Ковчег 5.0. Межавторский цикл (СИ)

Закивав, мы поспешно разбрелись в сторону. Лично я отошел подальше от воды переполненной живностью — мелкие рачки кишели сотнями. Пробегись по отмели и враз получишь сто баллов опыта не успев преодолеть и двадцати метров. Крабы резко увеличились в численности и размерах. А вон…
— Черепаха! — крикнул я, указывая деду Федору на показвшийся из воды верх панциря.
— Суп! И даже уже в тарелку разлит! Вот это сервис! — радостно крикнул старик, молодецким прыжком оказываясь рядом с черепахой. Ему на помощи поспешил Ури и шатающийся Радимир. Молодец парень — только-только с космоса на землю шмякнулся, не успел еще дух перевести и проверить на целость кости, как уже бросился помогать. Несколько пунктов репутации тебе мысленно начисляю парень с пронзительной славянской внешностью.
Сам я не полез в воду, но заглянул в… даже и не знаю. Еще одна гигантская бочка, на которой радостно попрыгал шизанутый великан. И сразу наткнулся взглядом на несколько плоских и при этом пузатых пакетов размером с ладонь. Так же тюбики, знакомые очертания жестяных банок.
Дальше я не думал. Молча вытащил из кармана несколько пакетов и принялся собирать урожай космической еды.
Борщ в пакете. Какие-то фруктовые палочки. Мясные консервы. Сок ананасовый и сок вишневый. А вон еще пакетики и тюбики. И консервы россыпью. Собрать надо все. Девяносто процентов сдам в общак,… десять заберу себе.
И снова «шкурный интерес» — мы начинаем грести не только под всех, но и под себя тоже.
Сейчас я отдаю девяносто процентов находок, остальные поступают примерно так же.
Потом мы начнем отдавать по восемьдесят процентов.
Потом по пятьдесят.
А потом будет приравнивать трофеи к налогам — десятину им, остальное мне.
Я уверен — к этому и придем, если община будет развиваться.
— Что там у тебя, Жирдяй? — крикнул Влад.
— Космическая еда! — крикнул я в ответ — Разная! Тюбики и прочее разное.
— Понял! Слушай, пару тюбиков и прочего для меня подбери, а? Для меня, для дочи Ирины и для Милы.
— О как — удивленно буркнул я — Хорошо! Отложу тебе космический подарок!
Доча Ирина? Это ладно. Он девочку нашел, он ее привез. Влад мужик правильный, ответственность должен чувствовать. Да и привязался, наверное, к ней. Но Мила? Неужто так быстро люди начинают сближаться? Всего-то ничего времени прошло с момента появления Влада. Или… может наш автомеханик решил таким образом начать ухаживание? Вот это наиболее вероятно. Ладно. Это дело не наше. Но вот тюбик с клубничным вареньем я отложу для Леси…
— И мне! Чего-нибудь! — попросил Ури, причем именно попросил, а не потребовал — чувствовалось по его тону. С понятием оборотень.
— Корм Педигри? — предположил я вслух, не желая поддеть оборотня, но желая проверить его реакцию.
— Ой, ну очень смешно! Вот просто очень! — заорал в ответ вольфар под дикий хохот всех мужиков. И Леонор смеялась вовсю — думаю, уловила слово «педигри» и поняла суть.
Нормальная реакция.
— Мне ананасов бы! — продолжил Ури — Прям хочу, не могу…
— Посмотрю — пообещал я, разгребая обломки. О… отвертка интересная. В кармашек ее. Вдруг потом у автомеханика Влада на что-нибудь выменяю. О как изменилось мое мышление — бывшего жирдяя флегматика домоседа.
Мы ушли от морского берега только через два часа, причем уходили мы очень тяжело нагруженными и пешком — машина была забита полностью.
Перед самым нашим уходом случилось еще кое-что, изрядно меня перепугавшее и заставившее задуматься.
Случилось вот что:
Я как раз покончил с поиском мелочей и принялся отдирать от одного из обломков лист отошедшего металла, когда из прибрежных волн, прямо на берег, выскочило два морских создания разом. Мы этому только обрадовались, взглянув на жирные бока какой-то неизвестной двухметровой толстолобой рыбины с губастым ртом и другую, странно тонкую, с блестящей чешуей, удлиненным рылом и костистым спинным плавником. Морской хариус?
Послышались радостные крики — еще бы, столько мяса выплеснуло на пляж. Но очень быстро тональность криков сменилась на тревожную и даже испуганную.
 
Ибо обе рыбы затряслись в диких конвульсиях ничуть не напоминающих обычное трепыхание подводного создания в чуждой ему стихии. Тут было что-то другое, мы явственно услышали противный хруст и щелканье. Выгнувшиеся рыбины ужасали своими выпученными глазами и разинутыми пастями — казалось еще чуть-чуть и бессловесные и вечно безмолвные создания зайдутся в диком крике. Не будь конвульсии достаточно медленны, я бы решил, что через несчастных рыб пропустили мощнейший электрический разряд.
— Их надо добить! — дрогнувшим голосом крикнул Ури, шлепая лапой по автомату. Зрелище так проняло вольфара, что он и не задумался о драгоценности каждого патрона.
— Стоп! — я и дед Федор крикнули в унисон, а дальше старик продолжил сам, в точности повторив мои невысказанные слова — Поглядим что к чему.
— Корежит жутко — это Радимир, что невольно сглотнул и явно сделал усилие, чтобы не отвернуться.
Честно говоря, и мне было крайне неприятно наблюдать за мучениями живых созданий. Этим эффект полного погружения и страшен — для нас все вокруг абсолютно реально.
— О Майн Гот! — вскрикнула Леонор, зажимая рот ладонью и резко отворачиваясь.
Мне поплохело, но я сдержался.
На коже рыб появились вздутия, шишки, тела деформировались, пасти несколькими рывками увеличились в три раза. Еще рывок, «хариус» мощным толком подался вперед, опираясь на внезапно откуда-то появившиеся недоразвитые лапы торчащие прямо из брюха, приподнялся и сомкнул челюсти на своем дергающемся собрате. И «толстолобый» тоненько закричал,… мы явственно слышали доносящийся из пасти рыбы тонкий крик. Рыба закричала!
Несколько мощных частых укусов, мы в остолбенении наблюдаем, как изменившийся до неузнаваемости «хариус» заживо пожирает другую рыбу. Еще полминуты — а мы так и наблюдаем с мистическим ужасом — и чудовищное исковерканное создание покончило с так и изменившимся полностью собратом, щелкнуло пастью и круто развернулось к нам.
— Оу! — замотала головой Леонор — Оу!
— Да уж — согласился дед Федор, поднимая револьвер — Да уж…
— Теперь можно? — сипло поинтересовался Ури.
— Еще пару секунд — попросил я, вглядываясь в пошатывающуюся на продолжающих расти лапах тварь.
Здоровенная морская рыба, что сначала была абсолютно здоровой и аппетитной на вид, сейчас изменилась до неузнаваемости. Я вижу перед собой обтянутое пятнистой бугристой кожей чудовище, стоящее на шести тонких лапах, вверх задран и загнут дугой вытянувшийся хвост сейчас почему-то крайне смахивающий на жало скорпиона. А впереди пасть занимающая половину туловища… зубы квадратные, но тонкие, словно пластинки и их очень много. Темные щелки глаз смотрят прямо на нас, но тварь пока не двигается… почему не двигается?
Ответ пришел быстро — еще раз вздрогнув, «хариус» окончательно выпрямился, чуть опустился к земле, содрогнулся всей тушей, а затем разинул пасть еще шире… и сделал глубоких хрипящий вдох…
— Он себе легкие отрастил! — завопил я, неверующе глядя как зарастают жаберные щели скрываясь под кожей.
— Валим! — коротко распорядился старик, первый нажимая на спусковой крючок.
Д-дах! Д-дах! Д-дах!
Р-р-р-р-рам!
Ури выпустил прицельную короткую очередь из автомата, уложив все пули точно в голову ринувшейся вперед сухопутной «рыбы» переростка.
Этого хватило. Три выстрела из крупнокалиберного револьвера и короткая очередь из автомата. «Хариус» запнулся, его лапы заплелись, и новорожденное чудовище тяжело рухнул на песок, где и забилось в яростных судорогах, что быстро затихли.
— Уровень получил — буркнул Ури.
— А я даже опыта не получил — задумчиво произнес дед, осторожно делая шаг вперед — Жирдяй, ты о том же думаешь сейчас? О причине этакой метаморфозы.
— Радиация — ответил я — Что тут думать?
— Такая быстрая? — удивился чернокожий Радимир — А не слишком ли?