Пламя в темноте (СИ)

Я любил порядок. Здесь же был хаос.
Вдохнув, я принялся перебирать папки в шкафу, когда услышал хлопок двери. Кто-то вошёл в тренировочный зал, сильно опоздав. И я бы продолжил заниматься своими делами, ведь уже почти нашёл нужную мне папку, как вдруг услышал знакомый звонкий голос.
Резко обернувшись, я впился взглядом в женскую фигурку, за которой маячила большая тень Кая. На Ребекке был её чёртова обтягивающая чёрная форма, подчёркивающая все её формы и изгибы.
Она должна была находиться в лечебнице, а вместо этого сейчас встала рядом с кадетами. Её рубашка была расстёгнута, и я видел на тонкой девичьей шее синяки, оставшиеся от того, кто её душил.
Глупая! Придётся ей лично дать приказ о том, чтобы никуда не выходила после комендантского часа. Мало ей проблем, так ещё и брата туда же тянет! Мои пальцы сжали старую бумагу.
Кай сказал, что нападавших было трое. Но один улизнул. Если Ребекка его вспомнит, я лично отдам приказ о сожжении — ни один всадник не имел права вредить другому всаднику.
Этой академии давно нужны строгие порядки и правила.
Между тем Ребекка уже начала разминаться перед тренировочными боями. На неё ядовито уставились двое напавших на неё кадетов. Кай посмотрел в мою сторону, чувствуя, что нахожусь в тайной комнате.
Я мысленно отдал ему приказ приглядеть за девушкой, а сам вернулся к насущным делам. Нужная папка оказалась пустой, поэтому мне пришлось продолжить рыскать в шкафу. Между тем начались первые тренировочные бои.
«Шаян..?» — прозвучал в моей голове голос Кая. Я ещё раз пробежался глазами по бумаге и лишь потом обернулся к окну. И именно в этот момент, кадет Янсен (единственная девушка на втором курсе) ударила Ребекку сначала кулаком в живот, а потом в нос.
Стекло приглушало звуки, равно как и магическая завеса, но я отчётливо услышал хруст.
Ребекка зашипела. Её глаза ярко блеснули, словно у рассерженной дикой кошки. Из носа девушки медленно стекла струйка крови, но она не обратила на неё внимания, плотоядно вперившись взглядом в ухмыляющуюся блондинку.
Наставник прервал тренировку. Ребекка медленно стёрла рукавом кровь с лица. А потом направилась в сторону выхода.
Я думал, что она сдастся (на это изначально и был расчёт), но девушка пошла не к двери, а к столу, на котором лежало оружие.
— Сегодня только рукопашный бой! — услышал я окрик её сегодняшнего наставника Одиона.
Но Ребекка шла к столу не за оружием.
Я услышал звук маятника. Девушка пояснила:
— Мне это помогает сосредоточиться на тренировке.
Наставник удивлённо округлил глаза. Он был в недоумении не меньше, чем я или Кай.
Мерный счёт заставил меня вспомнить далёкие моменты обучения в детстве и юности. И не давал мне отвести взгляда от тренировочного зала.
Ребекка вновь встала напротив кадета Янсен. Та что-то тихо шепнула девушке, ухмылка кадета стала ещё более гадкой. Ребекка же никак не отреагировала, лишь продолжила мерно дышать. Наставник кивнул, позволяя продолжить.
И в тот момент, когда Ребекка совершила бросок, я понял, почему её выбрал чёрная дракониха.
Не веря своим глазам, я подошёл ближе к окну, впитывая каждое движение девушки.
Я знал этот стиль боя — давно позабытое мастерство, канувшее в лету. Приёмы, которым учил только один наставник. Бреннан Люминэ А’алеер Да’Лакур Ли Раан.
Я смотрел на поставленные, но не отточенные до идеала движения Ребекки, в которых проскальзывали угловатые выпады, напоминающие драки уличных мальчишек. Вот только девушка давно позабыла, что выросла из дворовой девчонки в юную, красивую женщину, которая уже давно имела не те формы, что раньше. И из-за этого вес смещался неправильно, давая осечки при движениях. Что, впрочем, не помешало Ребекке быстро одержать победу над кадетом Янсен.
Прозвучал удар в гонг, обозначающий поражение Гвендалин Янсен. Наставник махнул рукой, показывая следующему кадету встать напротив Ребекки.
Я наблюдал за тем, как Ребекка ловко уворачивалась от всех ударов кадета, пока перед глазами проносились мои тренировки с Бреннаном. Вспоминал его упражнения, наставления и советы. Как тренировался с закрытыми глазами, бегал по утрам и выполнял его поручения.
 
Надо же, а мы ведь даже не подозревали, что Бреннан не погиб!
Теперь же передо мной его последняя ученица.
Его наследие.
Бреннан не брал в свои ученики обычных детей. Это я знал точно.
Тем более, он никогда не обучал девочек.
Смотря на Ребекку, я не мог разглядеть, что же именно в ней делало её особенной. А вот Бреннан, кажется, это разглядел. И вручил мне в руки свой «последний подарок» в качестве напоминания о сути вещей — именно сутью он объяснял свой выбор учеников.
Что же ты, Бреннан, заложил в эту девушку? Какое послание? Я всё ещё не мог этого понять.
А в это время Кай, как и я, не мог отвести от Ребекки своего взгляда.
«Этого не может быть,» — вновь прозвучал его голос в моих мыслях. Он тоже узнал почерк нашего наставника.
Ребекка победила ещё двоих кадетов второго и третьего курса обучения. Тогда против неё вызвался добровольцем один из кадетов четвёртого курса, который с малой группой тренировался в дальней части зала. Ребекка кивнула. Кадет подошёл ближе.
Она уже устала, а он был сильнее. Её движения замедлялись, он же был полон сил. У Ребекки были небольшие шансы против широкоплечего и сильного парня. Но она продолжала уворачиваться и нападать.
Кажется, я дал неправильную характеристику, и теперь ей придётся перейти на другой уровень обучения бою. Зато с завоёванным уважением других кадетов.
Маятник продолжал совершать свои колебания.
На моих глазах Ребекка доказывала, что не зря получила узы с драконом. И давала молчаливое предупреждение о том, что сможет дать отпор тем, кто захочет вновь напасть на неё.
Это был поступок настоящего всадника. А техника боя — Ше’ру.
Однако Ребекке было не выиграть в сражении с четверокурсника. Он уже теснил её, а потом повалил на маты. Я мотнул головой, прогоняя наваждение.
И в этот момент почувствовал еле ощутимую искру магии — будто кто-то чиркнул кресалом и появилась искра, исчезнув быстрее, чем зажегся огонь. В следующее мгновение Ребекка повалила четверокурсника на маты, душа. Раздался гонг.
Я уставился на девушку с пылающими, пустыми глазами. Ту, которая в три раза была легче парня и не могла просто так его завалить.
Никто не уловил эту магическую искру.
Никто, кроме меня.
У Ребекки уже проявлялись магические дарования, хотя она о них даже не подозревала. Но их источник… был мне не понятен. Нужно было за ней наблюдать.
Поэтому я решил для себя, что завтра оставлю девушку подле себя, чтобы выявить её магические задатки. А сейчас, отметив, что тренировка закончилась, взял найденные в шкафу бумаги и отправился обратно в кабинет.
И всё-таки по дороге я продолжил думать о том, что мне знакома её фамилия. Ребекка Амайя. Но где я её слышал? И почему с её навыками и предрасположенностями, девочку не забрали из её родного города Зафри раньше?
Я запросил всю информацию о ней и брате, а также её семье. И там не было ничего примечательного.
Отец девочки исчез, мать второй раз вышла замуж, родила ребёнка от мужа. Отец Ромуса был из северной Шеррувии, по роду деятельности пекарь. Никто не привлекался к ответственности за нарушения или воровство. Семья жила, постоянно балансируя на грани среднего и низкого достатка.
Единственная зацепка — с тринадцати Ребекка прогуливала школу. Скорее всего с этим было связано то, что её предрасположенность не заметили ранее.
В четырнадцать девочка лишилась отчима, в пятнадцать осталась одна с маленьким братом. О тех годах их жизни ничего особо не было известно. Лишь то, что (со слов временно приютившей детей соседки) девочка рано повзрослела.
Потом они уехали в другой город к родственникам матери. Ромус снова пошёл в школу, а вот о Ребекке толком не слышали. Когда к Ромусу пришли Выявители, Ребекка в последний момент забежала в дом и устроила скандал. О том дне я слышал из уст одного из своих людей. Их тогда поразила ярость девушки, которая была готова умереть, лишь бы не отдавать брата в Лармар.