Лучший полицейский детектив – 2 (СИ)

— С каким наркоманом? — тут уж удивился папа.
— С Вронским. Он законченный наркоман. Но главное не это. Главное то, что эта бывшая спортсменка — баба твердая, у нее не выпытаешь, сколько концов у кия… Но…. Есть у меня парень. Красивый, как Аполлон. И умный. Это так редко, чтобы красивый и умный. Так он умный и красивый. И жулик. Он сразу понял, что от этой бабы простым путем ничего не узнаешь. Только с подходом. И он нашел подход! У меня, говорит, новое видение. И предложил: дядю Ваню и его Анну Каренину переместить по времени. И вот тут нам неожиданно повезло. Повезло случайно. Он предложил переместить Ваню и Аню в эпоху Тома Сойера. Так, сказал, и вижу этого дядю и Каренину на теплоходе с винтом по Миссисипи, а вокруг крокодилы. Мадам аж вскочила от радости. Крокодилы — это прекрасно! У меня, сказала, сын работает в сафари, а там крокодилы. Мой парень, конечно, ей не поверил, и она повела его к себе домой, а там показала открытку. Я ее перешлю. Он попросил даму поискать еще чего-нибудь. Но куда там! У нее дома такой беспорядок… И запах. Он сказал, что в уборных запах противный, но понятный. А у нее запах противный и совершенно непонятный. Словом, все. Смотри открытку и текст на обороте. И спасибо за лекарство. Доставили сегодня утром.
Через пять минут мы получили фотографии двух сторон открытки. На одной — сафари, звери и никаких людей. На другой — текст: «Здравствуй, мама. У меня все в порядке. Работаю в сафари. Работой доволен. Здесь очень интересные птицы. Как ты? Привет всем знакомым. Твой Вадик». И все.
Я несколько раз перечитала текст:
— Информации немного. Но теперь мы, по крайней мере, знаем, что он работает в сафари. Придется искать по всей Африке! Ничего себе работа! Не весело.
Отец успокаивать меня не стал:
— Должен тебя еще больше расстроить. В Азии и в Латинской Америке тоже есть сафари. Кстати, и у нас в Тампе есть.
— Не думаю, что он в Тампе. А что касается Африки и Азии… Куплю себе тропический костюм, пробковый шлем…
— Не торопись, — остановила меня мама. — Однажды в Тампе на семинаре меня спросили, где я живу. Я показала фотографию нашего дома и сказала: «В Бразилии». Один из моих собеседников не поверил: «Нет, вы живете во Флориде. Перед вашим домом растет магнолия, а такие магнолии растут только во Флориде». Я сейчас подумала: вероятно, по породе деревьев на фотографии можно определить примерное место этого сафари.
— Ты права, — поддержал ее отец. — Можно попытаться узнать, в какой части Африки сделана эта фотография. Потому как ездить по всей Африке не хотелось бы.
Я с ним согласилась:
— Не хотелось бы.
У мамы сомнений не было:
— Не пущу.
  
22. Длинный профессор
 
Отец позвонил во вторник:
— У вас в Вашингтоне есть George Mason University. Точнее, не в Вашингтоне, а в Манассасе. Это недалеко. Там на кафедре тропической флоры работает профессор Kevin Alberts. Подъезжай к нему. Хорошо бы, если бы он помог нам сузить район поиска.
Профессор Албертс оказался длинным и худым субъектом в больших очках и зеленых джинсах. Я изложила ему свою проблему. Он меня внимательно выслушал и спросил, знаю ли я, что сегодня вечером Пэт Томоски играет со студенческим оркестром университета Первый концерт для фортепьяно с оркестром Чайковского.
Я не имела ни малейшего представления, кто такой Пэт Томоски, но на всякий случай решила обрадоваться:
— Не может быть!
— Вы пойдете на концерт? — строго спросил меня длинный ученый.
Я виновато развела руками, что должно было означать: хотела бы, но обстоятельства…
Потом я вручила ему фотографию и спросила, в какой стране Африки это сафари может находиться. Профессор агрессивно замахал руками:
— Африки? Почему Африки? Разве вы не видите, что это Pinus cembra, европейская кедровая сосна?
И ехидно добавил:
— В Африке европейские кедровые сосны не растут.
— А где они растут в Европе? — вежливо поинтересовалась я.
— На юге Франции, в Швейцарии, на севере Италии. Но, судя по высоте кроны, это непременно Южная Франция. Так у вас нет билета на концерт?
 
Я ответила: «Нет» и так грустно, что профессор снова развел руками, потом подошел к двери и позвал:
— Нэнси!
Появилась девица, тоже длинная и худая, в очках. Наверное, профессор брал на работу только себе подобных.
— Нэнси, эта дама интересуется европейскими кедровыми соснами, и у нее нет билета на сегодняшний концерт. У вас еще остались билеты?
Я поняла, что без билетов уйти мне не удастся.
— Билет стоит пятнадцать долларов, — объяснил профессор. — Но Нэнси продаст вам, как участнику семинара, за десять. Вы пойдете одна?
— Одна.
— Это правильно. Партнеры отвлекают.
Придя в бюро, я позвонила отцу.
— Мне пришлось за консультацию заплатить профессору десять баксов.
— Заставил тебя купить билеты на какой-нибудь концерт университетского оркестра, — догадался отец.
— Верно. На Первый концерт для фортепьяно с оркестром Чайковского.
— После концерта позвони.
— Да не пойду я…
— Зря. Надо тянуться к прекрасному. Особенно, когда за него уже заплачено. Помог он нам?
И я рассказала про сосну.
— Мы будем искать эту сосну по всей Европе? — спросила я.
— Ограничим круг поисков Францией.
— Может быть, тебе позвонить твоим французским друзьям? — осторожно предложила я.
— Я подумаю, — ответил он.
  
23. Французские друзья
 
Через два дня папа появился в моем офисе.
— Я, пожалуй, позвоню той даме, которая угощала тебя конфетами в Вене.
Позвонить ей он мог из дома, но по причинам, мне понятным, при маме звонить не стал.
Он включил скайп, и сразу же раздался женский голос:
— Je vous écoute.
Разговор был по-французски. Папа мне потом перевел его, однако я не совсем уверена, что полностью. Вот то, что он перевел:
— Слушаю вас.
— У тебя веселый голос. Значит, ты в хорошем настроении.
— В хорошем. Ты где? Судя по тому, что звонишь по скайпу, не во Франции.
— Догадалась.
— Это моя профессия: догадываться. Учти, я еще работаю. Правда, не столь активно как раньше. Консультирую.
— И я тоже консультирую. Это удел людей в моем возрасте.
— Ну раз ты не во Франции, значит, звонишь по делу.
— По делу. Ты не могла бы сказать, есть ли на юге Франции сафари?
— Ты теперь интересуешься туризмом?
— Нет. Как всегда хищниками.
— Я могу тебе порекомендовать сафари около Тулузы. Местечко называется Plaisance-du-Touch. Это к западу. Помнится, ты интересовался старинными замками к северу от Тулузы.
— Как поживает баронесса Лиза?
— Она в Англии.
— Как мои друзья?
— Поль руководит нашей службой в нижней Нормандии. Марсель в теоретическом центре. А мадам Дюма развелась со своим четвертым мужем, ушла из нашей службы и занимается политикой.
— Она за социалистов или за голлистов?
— Будешь удивляться. За блондинку.
— У блондинки есть шанс быть президентом?
— На этих выборах нет. А потом. Все идет к тому…
— И мадам Дюма станет министром?
— Я никогда не была высокого мнения о ее деловых качествах, но теперь вижу, что если ее сравнить с нынешними министрами…
На этом перевод закончился.
— Дальше мы говорили о разных пустяках, — сказал папа.
Я ему поверила и спросила:
— Ты полетишь во Францию?
Папа не ответил и снова набрал номер по скайпу. И снова женский голос:
— Je vous écoute.
На мое удивление, ответил он по-русски:
— Я не включил камеру, боюсь, ты плохо выглядишь и расстроишься.
После небольшого молчание ответ:
— Я выгляжу хорошо… для моих лет. Просто ты не хочешь показать свою лысую голову.
— Не лысую, а седую.
— Откуда звонишь? Если по скайпу, значит, не из Парижа.
— Мне нужна твоя помощь.
— Готова помочь. Опять продаешь хищников?