Враг нации (СИ)

— Тара оказала самое ожесточенное сопротивление имперским силам в наших краях. И Вахрамеевы были в первых рядах защитников. Город сильно разрушен.
— Вайс мне сообщил, что мой клан попал в концлагерь.
— Да. Все верно. Понимаешь, большая часть мирян пока оставлена в своих поселках, но там введен жесткий контроль. Везде заставы, блокпосты, шуцманы и патрули из штурмовиков. Для выхода из поселков требуется спецпропуск. Но это для тех, кто не сопротивлялся и сразу подчинился новой власти. А тех, кто дрался с оружием в руках или был заподозрен в связях с партизанами, хватают и тащат в лагеря. Твоя родня как раз из таких.
— Получается, большинство пока сидит по домам?
— Да. У них простые условия. Сдаешь норму налога аструмом или золотом — тебя не трогают. Остальным приходится много хуже. Но ничего, мы готовимся к борьбе, копим силы.
— А кроме вашей партии кто-то еще встал против черных?
— Доходили слухи о нескольких стычках в предгорьях и на равнине. Наше руководство пробует с ними установить связь, чтобы объединиться.
— Понятно.
— А ты как поживаешь?
— Да вроде нормально. Много всего произошло за это время…
— Вижу. Вон и зверя какого отыскал, и корабль воздушный. И сам изменился.
— Все верно. Курсант у меня кадр еще тот. Мы с ним в тот самый день повстречались, когда я из Тары укатил…
Разговор затянулся далеко заполночь, и только когда Марта уже стало откровенно рубить от усталости, и он начал клевать носом, отвечая невпопад на бесконечные вопросы, хлебосольные и жадные до историй о других мирах хозяева смилостивились и проводили его до корабля. Вернувшись на «Буран», он, скинув ботинки и куртку, завалился спать, толком не раздеваясь.
Утро началось для него почти в полдень. Впрочем, внутри пещеры все время работало электрическое освещение. Оценив время, Март первым делом запросил у искина отчет.
— Умник, доклад.
— Нарушений не отмечено. Попыток несанкционированных вторжений не было.
Марту в голову пришла простая мысль, ведь машинная логика — она прямая, как извилина у прапорщика, и та от фуражки.
— А санкционированных?
— Нет.
Кота рядом уже привычно не отыскалось.
— А хвостатый где?
— Ушел за пределы базы. С его слов — отправился изучать природу окрестных гор.
— Натуралист, епта… Ну, может и мне прогуляться… Заняться все равно нечем. Только сначала мыльно-рыльные процедуры и плотный завтрак.
Не успел Вахрамеев дожевать горячие бутерброды, как пискнул сигнал вызова от Вайса по локальной сети. Вид у главкомиссара был помятый и усталый. Он старательно тер лицо и покрасневшие глаза ладонями.
— Вижу, уже поднялся. А я и не ложился еще. Зато есть хорошие новости.
— Слушаю внимательно.
— Удалось собрать имена части твоей родни в лагере. Вот, лови список. И еще. Появилась информация, что в горах засели несколько членов клана Вахрамеевых. Я перепроверил данные. Не хотел тебя обнадеживать раньше времени. Все сходится.
— О ком речь?
— Старшим у них некий старик-инвалид, зовут его мудрено, погоди, — Март даже дыхание затаил, боясь спугнуть удачу, — сейчас прочитаю, Кал-листрат Иванович. Дали же имечко человеку… С ним еще шесть человек, все с ранениями, у двоих — тяжелые.
— Где они сейчас находятся?
— Отсюда почти две сотни верст. Вот координаты. Что, собираешься лететь?
— Есть возражения?
— Дело твое, главное, не засветись раньше времени. Иначе вся наша затея псу под хвост пойдет. Сам понимать должен.
— По метеосводке обещают к ночи низкую облачность. Самые подходящие условия. Пойду в темноте на сверхмалых. Да тут и ходу полчаса. Так что…
  
Глава 24
 
Жизнь — это череда встреч и расставаний. И сейчас Март, сидя в кабине «Бурана», прокручивал в голове, с кем доведется ему свидеться. Кроме Каллистрата Ивановича никого названо не было. Отправляясь в этот раз на Пампу, Вахрамеев и сам думал о поиске старика, которому оказался многим обязан и за которым явно стояли какие-то очень серьезные тайны. Оптимально было бы вывезти оружейника в Гавань, благо, и база теперь имелась. Неясным оставался лишь вопрос, что на это предложение ответит сам дед?
 
Лететь он собирался как обычно — в гордом одиночестве. Но тут нашла коса на камень. Отправиться в путь, ограничив список разумных существ на борту Курсантом, не получилось. Вайс вежливо, но твердо попросил или, что ближе к истине, потребовал взять с собой эмиссара от партийцев «для проведения переговоров о координации с очередной группой Сопротивления». При этом он предъявил железобетонные аргументы. Нарушений в его логике Март не нашел, и кроме простого «нет» в запасе у него ничего не осталось, а когда главкомиссар озвучил, что посланником назначен Фадей Басаргин, то и этот вариант отвалился сам собой.
Дожидаться наступления ночи Март не стал. Захотелось увидеть родных, да и вообще… кто не рискует и не пьет, тот не гусар… Короткий бросок прошел без происшествий, оставив время «на подумать» и сравнить земные технологии в авиации и местные возможности. Взять тот же Искин. Вычислитель надежно заменяет штурмана, бортрадиста, бортмеханика и бортстрелка. А еще он самостоятельно ведет защиту борта от зенитных средств поражения. Но это и система БКО «Витебск» его родного Ка-52 умела. Другое дело, тут возможностей еще больше, хотя и не в разы.
Простой автопилот — забудьте. Это даже и на Земле — прошлый век. Сейчас автоматика настолько продвинулась, что в принципе все может делать сама. Искин способен предлагать пилоту в три-дэ реальности (обеспечиваемой визорами шлема, голограммой на передней панели или очками дополненной реальности) разные сценарии действий, и тогда задача пилота просто выбрать один из них, даже не тыкая рукой, а просто выделив взглядом.
Но, конечно, летчик может и сам рулить с помощью ручки циклического управления шагом винтов, флаперонами и рулями высоты (или для краткости, ручки управления конвертопланом), рычагов управления двигателями и общим шагом винтов (РУД) и педалей для управления по направлению.
Но и тут все равно есть вшитые автоматические режимы, регулирующие и синхронизирующие все бортовые системы. Без этого никуда. А при наличии на борту или на базе необходимого комплекса из роботов — диагноста и ремонтников, все текущее техническое обслуживание также может без проблем переходить под контроль искусственного интеллекта корабля.
Искин — это вообще великая штука. Самообучающаяся и ничего не забывающая сверхбыстрая машина, способная обмениваться накопленными алгоритмами и наработками со своими сетевыми собратьями или клонами, если угодно. Правда, делается такое соединение не в постоянном режиме через радиоканал, а в спецусловиях. Но сути это не меняет. Еще и потому для той же корпорации Мертон получить назад главный вычислитель химмла имело такое принципиальное значение. Ведь кроме записи атаки и всех действий корабля в бою умная машина хранила весь свой опыт и настройки.
За сто с небольшим лет, прошедших с начала истории авиации и почти вдвое меньший период активной работы вертолетов на Земле и сама техника, и системы ее управления прошли огромный путь. Взять хотя бы классику — Ми-6. Экипаж включал в себя командира, второго пилота, штурмана, бортмеха, бортрадиста. Пятеро человек. Дружный коллектив. Но уже в 21 веке обновленная версия этой огромной машины — Ми26Т2В с вводом цифровых систем управления ограничил команду двумя пилотами. Остальное за людей делает умная техника и прочие джипиэсы с глонассами.
А искин шаттла и тем более дас химмелна — это на порядок серьезнее по всем аспектам. И единственным ограничением для полной роботизации является по сути волюнтаристская позиция самих людей, которые предустанавливают для своих бортовых вычислителей входящие правила и ограничения. Без пилота не летать, решения принимаются человеком с правом доступа. И точка.
Но это, к слову, никак не отменяет эксплуатации огромного числа БПЛА. И для полетов внутри миров-осколков, и для перемещения через небесные тоннели. Да, умные машины дают большие возможности, надо только суметь ими воспользоваться!