Разведёнка с прицепом (СИ)

— Да погоди ты! — остановила Катерина, намереваясь убить сразу двух зайцев: и вопрос задать, и смотрины устроить. — Сейчас вон у Мишки спросим, может, видел.
Маша задержалась, ожидая, когда подъедет машина, а Катерина принялась махать руками, призывая остановиться.
Автомобиль затормозил, и Катерина с интересом рассматривала через лобовое стекло женщину, сидящую на переднем сидении. Была она не то, чтобы красавицей. Так, обычная, ради таких за сто километров не ездят. И чего Мишка только нашёл в доморощенной сероглазой девице этакого?
— Привет, сосед, — крикнула зычно и захохотала, похлолпывая по крыше Жигулей. — Как жизнь молодая? Честным пирком да за свадебку?
Маша осматривалась по сторонам, раздумывая, не уйти ли отсюда, пока Катерина удовлетворяла своё любопытство. Михаил улыбался и пожимал плечами, кажется, подобные вопросы его смущали. Девушка закатила глаза и покачала головой.
— Извините, — вмешалась Маша, понимая, что Катерина уже про неё забыла, — вы Дмитрия на мотоцикле не видели с мальчиком?
Михаил перевёл взгляд на говорящую, пытаясь понять, кто перед ним, и про какого Дмитрия речь.
— Да хмырь этот, — указала Катерина на дом Дмитрия, — обманом мальчишку соседки новой забрал и в лес уехал.
Михаил округлил глаза.
— Ничего себе у вас новости!
— А там сам понимаешь, что быть может, — продолжила жути нагонять. — Я ж говорила: мутный тип.
— Да нет, я сама разрешила, — покачала головой Маша. — Не видели?
— Нет, — пожал плечами водитель.
— Я пойду, они, наверное, дома уже.
Маша, не дожидаясь ответа Катерины, бросилась бежать в сторону дома, где её действительно ждал мотоцикл с пассажирами. Дмитрий сидел на земле рядом с мальчишкой, играя в камень-ножницы-бумага, и Маша счастливо выдохнула. В руках Антошки было зажато эскимо, которое он с удовольствием откусывал мелкими порциями.
Дмитрий бросил на неё взгляд, понимая, что она возвращается со стороны его дома. То, что Маши нет около магазина, он знал. Решил проехаться по нескольким улицам, а потом вспомнил, что не купил домой сахар. Потому и заехал взять. А мальчишке на мороженое перепало.
— Испугалась? — понял, поднимаясь с земли, и какая-то горечь была в его словах. — Ну ладно, поеду.
— Дмитрий, — Маше было неловко. — Да я просто думала, вы сломались где-то.
И тут позади послышалось.
— Ну что, вернулся? — голос Катерины разрезал воздух. — Участкового на тебя нет. Куда мальца деть хотел, признавайся? Маньяк.
Дмитрий бросил грустный взгляд на Машу, которая покраснела ещё больше. Ей добро, а она вон какой монетой платит. Ясно, Катерина могла только от неё узнать, что случилось. Но и её понять можно. Она мать!
— Спасибо, мы разобрались, — обратилась к ней, стараясь успокоить соседку, но та уже разошлась.
— У нас деревня приличная. Маньяков отродясь не водилось! А тут нате вам.
Дмитрий подошёл к мотоциклу, усаживаясь на него.
— Эх, Катерина, пересмотрела ты новостей. Если тебе в каждом мужике будут маньяки мерещиться, ничего хорошего.
— Дмитрий, — Маша обратила на себя внимание. — Спасибо за всё. И вот за мороженое, давайте, я вам деньги отдам, — тут же полезла она в сумку, резко доставая кошелёк, и несколько купюр выскользнули под ноги. Подхваченные ветром, две из них улетели в сторону, и Катерина наступила на одну из бумажек, не в силах ступить дальше шага.
Маша сконфуженно бросилась поднимать деньги, кляня себя, что всё выходит так нелепо.
— Подождите, — просила Дмитрия, но он уже застёгивал шлем.
— Это не для тебя, это для Антона. Для мальчишки, который ничего не боится.
Он попрощался с ребёнком и посигналил, смотря как чумазый Антошка машет в ответ, а потом уехал.
— Ты с ним поосторожней, — напутствовала Катерина, смотря на соседку, и как только Маша повернулась спиной, тут же подняла оранжевую купюру, быстро сунув её в карман. Да у этих городских денег завались. Вон, сорят направо и налево. Если такое в сумках носит, значит, не последнее. Иначе зачем по деревне шастать?
Конечно, здесь только и признавали, что наличку, но ни у кого отродясь столько много сразу с собой не было. Если только зарплату выдадут, и тает на глазах, как весенний снег. Вроде утром был, а к обеду один асфальт остался.
 
— Ну ладно, пойду, — первой попрощалась Катерина, убегая в дом. Неплохой выдался день. И невесту Мишки первая увидала, и заработала. И только сейчас она вспомнила, что на плите макароны варились. Бросившись в дом, она нашла горелую кастрюлю с прилипшими макаронами и в сердцах сплюнула.
— Ну вот, теперь кастрюлю покупать придётся.
Вытащила из кармана пятитысячную, понимая, что компенсация теперь положена по существу. И никакое это не воровство.
Маша открыла дом, впуская сына и помогая ему разуться. Ходить здесь босиком пока не хотелось, а в уличной обуви по дому тоже не с руки. Потому они переобулись в тапочки и оказались на кухне.
— Тебе понравилось кататься? — поинтересовалась она у Антошки.
— Он даже дал порулить, — округлил тот глаза радостно. — Представляешь!
— Представляю, — вздохнула Маша, понимая, что человека обидела. Она выбросила в мусорное ведро обертку от мороженого и предложила.
— А давай мы дяде Диме пирог испечём, — но посмотрев на печку, поняла, что не скоро она печь вообще что-то будет. Да и готовить. Потому они снова пошли в магазин, купили там печенья, больше ничего не было, и направились к Дмитрию.
— А мы вот с гостинцем, — подтолкнула Антошку для вручения подарка. — Ты не подумай, я умею быть благодарной.
— Да нормально всё, — Дмитрий вытер лоб рукой и растёр грязь по лицу.
— У тебя тут испачкано, — показала на себе Маша, и он отмахнулся.
— Потом вытру. А с соседкой своей поосторожней, сама видишь, какая она.
— Да уж, какая есть, — согласно кивнула Маша. — Слушай, может знаешь, где баллон купить газовый для плиты? А то и готовить на чём не знаю.
— А печка есть?
— Есть, да я не пользовалась ни разу.
— Значит, дров тоже нет, — кивнул Дмитрий, понимая, что Маша к жизни в деревне не приспособлена. — Ладно, покажу, что делать на первое время, а там и про баллон узнаю.
Мимо дома Катерины прошла делегация: Маша, Антошка и хмырь с дровами на тачке. Она даже дар речи потеряла, когда такое увидела.
— Перезвоню, — сказала подружке, с которой любила часами кости перемывать, и настроила локаторы.
  
Глава 11
 
Дмитрий оказался человеком хозяйственным. Он прочистил печку, рассказал, как ей пользоваться, и у Маши поднялось настроение. Быт понемногу налаживался. Худо-бедно так и жить станут. Можно было бы купить и чайник электрический, и плиту новую, только так тратиться Маша не собиралась, кто знает. Может, сейчас в карманах густо, а завтра пусто. Да и не давали ей покоя серьги. Перепрятала она и деньги, и драгоценность, а всё равно душа была не на месте, словно чужое без спроса взяла.
Вскипятили воду, сели чай пить, и разговорились. Маша без прикрас рассказала про их с Антошкой жизнь. Без эмоций, к чему оно человеку? А Дмитрий в свою очередь разговорился и про себя поведал.
— Дом этот другу принадлежит, дед у него тут жил. Олег часто вспоминал о деревне как-то с тихой грустью, будто здесь воздух такой, что на хлеб намазывать можно, — усмехнулся, отпивая горячий напиток. — А мне как раз то и надо было.
Отчего-то он замолчал и задумался, стоит ли говорить дальше или некоторые моменты упустить, и продолжил.
— Время у меня такое сложилось, что надо было уехать. И Олег это место предложил, а мне, признаться, просто сбежать из города требовалось. Приехал. Место и впрямь такое, что время останавливается, кажется. К работе приучен, с домом знаю, как совладать. Только местные очень любопытные, конечно, а разговоры мне вести с ними не хотелось. Не для того я из дома своего уехал, чтобы здесь людям душу наизнанку выворачивать. Потому решил ни с кем особо и не говорить.