Измена. Ты только моя
– Все ответы в тебе, Рэгвальд, – отвечает он. – А вопросы ты должен задавать не мне – другим. Только правильные.
– Не юли, Видящий, где Айлин? Я ее не чувствую. – Мне не нравится то ощущение, которое примешивается к злости. Оно неприятно на вкус, отдает горечью.
– Только ли сейчас? Ты давно слеп, – жрец смотрит мне прямо в глаза. – Как и твой амулет. Боги не ошибаются. У тебя есть время только до полнолуния, чтобы найти ее. Не успеешь – не вернешь.
Глава 12. Песец
Стук кастрюль повторяется. Значит, не показалось. Кто-то проник ко мне в дом… Но кто? Воры? Дикие звери?
Ник рассказывал, что здесь территория, на которой можно спрятаться. Возможно, это все-таки кто-то из беглых преступников. Увидел домик, решил поживиться…
Нервно оглядываю комнату в поисках хоть чего-то мало-мальски похожего на оружие и буквально боюсь дышать. А вдруг меня услышат? Сердце колотится, как крылья мелкой птахи, быстро-быстро. Кладу руки на грудь, чтобы приглушить, – кажется, что этот стук даже в кухне слышно.
Может, через окно? Но куда? И кто знает, может, там, на улице, поджидает еще кто-то? Что, если вор не один? И это мне еще повезло, что они не зашли в спальню.
Но там в кухне… песец! Он же там совсем один и ранен. А если это дикие звери? Они же тогда его не пожалеют!
Сползаю с кровати, заворачиваюсь в плед и вооружаюсь метлой, которую принесла сюда накануне. Вдруг кто-то мелкий из зверей, тогда смогу прогнать.
Хмурюсь и ловлю себя на мысли: я настолько отвыкла чувствовать животных, что забыла, что почти вернула себе эту способность. А сейчас за стеной зверей я не чувствую. Совсем. Кто же там?
Делаю глубокий вдох и выдох, считаю до десяти, рывком открываю дверь:
– Прочь отсюда, буду защищаться! – выпаливаю я первую пришедшую на ум фразу.
Раздается шипение, и по кухне расползается запах подгоревшего кофе. Я застываю на месте: у очага стоит высокий широкоплечий молодой мужчина с длинными светлыми волосами. Он практически голый, если не считать какой-то тряпки, обмотанной вокруг его бедер.
Я не хочу, но взгляд невольно цепляет и рельефный пресс, и развитые грудные мышцы, и объемные руки… Смущенно отворачиваюсь и чувствую, как краснею.
– Прошу вас покинуть мой дом! – требую я, выставляя вперед метлу, а у меня самой поджилки трясутся. – Вы не имеете права тут находиться!
Уже не вижу его, но мускулистое тело просто впечаталось в сетчатку глаза. Если этот громила решит мне доказать, что он вполне себе имеет право в этом доме жить, то я просто не смогу ему ничего противопоставить.
– Прошу прощения, если я напугал вас, – низкий, чуть хрипловатый голос очень соответствует его обладателю. – Не хотел. Кофе будете?
Вопрос, искренне говоря, ставит в тупик. Кофе? Этот неприлично выглядящий мужчина предлагает мне на МОЕЙ кухне кофе? У меня вырывается нервный смешок.
– Может, еще с пирожками его предложите? – фыркаю я.
– А вы хотите? – озадаченно говорит мужчина и начинает хлопать шкафчиками. Опять же на МОЕЙ кухне.
Меня раздирает негодование, я стукаю по полу метлой:
– Что вы, к орочьему заду, творите?! – у меня вырывается неприличное для женщины моего социального статуса ругательство.
Хотя какой у меня уже статус? Вдова какого-то оборотня? Ну… можно и ругаться.
Я снова бросаю на мужчину взгляд и еще больше заливаюсь краской. Прислоняю к бровям ладонь как козырек, прикрывая глаза, чтобы не смотреть.
– Ищу муку, яйца и… что там еще для пирожков надо? – заявляет незваный гость.
Я окончательно сдаюсь, осознавая абсурд ситуации.
– Оденьтесь…
– Что? – удивленно спрашивает мужчина.
– Говорю, что мне не пристало видеть обнаженного мужчину, а тем более с ним разговаривать, – продолжая прикрываться рукой, говорю я.
– А, это, – как будто первый раз об этом подумав, спохватывается он. – Хм… Возможно, у вас найдется что-то подходящее? А то при обороте мы теряем одежду, и…
Стоп, что? Я резко перевожу взгляд в угол, где должен был спать песец, а потом забываю о стеснении и во все глаза пялюсь на мужчину:
– Вы же не хотите сказать, что…
– Все правильно, вы мне вчера спасли жизнь.
Все-таки песец…
Глава 13. Должен остаться
Вот это я спасла. Оборотня. А ведь Ник говорил, что вблизи никого нет. И что теперь?
Ну… в первую очередь…
– Я пойду поищу одежду, – опускаю глаза в пол и скрываюсь в спальне.
Захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Голова кругом от таких новостей. Что мне с ним делать? Не могу же я просто так его выгнать? Хотя что мне мешает? Это же мой домик, я живущая в уединении вдова…
Когда я перебирала вещи в домике и раскладывала свои, я натыкалась на пару мужских рубах и брюк. Не знаю, откуда они здесь, но сейчас очень будут кстати. Кидаюсь к шкафу, копаюсь в его недрах.
Через пыхтение и бухтение нахожу одежду, которую старательно засовывала подальше. Хватаю, собираюсь выйти и понимаю, что сама все еще в ночной сорочке.
Ох, стыдно-то как… Мало того, мужчина голый, так я сама стояла перед ним в неподобающем виде. Что бы на это подумал Рэгвальд, если он мое общение с Ником посчитал подозрительным?
Закусываю губу и качаю головой. Амулет тут же начинает реагировать, светиться. Я испуганно прикрываю его рукой. Да, конечно, Ник сказал, что тут, в лесу, меня не найти совсем, но что, если мои мысли как-то притягивают его? Содрогаюсь при воспоминании о том, какая участь меня ждет.
Пока переодеваюсь, заставляю себя думать о том, что мне нужно сейчас же одеть и отправить этого песца восвояси, потом все-таки добраться до ближайшего поселения и просто больше никого не спасать. Отличный план.
Только он разбивается о добродушное выражение лица песца, который уже накрыл на стол, выставив чашечки с кофе и пиалочку с вареньем, которое, похоже, нашел в подвале.
С одной стороны, то, что он вот так по-хозяйски распоряжается в моем доме, подбешивает, а с другой – это так приятно. Не вежливое исполнительное обслуживание в замке, а желание сделать приятно и “от души”.
Это так подкупает, что я решаю отложить разговор о том, чтобы прогнать песца, на потом.
– Вот, – протягиваю я ему одежду и решаю соответствовать своей легенде. – Тут одежда моего покойного мужа. Примерьте, возможно, что-то будет вам впору.
Он забирает и выходит из домика. Фух… Я уже боялась, что он тут решит переодеваться. Сажусь за стол и начинаю задумчиво накручивать прядь на палец.
Нет, оставаться он здесь, конечно, не может. Но рану его мне точно нужно осмотреть и только потом уже требовать, чтобы мужчина покинул мой дом. Если, конечно, моей помощи ему больше не требуется.
А красиво на стол накрыл. Нашел и кофейные чашки, и блюдечки. Салфетки вон даже достал. Так мило.
Входная дверь открывается, на пороге возникает песец, уже одетый. Что рубаха, что штаны ему слегка узковаты, поэтому натягиваются и еще больше подчеркивают тренированное тело.
– Ну, вроде бы ничего, – разводит руками песец. – Теперь, наверное, я могу представиться. Меня зовут Керни, и я теперь в неоплатном долгу перед вами.
Он делает галантный поклон и присаживается рядом за стол.
– Селена Вюрт, – представляюсь я именем, записанным в бумагах. – Вдова. Была бы рада, если бы кто-то помог моему мужу, как я помогла вам вчера.
Оборотень кратко хмурится.
– Сочувствую вашему горю.
Мы приступаем к завтраку. Сначала разговор не клеится, а потом как-то переходит в русло простых и банальных вещей, таких, как любимая погода, детские шалости и ежедневные дела.
После завтрака я осматриваю рану уже на человеческом теле. Благодаря хорошей регенерации оборотней, ее края уже схватились, но в одном месте все же есть нагноение. Промываю, обрабатываю.
Керни терпит молча, сжав челюсти. Но вывод у меня остается неутешительный: он какое-то время поживет со мной.