Ферма звезд на краю земли (СИ)
— Мы в совете узнали о вашей… ситуации и готовы оказать все возможное содействие, — продолжил седовласый. В отличие от внешности, речь у него была той, какая и полагается бюрократу. — Вам должно быть разъяснили, что в нашем городе отношение к приезжим особое. Долгое время мы отрезаны от внешнего мира, к тому же окружены суровой и опасной природой, оттого община у нас дружная, долг каждого жителя Вармстеда — заботиться о ближнем.
Некоторое время он расхваливал город и его обитателей, заверял, что для любого найдется место и дело по способностям. Предложил не отсиживаться в стенах гостиницы, скрываясь от непонятного мира, а скорее влиться в местную жизнь. Легче всего это будет сделать, обзаведясь каким-нибудь занятием. Проще говоря, работой. Видимо, содержать тунеядцев за счет бюджета не любят ни в одном из миров.
С этого момента начались трудности. Никто из моих собеседников не представлял, чем может заниматься пришелица из другого мира. Дама пристально взглянула на меня поверх очков и попросила рассказать, есть ли у меня образование и профессия.
— Чем вы занимались на родине, сударыня? И к какому принадлежали сословию — извините за любопытство, но должны мы хотя бы знать, как к вам обращаться…
Как угодно, лишь бы не Стася-Анастасия. Задумавшись, я не сразу осознала, что она сказала «принадлежали», в прошедшем времени. Все вокруг уверены, что домой я больше не вернусь.
— Я менеджер по продажам в IT-компании, но вряд ли здесь это кому-нибудь пригодится.
Хватило пары уточняющих вопросов, чтобы понять — не пригодится. До технологий, в сфере которых я привыкла работать, им здесь еще долго развиваться предстоит. Телефон изобрели совсем недавно. Из связи в городе были почта и телеграф.
— А вообще я работы не боюсь, готова за любое дело взяться, если научите. Чем только не занималась, пока институт не закончила! И сахарную вату продавала в парке, и в колл центре немного, и промоутером…
Причина столь раннего начала трудовой карьеры была в том, что содержать нас с сестрой, школьницу и студентку, стало некому, пришлось самим выкручиваться. Но им об этом знать не обязательно.
— Простите, кем? — уточнил «художник».
— Рекламки раздавала у метро… — испугавшись, что придется еще и про метро объяснять, быстро добавила: — Листовки с объявлениями, прохожим. Чтобы в магазин заманить.
— Хмм… Вы говорите — институт кончали? А что если устроить вас учительницей в какой-нибудь приличный дом? Или напротив, в публичную школу к ребятишкам из семей попроще, — предложил второй мужчина, который все это время молчал и с плохо скрываемым интересом меня разглядывал.
— Полно вам, чему она их научит! — возразила дама и обратилась ко мне, извиняясь: — У вас и дисциплины, должно быть, в школах совсем иные.
— Абсолютно, — ответила как можно убедительнее.
Только преподавания не хватало! Нет уж, мне нужна какая-нибудь тихая, простая работа, желательно не на виду. Без магии и жути всякой.
— Тетушке Братиану нужна помощница в лавке, — подала голос Летти.
До этого она сидела тихо в уголке, я аж забыла, что она тут. Дама в очках строгим взглядом заставила ее замолчать. Мне захотелось поддержать девчонку.
— Думаю, я могла бы попробовать. Я ведь все-таки продажник.
— Не годится. Старушка мало с кем уживется, недаром все никак помощника не найдет, — возразили мне в ответ. — К тому же суеверная, а вы… Сами понимаете.
Я понимала. Я им кажусь не менее странной, чем они мне. Влезла в их мир через какой-то портал, и чего от меня ждать — неизвестно. Повезло, что они тут такие толерантные, если бы очутилась в условном средневековье, могли бы и на костре сжечь.
Тем временем обсуждение продолжалось. Вспомнили, что я ехала в деревню и спросили, не желаю ли выбрать что-нибудь связанное с сельским трудом.
— Ну… Я могу копать, — честно призналась я. А могу не копать, угу. Вот и все сельскохозяйственные навыки. Дачей в основном занималась сестра.
— Поручите ее Полковнику. На ферме звезд для всех найдется работа, — внезапно произнес Тео. — К тому же он сможет за ней присмотреть.
Все трое обернулись в его сторону. На несколько мгновений повисла тишина, и мне почему-то стало не по себе. Тем более что его слова прозвучали полной белибердой: ферма, звезды, полковник… Я и не пыталась догадаться, что он имел в виду.
— Вторая половина его дома свободна, — добавил Тео.
— Но согласится ли на это господин Лунн? Ведь он тщательно оберегает свое уединение и вряд ли будет рад столь неожиданно навязанному соседству, — сказал седовласый бюрократ.
— Сегодня я обедаю у него. Заодно объясню ситуацию.
Вопрос, соглашусь ли я, очевидно никого не волновал. И вообще, что-то мне подсказывало, будто все они — и служащие управы, и тем более охотник, просто-напросто хотят поскорее от меня отделаться и повесить ответственность на кого-то другого.
Как бы подтверждая догадку, мне велели ни о чем не беспокоиться, возвращаться в гостиницу и отдыхать, пока они что-нибудь придумают. Мы с Летти попрощались и вышли из душного, не по погоде жарко натопленного кабинета.
На улице было солнечно и свежо. В кронах деревьев, посаженных вдоль тротуара стройным рядом, чирикали птицы. Мимо спешили по своим делам прохожие, не обращая на нас внимания. Только гипсовые лица, украшавшие фасад управы, смотрели белыми глазами строго и будто бы осуждающе.
7
Мне бы хотелось посидеть где-нибудь в спокойном месте, подумать. Или погулять и подумать. Главное, чтобы в тишине. Но рядом была Летти, девушка с шилом пониже спины. Спокойно ей не сиделось, видимо, никогда.
— Эй, Хинто! — крикнула она и помахала кому-то. И немедленно потянула меня за рукав, отвлекая от разглядывания здания управы. — Что ты опять застыла, пойдем.
Обернувшись, я увидела лошадь, медленно везущую небольшую телегу. Груз был затянут брезентом. Правил ею крепкий черноволосый паренек в сапогах и толстовке с закатанными рукавами. При виде моей спутницы его смуглое широкоскулое лицо расплылось в улыбке, но тут же приняло серьезное выражение.
— Привет, Летти, — сказал он, когда мы приблизились, и остановил и без того едва переставлявшую ноги лошадку.
— Ты случаем не на вокзал? Может, подвезешь нас с подружкой?
— Я груз везу, не пассажиров. И вообще тороплюсь, — пробурчал Хинто, отводя взгляд и изображая безразличие.
Но даже мне было понятно, что эта девчонка ему совсем не безразлична. И торопился лишь на словах — взял в руки вожжи, но телега как стояла на месте, так и осталась стоять.
— Вижу я, как ты торопишься, — фыркнула было Летти, но тут же заулыбалась и проворковала ласково: — Ну пожалуйста, что тебе стоит! Нам туда очень надо, а идти так далеко… Завтра ног не буду чувствовать и уж точно не смогу пойти на танцы.
— Ты же говорила, что не пойдешь!
— Так то вчера было, может и передумаю, — кокетливо отозвалась она. — Ну что, едем? Столько времени уже за болтовней потеряли, еще немного — и поезд пропустим!
Притворяясь, будто делает великое одолжение, паренек согласился. Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, наблюдая, как они друг с другом заигрывают. Похоже, у Летти намечается роман, и сейчас он в самом начале. Голову морочит поклоннику.
— Э, нет! Груз раздавишь, — воскликнул он, когда Летти попыталась забраться в телегу. Похлопал по сиденью рядом с собой. — Сюда садись.
— Ты что же, намекаешь, будто я толстая?!
— Груз хрупкий. И ящики жесткие, отобьешь себе всю… красоту. Вы худые, вдвоем поместитесь, — искоса на нее поглядывая, сказал Хинто.
— От слова худо, да? — надула она губы, но все-таки села куда велено.
Когда я притиснулась рядом, поняла его маленькую уловку. Даже для нас двоих места оказалось мало, и Летти приходилось тесно прижиматься к довольному ухажеру, чтобы я на дорогу не вывалилась.
А повозку трясло на каждой кочке, сидеть было жестко, и я поняла, что ужасно скучаю по своей любимой машинке. Она ведь у меня умничка, не капризничает, а какое кресло мягкое, все так удобно отрегулировано, и салон недавно чистила, как новенький стал. Как она там, моя девочка? Когда ее теперь из сервиса заберут…