Пламя в темноте (СИ)

Наши облики таяли, обнажая наши кости и позволяя пламени в наших сердцах вырываться наружу. Рунфрид, вновь обернувшаяся драконом, довольно зарычала, когда на черепе Шаяна засияла аметистовая корона и он провозгласил:
— Да начнётся Дикая Охота!
Драконы и Ше’ру взревели, а я посмотрела на Ромуса. Он стоял в рядах драконьих всадников в образе гарпии: с огромными крыльями, птичьими нижними лапами, чёрными когтями на руках и с рогами на голове. И ждал моего решения.
— Ты можешь принять Ромуса в круг нашего Двора, моя королева, — обратился ко мне Шаян. Ше’ру тотчас расступились, позволяя мне пройти к брату. — И тогда он, приняв участие в Охоте, навсегда станет братом и нам.
— Желаешь ли ты этого, брат? — спросила я у Ромуса, давая ему выбор самому решить свою судьбу. И лишь когда он кивнул, я продолжила, обращаясь к нему его полным именем, которое наша мать никогда не говорила посторонним. — Я, Десма Лилиан Ребекка Амайя Хати Марриенсен, принимаю тебя, Ромус Акрам Галиб Данис Шаалер, в круг Двора Дикой Охоты отныне и навсегда.
Когда Ромус склонил свою голову его объял призрачный огонь, проявляя и его кости. Теперь все, кто находился сейчас у алтарей луны и солнца, являли собой живые скелеты.
Мы молча вскочили на спины драконов, взмыв в небеса. Следом за нами взлетел Ромус, неся за собой шторм в Вечную ночь. Все наши чувства, слух и зрение обострились до предела, позволяя выслеживать тех, кого сегодня настигнет кара.
Императора, его прихвостней, а также всех насильников, грязных убийц, воров и других ублюдков, наносящих вред всем мирным гражданам. Теперь, смотря с высока на прячущихся по домам людей, мы видели их пороки, гнилые души и забирали их жизни.
Дикая Охота несла очищение этому миру. Она несла освобождение.
Мы проносились по небу в Диком гоне и в наших призрачных сердцах звенела песня справедливости. Последним, душу кого мы забрали, стал самопровозглашённый Император Клаус Риверферр Хартвигсен, что годами заставлял Ше’ру убивать невинных фейри и их потомков. Свою расплату он получил сполна — его душа была брошена в вечные муки, а оставшиеся собранные за Охоту души мы отнесли к алтарю. Эта жертва была принята порталом, что явил из пепла Сумрачный двор во всей его ослепительной красе, закрывшись навсегда.
И лишь тогда мы приняли свой обычный облик, очистившись от всех грехов, что совершили за это время. Ше’ру стали фейри, а Ромус и драконы вернули себе своё человекоподобное обличье.
Проходя через врата Сумрака каждый из нас знал — он станет частью новой истории.
Той, которую мы напишем сами, не забывая о шрамах на наших сердцах, что теперь бились в унисон.
  
Глава 49
 
День спустя в
Сумрачном дворце… 
— А домик-то ничего такой! — воскликнула Руна, присвистывая. В накинутой на плечи золотой шали она проходила по огромным комнатам, излучающим роскошь.
— Это Сумрачный дворец и столица двух Дворов, — спокойно пояснил Шаян, следуя за Руной и мной, чтобы мы не заблудились. — И ты здесь уже была.
— Более трёхсот лет назад! Мне было три года! — надулась дракониха. — Ты хоть ему скажи!!! — обратилась она к молчаливому Каю, идущему за Шаяном.
— Что же мне следует сообщить Шаяну?
— Чтобы он лучше рассказывал, что здесь и как, а то мы же с Ребеккой ничего не знаем! А то увязался и молчит. А ходить мы и без его сопровождения умеем!
На лице Алакая промелькнула тень улыбки, когда Шаян ответил:
— Вообще-то, я прямо позади тебя. И ничего тебе не должен.
Рунфрид фыркнула, сверкнув серыми глазищами.
— Вы меня зачем сюда завали-то? Быть принцессой! Вот я и исполняю свою роль крайне ответственно!
Надув губы и закутавшись поплотнее в шаль, Руна подцепила мою руку и утянула меня вперёд со словами:
— Мужики! — махнула она свободной рукой на Шаяна и Алакая. — Чего с них взять!
Мы находились здесь всего ничего, но Руна уже чувствовала себя хозяйкой положения. Меня крайне поразило то, что в человекоподобном виде дракониха едва доставала мне до подбородка.
 
— Давай сбежим от них, — шепнула мне на ухо Руна. — Я знаю, где тут погреб.
— Мы вообще-то всё слышим, — угрюмо уточнил Шаян, сверкнув глазами, а я хихикнула. Его недовольное лицо было забавным.
Ещё вчера нам было не до разговоров: на Шаяна, драконов и Ше’ру обрушилось столько всего, что мы все почти сутки не спали. Хотя этого не хватило и для доли проблем, с которыми теперь необходимо было разобраться. Поэтому, расправившись с самими насущными и острыми, мы завались в пустующие дворцовые спальни. Отдохнув около трёх часов, мы попали под пагубное влияние Рунфрид, что вытащила всех из кроватей ради исследования уголков дворца.
Из драконихи так и хлестала энергия, а ещё желание опустошить королевский погреб. Я даже видела её сон, в котором та отрывалась на полную катушку за всё то время, что было отнято у неё проклятием.
— Я уверена, там есть наше любимое пиво, — продолжила соблазнять меня Руна. — На крайний случай вино. Помнишь ты мне обещала бочонок и гору из сушёных крабов? Время расплаты пришло.
А я и забыла, что обещала ей это. Если быть честной: из-за всего произошедшего, я даже не могла толком вспомнить, что именно подвигло меня пообещать подобную награду Рунфрид.
— Так, девочки, — снова окликнул нас Шаян. — Вернитесь!
За эти сутки он крайне изменился, и дело было даже не во внешних переменах. Скорее Шаян стал тем, кого я разглядела в нём ещё давно: мужчиной, что мастерски управлял вверенными ему подданными.
Впрочем, насколько я помнила, он был рожден наследником Двора. И его обучали всем премудростям политики и боя в то время, как я всё ещё не свыклась с новыми реалиями жизни и не могла до конца поверить, что это правда. Однако я никогда не была той, кто не мог «держать нос по ветру», поэтому крайне быстро адаптировалась к изменившимся обстоятельствам.
О том, чтобы стать женой Шаяна я не могла и мечтать. А теперь это стало моей реальностью и мне предстоит научиться справляться со всем тем, что идёт в комплекте с титулом королевы Дикой Охоты.
Да и подумать только!
Я была! Некмет меня забери! Королевой! Двора! Дикой! Охоты!!!
Дворовая девчонка, которая ещё недавно забиралась на гору на Пустом острове чтобы плюнуть с неё и заарканить дракона!
— У Ребекки вообще-то скоро встреча с Киросом! — вернул меня из мыслей Шаян, напоминая о дополнительных бонусах того, что мы оказались в сердце столице всех фейри.
О том, что мой биологический отец Кирос всё ещё жив и всё это время защищал Сумрачный двор от влияния мира Света и Тени, мы узнали только шагнув во дворец. Его я ещё ни разу не видела вживую, но у меня появилось желание взглянуть Киросу в глаза и узнать подобности своего рождения.
Как вообще он встретил мою мать и почему я родилась спустя столько времени с тех пор, как Сумрачный двор исчез? И почему Кирос бросил меня и мою мать?
Все эти вопросы появились у меня в голове сразу же, как только вывалившиеся из дворца советники окружили нас с Шаяном и шокировано расступились, увидев моё явное сходство с Кузнецом времени. А потом начали сетовать, что это невозможно, ведь я исчезла при перемещении дворца в измерение Света и Тьмы. И все думали, что я погибла, ведь сам Кирос ничего никому не объяснил, лишь молча спас всех жителей, а сам заперся у себя в кузне…
Однако я столько лет жила без этой информации, поэтому могу потерпеть ещё какое-то время.
Кроме того, мне явно стоило выпить — после лавины обрушившейся на меня информации требовалось подкрепление в виде пива и крабов. Иначе я просто не выдержу ещё огромную дозу правды о себе от моего папочки!
— А когда это я вовремя приходила на встречи? — спросила у Шаяна я, решаясь на безумную затею напиться в дребезги. Была ни была! Да и паинькой я никогда не славилась — не за это Шаян меня полюбил.
Показав новоиспеченному муженьку язык и оставив его с горой нерешённых проблем Двора, я позволила Руне перебросить нас в погреб.