне не доложат о помощи ваших монахов горожанам, я пригоню сюда бельтерианскую армию и вышвырну всех вас прочь из города. У вас несколько часов. Всего хорошего, ваше святейшество. Не трудитесь провожать.
  
4.3 Рантай-Толл
 
Город встретил путников влажным застоявшимся воздухом и туманом: над рекой и низинными районами медленно плыли бледные полосы, испарявшиеся по мере восхода солнца. Тёмный камень городских построек покрылся капельками росы и блестел в рассветных лучах.
— Так куда мы едем? — тихо спросила Артанна после того, как свита Айши миновала городские ворота.
— В мою вторую резиденцию на западе столицы, — отозвалась Айша. — В дом моей матери. Там безопаснее.
Артанна молча кивнула и почесала мучительно зудевший лоб под повязкой. Её переодели не то в служанку, не то в простолюдинку по местной моде, и облачение доставляло немало хлопот. Отвыкшая от вагранийского климата Артанна прела и потела под плотным покрывалом. Впрочем, Медяку было ещё хуже: его и вовсе заставили лёжа ехать в повозке: накидали сверху барахла, прикрыли перинами и велели не издавать от звука. Так он и провёл всю дорогу, лишь изредка вылезая размять кости на пустынных стоянках.
К счастью, при въезде в город стража их не досматривала: сказался высокий статус Айши. И судя по тому, как эта знатная вагранийка держалась всю дорогу, боги либо наградили ее железным самообладанием, либо она привыкла проворачивать нечто подобное. Относительно последнего Артанна бы не удивилась: кому как не ей знать, на что способны обуреваемые жаждой мести вагранийцы.
Рантай-Толл только начал просыпаться. Из труб повалил дым, высыпали на улицу первые слуги и ранние торговцы. До небольшого каравана, казалось, никому не было дела, но Артанна знала, что это впечатление было ошибочным: в Ваг Ране все следили за всеми, от соседей было невозможно скрыться, и Заливар нар Данш активно этим пользовался.