Враг нации (СИ)
— Хорошо. Принято. Вот тебе ссылка на счет Братства. Пока это депозит. Деньги до голосования сможешь забрать в любой момент.
— Сделано.
— Давай теперь с другими иди, договаривайся.
— Как раз Бродяги и ждут в общем зале, сразу перетрем вопрос. Уже третий раз пишут: «Ты где?».
— Удачи, Марти. Смотри по сторонам!
— Обязательно.
Отыскав экипаж «Бродяги» в общем зале, он застал их за просмотром интервью с «единственным уцелевшим членом команды» на одном из популярных каналов Ганзы. Гена, заметив Вахрамеева, даже приостановил трансляцию и, хитро подмигнув, сказал:
— Приземляйся. Наша общая знакомая вещает на все Запределье. Восходящая звезда. Только в Сети появилось. Ты уже смотрел?
— Нет, не успел еще.
— Тогда присоединяйся.
Первое, на что он обратил внимание, плюхнувшись на диван, это роскошный вид девушки. Видимо, выбирая, в каком облике предстать — суровой воздухоплавательницы и покорительницы просторов Запределья в опаленном огнем комбезе или изысканной леди в стильном наряде, девушка не смогла устоять перед соблазном и теперь красовалась перед камерами полуобнаженными стройными ножками в изящных туфельках. Весь ее облик буквально кричал — дорого-богато. Но без единого намека на дурновкусие. Одним словом, за внешний вид ей по шкале самого Вахрамеева следовало дать твердые десять из десяти.
Рассказ об основных событиях к этому моменту подошел к концу. Настала очередь вопросов. Впрочем, особых сложностей ведущий Розе не создавал, сам напирая на неспровоцированность атаки, с одной стороны, ее жестокость и бесчеловечность, с другой, и на последствия для рынка — с третьей. Слово аструм звучало регулярно. И выходило так, что виной всему даже не имперская агрессия, а жадность и непродуманность политики корпорации Мертон. И факт увольнения Бакановой из корпорации смотрелся еще одним тому подтверждением.
С другой стороны, Март отлично знал, что Роза и партийцы мутили за спинами рахдонитов свои темы и допускал, что именно подозрения в ее адрес (вызванные неувязками в показаниях) могли привести к такому итогу. Но Мертону не имелось никакой выгоды самому заявлять против себя. Ведь допустить работу контрабандистов на борту твоего мегалайнера — ну никак не украшает.
Роза, уже в роли вольного агента и обиженки, бойко накидывала на вентилятор, предпочитая недомолвки и намеки, с очевидным расчетом на продолжение банкета, то есть новые интервью и громкие разоблачения. Она поймала удачу за хвост и хотела задержаться в медийном поле как можно дольше, заполучив себе звездный статус.
Еще Вахрамеев понял, что у Мертонов хватает оппонентов, жаждущих ниспровергнуть былое величие. «Натурально павианы, ослабел самец, и все сразу кидаются рвать его на куски… высокие отношения… Очевидно, монополия на поставки Груза с Пампы и нежелание делиться барышами давно напрягала других крупных игроков. Не зря Шурави в эту партию кристаллов так вцепился. А теперь все ништяки у черных, они будут играть первую скрипку в оркестре. И никаких даже самых завуалированных намеков на войну. Так, частный случай, стычка».
Разговор в какой-то момент зашел про выставленную от Мертона сумму компенсации страховой компании. И цифра там действительно значилась почти космическая. А страховщики в свою очередь могли на основании показаний Розы предъявить уже Острайху. И тем, делать нечего, за сбитый корабль придется раскошеливаться. Но тут имелся нюанс. В свете открывшихся обстоятельств корабль нельзя было счесть уничтоженным. Поврежденным, но неизвестно, в какой степени. Условно цел. Скорее так. И это тоже было плохо для Мертонов. Потому что давало основания страховщикам тормозить с выплатами «до выяснения всех обстоятельств».
— Ну что, Иван Иваныч, а мы-то и не знали…
Бай подхватил с полоборота:
— А как тебя на самом деле зовут?
— Март. Все четко.
— Понятно, что ничего не понятно. А почему она тебя Иван Иванычем обозначила?
— Сам попросил Розу не озвучивать мое настоящее имя. Не хочу лишнего внимания. Че-то думаю, что наемникам лишний засвет ни к чему.
— Тоже верно, — стукнул тяжелым кулаком по столу Гена. Остальные, подумав, тоже закивали.
— Ага, это понятно. Представь, — принялся разъяснять Бай Малому, — ты прилетаешь в какой-нибудь мухосранск, а там везде рожа твоя и ФИО повсюду. С припиской — за его башку куча бабок. Тут любой про сугубую анонимность задумается…
— Что, уже слышали про награду?
— Мы ж не дурнее других. Само собой, плавали — знаем. Да, зафитилил ты черным по самые гланды, раз уж они на тебя так окрысились. Ну, мы-то с ними тоже на ножах. К слову, зацени момент, кореш. Мы тоже тут немного прославились. Местный топовый стример снял ролик про то, как мы с импами зарубились. Эта тема счас в тренде, дойчи всех достают. Скоро начнут выгребать по полной наверняка…
— Сто пудово. И я в этом обязательно приму посильное участие.
— Есть подходящий контракт? — тут же заинтересовался Берген.
— Пока нет. Но кое-какие идеи бродят.
— Обкашляем?
— Рано еще. У меня на сейчас другой план. Хочу в Гаванское Братство вступить.
— О, таки надумал? К нам или к Спекам?
— Это ты так «СПЕКТРУМ» обозначил?
— Догадливый…
— Знаешь, я больше сам по себе привык. Потому решил свой клан создать.
— Это, брат, недешевое удовольствие.
— В курсе. Деньги есть. Уже подал заявку и закинул всю сумму.
— Красавчик. И как ты умудрился этакую прорву бабла поднять?
— Повезло, наверное…
— Да ты счастливчик прям, дай хоть за рукав подержусь… Да, если золотишко и борт в наличии, выходит, тебе остается только рекомендации получить…
— Так точно. Машина-Бомбер уже проголосовал, надо еще двух.
— Мое вам почтение, герр Питер — скала… Хочешь с нами о том же уговориться?
— Да, — прямо ответил Март.
— А третьим кого планируешь?
— Шурави постараюсь уговорить.
— Слушай, вот поясни мне. Ты же в Гавани два дня. А такие люди за тебя готовы вписываться. С чего бы вдруг?
— И Питер, и Сан Саныч старые знакомцы моего деда Каллистрата Вахрамеева.
— Ешкин кот! Вот так поворот. Выходит, Кержак твой родич?
— Ага.
— Слыхал я про него. Давно с радаров пропал. Классный оружейник был и технарь-дроновод.
— Он мне их имена и назвал, посоветовал отыскать и приветы передать корешам.
— Тогда понятно. Ты у нас, получается, парень непростой, с историей…
— Вроде того…
— Так, про голос в совете. Мы-то не против. Только условие, на стрелялках давай к нам в команду на постоянку.
— Без проблем. Я и сам хотел тебе это предложить.
— Тогда заметано. Но учти, это решает глава клана. Я сейчас ему все доложу вкратце. Ну и попрошу от себя. А там как повернет, — слова и дела всегда шли у Гены рука об руку. И он тут же отправил вызов своему лидеру.
Пока остальные сидели, дожидаясь ответа, заговорил Азимов:
— Про твоего деда я лично слышал пару историй, как раз от нашего Медведя. Вроде они с ним вместе какие-то дела крутили лет пятнадцать назад… или больше. И отзывался МишМиш о нем сугубо положительно. Так что…
«Да уж, с дедом мне повезло. Надо вернуться на Пампу, спасибо ему будет сказать и сюда забрать. Да и не только его. Молодняк тоже».
— МишМиш?
— Он же у нас Михаил Михайлович Медведев, если полностью. Вот и клан, не мудря, так и назвал, Медведями. А мы его для краткости и ради уважения так зовем.
— Понял.
Через минуту Берген, улыбаясь во все зубы, закончил разговор по комму и хлопнул Март по плечу.
— Ну что. Медведь заинтересовался. Хочет с тобой лично поговорить. Прямо сейчас. Про деда твоего он сразу вспомнил. А я за тебя поручился, считай.
— Так что мне к нему ехать или позвонить?
— Я же сказал: лично. В натуральном виде. Так что давай, лети, сокол шизый, на нашу базу прямо сейчас.
— Уже иду. И спасибо тебе, Берген.
— Пока не за что.