Ферма звезд на краю земли (СИ)
20
За три дня до начала работ на ферме Летти заявила, что мы идем на танцы.
— Ты должна начинать появляться в обществе. И так меня уже вопросами замучили, кто моя новая подружка и почему никуда носа не высовывает.
Честно говоря, меня вполне устраивало общество Йенса и иногда артефактора. Но на это она сказала, что я так рискую совсем одичать и превратиться в мизантропа, как мой обожаемый Полковник.
— Это никакое не общество, не говори глупостей. Еще скажи, что с охотником предпочитаешь время проводить, — фыркнула она. — Так и собираешься с ними сидеть на этих выселках, пока старой девой не станешь? У нас, между прочим, молодых холостяков хватает. Пора бы завести хоть одного поклонника.
Не сомневаюсь, у самой Летти в них нет недостатка. Я невольно посмотрела в окно. Во дворе Хинто, ее ухажер, c которым мы по пути на вокзал успели познакомиться, подавал Йенсу ящик со свертками и консервными банками. Привез заказ из лавки, заодно подружку подбросил.
— Кстати, если тебе неловко идти одной, могу попросить, чтобы он побыл твоим кавалером, — предложила она, увидев, куда я смотрю. — Хинто только кажется неотесанным, а танцует он знаешь как! Лучше всех. Хочешь?
— Ты что, я не могу лишать тебя партнера! — рассмеялась я в ответ. — Тем более, все равно танцевать не умею. Я так, посижу, за вас порадуюсь… А лучше вообще дома останусь, мне как-то неловко.
Бесполезно. Этот вариант не рассматривался. Непоседа хлопнула себя по лбу — и как могла забыть о столь важном деле? Но тут же заверила: ничего страшного, модным танцам можно за вечер научить даже самую безнадежную личность.
— Неужели вправду не хочется? Это же танцы! Как можно не любить танцевать? Все любят!
Особенно когда напьются. Но здесь вроде как не принято, по крайней мере, я не видела, чтобы к ужину подавали вино, и в гостинице бара не заметила.
— А на этой вечеринке алкоголь будет? — решила немедленно прояснить этот вопрос. Летти взглянула с недоумением.
— Ты что, пьешь? Никогда бы не подумала.
Оказалось, что незамужним девушкам из порядочных семей пить неприлично, даже немножко и по праздникам. Замужним положена рюмочка хереса от нервов, скромный бокал вина за ужином или легкий коктейль по особым поводам. Вот дамам в годах все позволено, старушке не возбраняется хлопнуть стопочку-другую, и никто не осудит. Привилегия возраста.
Но это на большой земле. В кальдере пьянство вовсе пресекалось, якобы из-за опасности суровой природы, окружавшей город. Алкоголь не был под прямым запретом, но его употребление порицалось, угощать им гостей считалось дурным тоном, злачных заведений было всего ничего да и те работали строго по часам.
Не то чтобы я из-за этого расстроилась, скорее наоборот. Я и сама пью мало, и пьяных не люблю. Но именно сейчас возникло желание приляпать для храбрости. А когда к Летти присоединился Йенс, услышав, о чем мы спорим, то и вовсе напиться в стельку, чтобы меня охрана на дискотеку не пустила.
— Вы просто обязаны пойти, она совершенно права, — внушал он своим обычным мягким тоном. — В нашем маленьком городке не так уж много развлечений, а вы и их стремитесь пропустить. Нельзя целыми днями сидеть в компании тех, кто для вас едва ли не старики, ну куда такое годится! Не подумайте дурного, я вашей дружбе с господином Варгой только рад, вы друг другу приносите несомненную пользу, но…
— Вам до старика как-то далековато, — возразила я. И этот туда же. — Господину артефактору вроде как тоже.
— Но и к молодежи не относимся, — гнул он свою линию. — А вы еще так молоды. Не упускайте это время, оно быстро пролетит. Еще успеем посидеть вечерами на крылечке.
— Вот и я ей то же самое говорю! В люди надо выбираться, — влезла Летти, за что получила от меня испепеляющий взгляд.
— А почему вы своему другу это не говорите, Йенс? Тео на вид вполне себе молодежь, — привела я последний, хоть и не особо веский, аргумент. — Или он тоже там будет?
— Кто, господин охотник? Скажешь тоже! — Летти произнесла это с таким видом, будто я что-то совершенно несуразное предположила. Ну да. Тео ведь и местным не нравится. Но должны его хотя бы из вежливости куда-то приглашать, разве нет?
— Внешность обманчива, особенно когда дело касается магов. Впрочем, для мага он действительно очень молод, исключительно рано пробился благодаря своим талантам… — Йенс осекся. — Впрочем, не будем обсуждать его за спиной, это некрасиво. Как насчет завтрашнего вечера, Анастасия? Быть может, вам чего-то недостает, нужно новое платье или еще что? Не стесняйтесь.
— Да, конечно ей нужно платье! — вмешалась подружка, прежде чем я успела рот открыть. — И сумочка — та, что у нее есть…
— Хватит! Никуда я не пойду. И дело не в платье. Вот скажите, как вы себе это представляете? Там ведь все друг друга знают, и тут я такая, не от мира сего, припрусь. Танцевать не умею, вести себя не умею, и вообще чужая…
Покачав головой, Йенс предложил расположиться на веранде и угостить подружку чаем, раз погода ясная, а ее приятель все одно уехал и спешить больше незачем. Проводил нас на свою половину, не торопясь, отдал распоряжения домработнице. Ждал, пока я успокоюсь.
А потом спросил, есть ли у меня сейчас другой дом, кроме этого.
— Есть, конечно! — воскликнула и тут же опомнилась. — Вернее, следовало бы сказать, был…
— У меня тоже в прошлом бывало всякое. Но сейчас мы с вами жители Вармстеда. Не чужие. Я надеюсь, вы скоро это поймете. А пока не теряйте время, учите движения. Вечеринка уже завтра. Иначе оттопчете всем партнерам ноги и вам будет стыдно.
Я сдалась, куда деваться. Йенс прекрасно знал, что дел у меня никаких, отговорку не придумаешь. Мы наскоро разучили самый популярный здесь танец, в самом деле простой и, к счастью, не предполагающий чрезмерной близости с партнером. Все было скромно. Я даже не смутилась, когда Йенс не смог больше смотреть, как неловко Летти пытается вести, и занял ее место.
С ним внезапно все получилось. И в движениях перестала путаться, и на ноги наступать, и ритм поймала, ощутив наконец, что это действительно танец, а не попытка запомнить последовательность каких-то упражнений. Он вел умело и легко, оставалось лишь довериться и следовать его движениям.
— А вы чудесно танцуете, Йенс, — сказала без тени кокетства. Чистая правда же! — Это вам надо идти на ту вечеринку, не мне. Вы раньше часто это делали, не так ли?
— Танцевал? Приходилось, в моей жизни были не только бои и казармы, но и… Все остальное, — он мягко улыбнулся. — Не буду врать, мне и сейчас приятно танцевать с прелестной юной девушкой, но это недостаточный повод портить чужой праздник. Я в свое время на них находился вдоволь, теперь ваша очередь, Анастасия. Идите, веселитесь от души и ни о чем не думайте.
— Если вы раньше любили такого рода веселье, почему теперь замуровали себя в глуши? — спросила я тихонько, чтобы любопытная Летти не подслушала.
— Одному на них ходить отнюдь не весело. А заводить ради этого близкие знакомства как-то не хочется, да и отвык.
— Господин Полковник, а вы и вправду еще ого-го, — присвистнула бестактная Летти. — Может с нами пойдете? Я бы с вами потанцевала…
— С женихом своим танцуй, вертихвостка! — проворчал он добродушно, возвращая меня к месту за столом как галантный кавалер.
— А у меня нету никакого жениха, я девушка свободная, — заявила она, однако щеки предательски порозовели.
Но Йенс умудрился парой вскользь брошенных фраз разжечь во мне любопытство. Действительно, он ведь совсем не старый. Вряд ли старше сорока, даже если и старше, бывает же обманчивая внешность, то ненамного.
И он привлекательный, объективно говоря. Очень, с какой стороны ни взгляни. Внешность, манеры, сдержанный и терпеливый характер, и голос приятный, и пахнет от него всегда хорошо. А главное, то потрясающее чувство надежности, уверенности, возникающее рядом с ним. Когда ты чувствуешь себя хрупкой слабой женщиной, о которой заботится сильный мужчина, и это ни чуточки не унизительно. Наоборот, приятно.