Вместе. Синдром Керчепина (СИ)
Наработки наших ученых хранились в строжайшей тайне. Ди-бойцы стали нашим преимуществом в войне и положили ей конец, принеся Дель-Эксину победу. Через десятилетие другие страны также заявили о существовании у них менталистов, однако их способности уступают тем, что демонстрируют наши граждане.
Изучение дара менталистов идет до сих пор, этим занимаются ди-психологи. Открыты четыре уровня. Одаренный с первым уровнем способен читать мысли, второго уровня — и читать, и внушать их, третьего — читать, внушать, полностью погружать человека в заданное состояние, воссоздающее те или иные картины, впечатления, провоцировать так называемый синдром Керчепина, а также контролировать мысленное усилие и безусловные рефлексы: дыхание, глотание, сердцебиение и множество других. Четвертый уровень на данный момент считается высшим. Информация о нем засекречена. Чтобы узнать больше, предъявите код допуска своему куратору», — голос бота стих.
Одну за другой я отсматривала картинки, спроецированые на голоэкране: кадры хроники, лица героев и убийц, коридоры и стены лабораторий, военные, элементы ДНК менталистов, отчеты с экспериментов… Все это я уже видела, подробно изучила несколько подтем… Особенно почему-то поразил тот самый синдром Керчепина. Иногда думалось, что, может быть, дар ди тут ни при чем…
Открыли этот синдром лет тридцать назад, когда полным ходом шло изучение способностей ди-бойцов. Керчепин, герой фронта, альтернативщик с даром телекинеза, выступил добровольцем. Объект А, как значился в документах оказывающий воздействие одаренный, внушил, что испытуемый находится в северных землях, ему холодно и никак невозможно согреться. Между тем, во время эксперимента Керчепина буквально сжигали. Человек горел, но трясся в ознобе, абсолютно уверенный, что близок к обморожению и гибели из-за превращения в сосульку… Он вроде выжил… Но может, и нет. Информацию, утверждавшую, что несчастного наградили и внесли на ту самую известную доску почета, чествуя до конца дней, я ставила под сомнение: хронику просто подчистили для красоты и патриотического воспитания, как выбелили многие моменты истории и трех войн.
Керчепин умирал и верил в то, чего на самом деле нет. Его обманывали, он знал это, но… верил все равно. Почему? Потому что желание всегда побеждает разум, потому что «хочется» всегда выше, чем «есть». Потому что выдумка притягательнее, красивее и лучше реальности. А значит, дар ди просто-напросто давит на эту точку, пользуется ею. Умелому психологу, манипулятору и вовсе не надо быть менталистом, достаточно понять, как велика пропасть между «являюсь» и «хочу» и выстроить иллюзорный мост.
Сместив снимок живого Керчепина вправо, я открыла очередной тест по теме. Для прохождения уровня мне осталось справиться еще с двадцатью пятью модулями и девятью блоками.
Глава 2
— Дуэль завтра, — рассказала в столовой Вирона. Кроме меня, остальные, казалось, были в курсе, потому что ни один из парней не оторвался от планшета или сирса. — Противник — группа М-135. Объяснять не надо, кто это?
— Группа Тэппа? — кусок белкового суфле, которое здесь было принято давать на завтрак, застрял в горле.
Девушка кивнула.
— Я за предыдущие дуэли накопила почти двести сорок баллов, толку почти никакого от них, еще и потеряю все, если не выстою! — она, простонав, закрыла ладонями лицо, оперлась локтями о стол, из неаккуратно собранной прически выпали две рыжие пряди.
— У меня их ноль, а рейтинг пока шесть и восемь, я просто вылечу, — я обхватила кружку, пальцы до того похолодели, что я не чувствовала тепло, исходившее от нее.
— Шансы два к одному, — пробасил Водяной, закончивший переписку по сирсу и решивший вмешаться в наш диалог. — Спастись можно и за счет баллов по практикумам. У кого как с ними?
Выяснилось, что проигранная дуэль откатит всех однокурсников назад, учебные взыскания грозят всем, и только одной мне светит исключение, ибо на моем счету ноль баллов за дуэли (я просто не успела поучаствовать хотя бы в одной) и мизерное количество — за практикумы.
В тот миг я пожалела, что не давала дару хотя бы частичную свободу… Задачи казались столь легкими, что унизительным было их выполнять: это будто создать одну каплю, тогда как ты играючи можешь заполнить водой всю комнату, притянув стихию с носителей во всей уне.
Тратить силу на бредовые акваобъекты не в моих правилах.
Что ж, теперь лучше не скрывать, что мне по зубам и задания второго уровня, «Пикса три» не мои прежние интернаты, где по головке гладили просто за проявленную крупицу дара.
— А тему, кстати, кто-то знает? — поинтересовался Головастик, доедая суфле за ненавидящим блюдо Тим-Беком. — Если что-то близкое к нам, мы с большой вероятностью утрем им нос.
Вирона, горько выдохнув, покачала головой:
— Я взломала инфопапку. Тема свободная. Это означает…
— Виртуальный бой: все накопленные за учебу баллы пустят на экипировку и силу, — пояснил для меня погрустневший Головастик.
— То есть я выйду с голыми руками? — Я мрачно уставилась в свою кружку с черным сладким и противным чаем, от малейшего глотка которого меня всегда передергивало. — Зашибись перспективки.
— Ты сможешь взять баллы у другого участника команды… Если он отдаст их тебе тем или иным способом, конечно, — Водяной с долей ехидства смотрел на меня. — Не вешай нос, Заря. Я знал чувака, попавшего в худшую переделку.
— Да. Ты рассказывал. В тот момент ты проталкивал ему в глотку водяной пузырь.
Одногруппники нестройно засмеялись. Вскоре должен был прозвучать сигнал окончания перерыва, поэтому каждый поспешил закончить завтрак. Ни один из них ни в тот момент, ни позже не пожелал поделиться со мной хотя бы одним баллом. Я этого и не ждала: в «Пикса три» каждый сам за себя. Это негласное правило.
****
Стального цвета дракон парил в небе на высоте около пятидесяти метров над землей. Я убедилась в этом, выглянув из-за остатков дерева, стоявшего на краю леса. Несколько минут назад зверюга превратила его в пепелище, черные остовы растительности, напоминавшие обгоревшие и сломанные спички, теперь лишали возможности обрести надежное укрытие и выработать какой-то план.
… С начала испытания прошло где-то четверть часа. Первый этап вирта — болотистая местность. Некоторое время мы прятались за куцым кустарником, высматривая противника. Он был где-то, мы нервничали, гадая, как близко, но никого так и не увидели. Наконец сошлись во мнении, что менталисты выбрали самый логичный вариант и ждут нас в точке Б, конечной цели, путь к которой указывал навигатор в наших сирсах. На самом деле небольшое расстояние, где-то три с половиной километра.
Перед нами не стояла задача уничтожить, а только достичь этой точки, тем или иным путем. То есть задание на ловкость, выносливость, умение принимать нестандартные решения и просто выжить в заведомо проигрышной ситуации.
В итоге мы тронулись. В болоте из-за собственной поспешности «погиб» Тим-Бек. Его стремительно начало засасывать. Водяной стал сыпать советами, как замедлить процесс, Вирона искала какую-нибудь ветку, прочный стебель, которые могли бы помочь, но однокурсник не желал никого слушать, а когда в воздухе перед ним появилась веревка, даже не сообразил, что это очевидная ловушка, ухватился за нее. Заработанные им баллы ушли противнику, а самого Тим-Бека выкинуло из вирта.
— Спокойно, други, от его «смерти» мы ничего не теряем, — равнодушно констатировал глава группы Мореслав.
— Слушайте, зачет не командный, поэтому предлагаю рассеяться. Так больше шансов пройти, — предложила Вирона, после минутного анализа ситуации.
— Согласен.
— Согласен, — почти одновременно произнесли Головастик и Водяной.
Именно так мы и разошлись. Каждый в свою сторону, чтобы проделать путь из разных точек.
Болотистая местность сменилась пустырем, его пересекали полосы хилого и пожухлого кустарника. Кругом были змеи и крупные членистоногие, похожие на скорпионов, они шустро выползали из трещин, которыми изобиловала здешняя земля, маскировались в траве.