Голос гнева (СИ)
— Ника, сейчас ты лучшая охотница. И ты могла бы получить почет и уважение.
— А смысл? — она начала раздражаться. — Ради чего?
— Хотя бы ради того, чтобы вернуть Паралию, — в разговор вмешался Таврион. — Ника, охотники единственные, у кого есть доступ к оружию, пусть и ограниченный, и разрешение выходить из города.
— Я не могу! — Ника сжала кулаки. — Не умею я! Понимаете? Мне не дано! Я с трудом отличаю шутку от серьезных слов, чужую злость от чужого страха. Не могу я!
Нерей и Таврион переглянулись.
— Извини.
— Прости, — прозвучало синхронно.
Они впрягли лошадь, меланхолично дожевывающую украдкой урванную траву, и зашагали по направлению к городу. Здесь лес был редкий, торчащие корни попадались нечасто, и совсем неподалеку вилась утоптанная широкая дорога, по которой отправлялись торговые обозы в порт Паради и обратно.
— Тебе нужно найти другое место для тренировок, — Нерей вел лошадь под уздцы, внимательно глядя под ноги. — Здесь опасно, патрули ходят часто. Ты помнишь, где вход в то помещение, о котором рассказала?
— Да.
— Как тебе идея, что мы вместе пойдем на барсов? — внезапно спросил он, оглядываясь через плечо.
— Вместе?
— Ника, тебе и брату нужны союзники. Ты это понимаешь? — мягко заговорил Нерей. — Конечно, понимаешь. Просто не знаешь, кого брать, по каким критериям. Надеялась на брата?
Ника угрюмо кивнула, следя за колесами телеги, чтобы они не наехали на корень или камень.
— Мы уже в курсе. И я устал так жить, я готов рискнуть.
— Я тоже, — быстро добавил Таврион. — Ника, ты нас знаешь. Лучше кандидатов не найти. Эвр, скорее всего, все равно спросил бы тебя, каких охотников ты бы выбрала, кто вызывает доверие.
Ника тяжело вздохнула и принялась наматывать прядь на палец.
— Вы правы, — с трудом призналась она. — Если мы пойдем втроем, то принесем больше добычи, и у нас будет причина для задержки. Мы сможем больше потренироваться, не опасаясь раскрытия.
— Именно! — радостно подытожил Таврион. — Значит так, если что, ты охотилась с нами и очень нам помогла. Не стоит привлекать внимание немотивированными отлучками.
— Они все равно никого не запоминают.
— Нас знают, — возразил Нерей. — За лучшими охотниками наблюдают. Мало ли.
— Нерей, ты же говорил, Афина опасна. Или ты не планируешь ее использовать?
— Опасна. Но также и многообещающа, этого не отнять.
Ника вздохнула, окончательно сдаваясь.
— Как вы охотились в этот раз? Волчья яма и загонщик?
— Было сложно. Бизоны уже начали менять шерсть, так что шкура стала еще толще, — Таврион поморщился. — Я загонял, но волчью яму пришлось копать глубже и шире, чтобы поставить не просто колья, а копья.
— Шкуры мы попортили, но все-таки везем, — Нерей кивнул. — Но еще добивать пришлось. Больше в этом году на бизонов ходить бессмысленно, они, конечно, стали медленнее, но и без того почти неуязвимые были, а сейчас…
Ника кивнула. Она понимала: летняя, короткая шерсть бизонов пробивалась арбалетными болтами, хоть и только вблизи. Зимняя же длинная шерсть пробивалась и кольями-то не всегда. А если огромный бизон выбирался из ловушки, да еще и раненный, он становился быстрым и яростным… охотнику не жить.
— Мы двоих завалили, — не выдержав, похвастался Таврион, заслужив по-доброму насмешливый взгляд Нерея.
— Вы молодцы, — Ника с облегчением обнаружила, что проселок закончился, и они вышли к дороге.
— Сколько времени тебе понадобится, чтобы подготовиться к походу, скажем, на неделю-другую? — задумчиво спросил Нерей. — Ты ранена. Хорошо бы, если успело зажить.
— Двух дней хватит, — Ника поморщилась. Отлежаться стоило, но находиться в городе два дня безвылазно совершенно не улыбалось.
— Включая сегодняшний? — хитро спросил Таврион.
— Конечно.
Нерей осуждающе покачал головой, но промолчал.
— Значит, послезавтра на рассвете у северных ворот, — подытожил он.
Компания замолчала, подходя к городу. Мимо на огромных боевых скакунах пару раз проносились патрули — зачем они ходили, никто из технитов не знал. У Ники сложилось впечатление, что учеников-кригеров, самых тугодумных и изуродованных изменением тела, просто старались держать занятыми, чтобы не натворили чего.
Нерей пришел к тому же выводу, и всегда опускал голову вниз, чтобы не пересечься взглядом с агрессивными и сильными бойцами, плохо способными к контролю. Он знал, что прямой взгляд считался признаком агрессии в животном мире.
Охотники зашли в город спустя еще полчаса.
— Надо же, неплохо для таких, как вы, — осклабился один из охранников. Ника привычно сцепила челюсти, чтобы сдержать злые слова.
«Афина проанализирована врага. Физическая сила на 55 % больше Ники, скорость реакции меньше на 15 %, класс — воин, оружие ближнего боя. Снаряжение в плохом состоянии, стоит целиться в корпус».
Ника исподволь глянула на доспех. Кригеры жили войной и драками, они, конечно, ценили кузнецов, но никогда особо не вкладывались в снаряжение. На животе у охранника пластины казались потрепанными, покрытыми царапинами.
«Афина сообщает: железные пластины на корпусе плохо сцеплены с кожей, удар в промежуток сорвет пластину и откроет живот для удара».
Ника чуть не кивнула, забывшись. Охранники закончили со своей сомнительной похвальбой, мельком глянули на хмурую женщину и наконец-то пропустили компанию в город, щедро отрезав пару кусочков мяса каждому охотнику. Саму телегу они повезли в направлении квартала Эвгенис.
Ника и Таврион смотрели им вслед. Через пару часов добытое ими мясо окажется на столах их бывших домов, и кригеры-наставники будут пировать, глядя на возведенные руками их предков сады.
Нерей похлопал Тавриона по плечу и с сочувствием посмотрел на Нику.
— Нам пора. Ника, встретимся на рассвете послезавтра.
Она кивнула и быстро пошла в сторону своего нового дома, не оглядываясь.
***
Эвр наблюдал за плохо организованной работой. Все его коллеги прекрасно осознавали, для чего кригерам столько кораблей, и саботировали, как могли. Теряли чертежи, ломали инструменты и перья, заливали бумагу чернилами.
Редко, конечно. Никто не хотел нарваться на наказание кригеров, у тех было плохо с фантазией, так что единственное наказание, которое они практиковали — смерть. Просто и бескомпромиссно. А ученые блеяли, что это от страха руки дрожат и голова не работает, и им даже врать не приходилось, ведь тряслись при ответах, словно осенний лист на ветру.
Кассандра, бывшая невеста Эвра, отличалась. Она улыбалась, работала споро и эффективно, иногда ненавязчиво сдавала коллег. И Эвр гадал, что она задумала: хитрая, скользкая, как змея, властная молодая женщина никогда просто так не стала бы прислуживать кригерам.
— Кассандра, — на второй день гаданий он подошел. — Приветствую.
— Приветствую, любезный бывший жених, — она ядовито улыбнулась. — Вы долго не находили времени поговорить со мной. Вас отвлекали какие-то очень важные дела?
Эвр закатил глаза.
— Кассандра, брось, — он чуть наклонился к ней, мягко подхватывая ее руку с успевшей загрубеть кожей и прошептал. — Нам нужно будет поговорить.
Кассандра чуть сморщилась, а потом, отбросив притворство, впилась немигающим взглядом в лицо Эвра. Спустя долгие полминуты отрывисто кивнула.
— Приходи сегодня вечером в гости, — бросила она, отворачиваясь. Эвр отпустил ее руку, напоследок добавив:
— Спасибо.
От простой благодарности Кассандра почему-то вздрогнула и поспешила вернуться в цех, на который ее поставили начальницей. На долю секунды парень посочувствовал мастерам, изготавливающим механизмы для упрочения обшивки кораблей и дальнебойных баллист.
Эвр же вернулся к своим коллегам.
— Нам нужно работать, — прочистив горло, громко заговорил он. Прямо в помещении постоянно стояли охранники, причем подобранные самим Наарбаком, а значит, умные и внимательные кригеры второго статуса — самостоятельные воины, способные менять только свои тела, а потому не участвующие в принятии решений.