Каникулы 2075 (СИ)
Наш эконом-салон разделялся двумя широкими проходами на три блока, по три сиденья в крайних и четыре в среднем. Мне досталось место «2С» — в голове салона у прохода, так что можно рассмотреть все вокруг. Парни шли мимо, взволнованно разглядывая посадочные номера, указанные в билетах, на светящихся табло, вмонтированных над креслами. У большинства имелись какие-то сумки и рюкзаки, которые они торопливо распихивали по отсекам для ручной клади. Я свой багаж сдал на регистрации — чего таскаться? Все равно по прилету получу, ничего особо ценного там нет, а морочиться с ним — нет никакого желания. Визоры и те сбросил на грудь — не хочется ничего смотреть и разбирать в мельтешении цифр и определений. Народ все шел и шел. Теперь уже знакомых лиц не было заметно, но типаж бледных задохликов — сохранялся. Это со скольких школ и интернатов надо было согнать народ, чтобы битком набить огромный нижний этаж — тут ведь почти семьсот человек рассадить можно по всем четырем отсекам одной только нашей палубы!? Сотни ребят шагали мимо меня, но никто не садился рядом. Даже удивительно, и почему то тревожно, или просто мандраж начался? Трясучка предполетная? Почувствовав, что голова уже начала болеть от непрерывного кручения по сторонам, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.
— Эй, уснул? Пропусти бродягу, тут мое место.
Открываю глаза, и еще толком не поняв, что происходит, резко поднимаюсь. Голова звонко встречается с низким потолком, плечо ударяет во что-то твердое, и я валюсь вниз. Бам! Ничего себе.
— Ты откуда такой резкий?! Чего пихаешься? — Долетел до полуоглушенного сознания возмущенный голос.
Сижу, молчу и прихожу в себя. Ох, чего-то мне нехорошо. Кажется даже подташнивает, неужели еще и сотряс получил? Этого только не хватало.
— Эй, с тобой все в порядке? — Чья-то рука коснулась моего плеча и слегка потрясла, вызвав очередной приступ тошноты.
— Не трогай меня. Сейчас встану и пропущу тебя, не боись.
— А, ну тогда ладно. — Мирно согласился незнакомец. Раздался щелчок, шорох, видимо сосед убрал в багажный отсек вещи. — Все, оклемался?
— Ага, проходи. — Открываю глаза и осторожно поднимаюсь, придерживаясь рукой за спинку кресла. И нос к носу сталкиваюсь с весело скалящимся…. — Ты кто? В смысле, откуда? — растерянно пробормотал я.
— Саха-Якутия. Якут. Понял? — продолжая довольно улыбаться, ответил вполне мирно парень. Широкое, овальное лицо, слегка приплюснутый нос, узкие, чуток раскосые темно карие глаза щурились, скрывая усмешку, а дружелюбно-щербатый оскал ясно говорил — парняга подраться не дурак и вообще — опасный человек… Да еще и здоровый…
— Ты где так мышцу накачал? — Не смог удержаться от вопроса.
— Я не качал. Сама наросла. С детства спортом занимался, в тайгу ходил, на охоту, рыбалку… — Спокойно отозвался он.
— Меня Током зовут. — Я протянул ему руку.
— А я Бэргэн. Васильев Николай, если по-нормальному.
— Лады, будем знакомы, Бэрген. А меня Истоков Леонид звать. Но я предпочитаю — Ток. Вот и познакомились. Мне интересно, мы вот все из спецшколы по принудиловке, а ты как здесь оказался?
— Сам поехал. Чего сидеть дома? Хочется миры разные посмотреть. Геологом хочу стать, а у нас уже все давно разведано, денег на учебу тоже нет, вот и завербовался на Прерию в геологоразведку рабочим. Опыт чуток имеется, курсы тоже прошел, даже корочки есть…
— Круто. А нас просто в трудовой лагерь волокут, наверняка заставят горбатиться задарма на стройке какой-нибудь.
— Не смотри на жизнь с тоской, Ток, повышай электропроводимость, глядишь, и выпадет удачный расклад. — Посчитал нужным приободрить меня Берген.
— Посмотрим, — вяло протянул я. И только теперь заметил, что мой новый знакомец сидит без визоров. То есть так же, как и я сбросил их на грудь.
— Слушай, мы наверно единственные сейчас, кто сняли окуляры.
— Хм, точно. А зачем они сейчас? Что толку все время их носить? — Поддержал мою мысль якут.
Зазвучал негромкий, но пробирающий до костей сигнал. Затем раздался мягкий, спокойно-уверенный голос бортпроводницы: «Пристегните ремни, приготовьтесь к взлету. Контрольное время до старта — пять минут, время в пути три часа сорок минут. Командир и экипаж желает вам приятного полета».
От этих слов мне ощутимо поплохело и затошнило еще больше. Елки, да что со мной!? Вот ведь глупость!
— Ток, ты чего не пристегиваешься? Смотри сигнал у тебя на табло красный. — Громкий шепот Бергена заставил очнуться и действовать. Отыскал ремни и, щелкнув замками, успокоено откинулся, прикрыв глаза.
— Бэрген, слушай, а как у вас там, в Якутии жизнь? — Задал вопрос не из любопытства, а просто, чтобы отвлечься и не думать. Но сосед мой очень охотно откликнулся, и я получил целую лекцию о красотах северного края, горах, реках, охоте, морозах, рыбалке, щуках, тайменях, хариусах и самой вкусной рыбине якутской — нельме. Слушал я не очень внимательно, но все равно взлет, набор высоты и отрыв от атмосферы прошел почти незаметно. Потом мы некоторое время летели с постоянным ускорением, вжимающим нас в кресла и вдруг резкий, очень ощутимый толчок. Бам! И меня затошнило с невообразимой силой. Уцепив пакет, бодро выдал порцию содержимого желудка и обессилено отвалился назад. Откуда-то из неведомой дали наплыла стюардесса, забрала пакет, сунула мне в рот, какую-то сладковатую дрянь и заставила выпить, вытерла мне губы влажной салфеткой и снова исчезла. После этого меня сморил сон. Так что спуска и посадки я не видел и не ощутил. Очнулся уже на земле.
— Эй, Ток, просыпайся, да просыпайся ты уже — все прилетели! Эй, чувак, не спи! — Чей-то гортанный голос глухо долетал откуда то из-за пределов белого шара внутри которого я парил светлой тенью.
— Да, я здесь, сейчас… — на удивление вяло промямлил я, ощутив, как чья-то рука с силой трясет меня за плечи. — Не дергай, а то снова вырвет, — только и смог простонать в ответ.
— Очнулся, отлично! Все уже вышли, мы последние, давай поднимайся, пора на выход! — Улыбаясь по всю ширину своего якутского лица, заметил Бэрген.
— А ты чего не ушел? — Задал я логичный вопрос.
— Не хорошо товарища бросать. Не правильно. — С удивительной серьезностью откликнулся он.
— Спасибо. Не знаю, чем она меня напоила, но блин, срубило не по-детски. — В голове довольно бодро восстанавливалась привычная чуток вялая ясность. — Ну, пойдем, поглядим, что это за Прерия такая?
Впрочем, далеко нам уйти не удалось. На выходе нас тормознула все та же самая стюардесса с отличной фигуркой, правда, на этот раз думалось о ее формах и белозубой улыбке как-то отстранено, зато товарищ мой в ответ бодро оскалился и даже попытался завести какие-то шашни, предлагая, встретится вечерком в припортовом кафе.
— Настя, я расскажу вам о Якутии — бывали у нас? Там удивительная природа! — начал было он, но девушка решительно тормознула шустрого геолога.
— Не покидайте борт до приезда медбригады. Вас, — обратилась она уже персонально ко мне, — отвезут в госпиталь для проведения осмотра.
— А как же мои вещи? — Начал невразумительно мычать я, беспомощно пытаясь зачем-то возразить.
— Не слушайте его, даже просто побыть рядом с такой замечательной девушкой, как вы, Настя, уже подарок. Я должен сопровождать своего товарища, обязательно. Я за него отвечаю, — солидно и внушительно добавил Николай. Ого, вот это новости, оказывается, он за меня отвечает… — Так все же, встретимся? А еще лучше, давайте устроим пикник на берегу океана, читал, тут отличная рыбалка, приглашаю вас на стейк из филе свежевыловленной местной красной рыбы, бакан, вроде, называется. Читал она тут очень вкусная.
— О, да вы гурман, — уже с легким намеком на интерес ответила стюардесса, бросая вполне откровенно-оценивающий взгляд на моего жизнерадостного товарища. Но развития тема не получила. По причине появления у трапа машины скорой помощи, в которую я и был благополучно помещен. Бэргэн на прощание что-то шепнув стюардессе, заскочил в салон следом, и машина повезла меня в неизвестность.