40к способов подохнуть. Том 4 (СИ)

— Думаешь успеешь убить себя раньше, чем я выхвачу свой болт пистолет и отстрелю тебе кисть? — ухмыльнулся Лев, как вдруг резко повернул голову и увидел бегущих к нам Щитов Терры.
— Тюхе! — среди них оказался и Троян, который нарушил приказ и вместо занятия выгодных позиций просто добрался до меня. — Живой! И Щит Терры…
— Троян! Отойди от него! — сорвав с себя шлем с неработающим воксом закричал полумёртвый и бледный как труп Андрос. — Он продал душу Тёмным Богам! Он украл нашу святыню!
— И помог завалить демон-принца! Как и в целом ты сам сказал, что тебя он тоже спас! И других братьев! Голову мне не дури! — рявкнул Троян, подходя в упор и тоже снимая шлем. — Победа! Сам лорд-инквизитор Габриэль спустился с небес и в одиночку завалил того крылатого! Ещё и примарх прибыл! Шелест теперь точно спасён!
— Троян, — прошипел Андрос, крепко сжимая наведённый на мою спину плазменный пистолет. — Отойди от него. Тюхе, если я ещё говорю со своим братом, то брось оружие и сдайся.
— Тюхе, да? — оскалился Лев, прекрасно считывая все мои чувства с моего лица или может сразу с души. — Как всё интересно оборачивается…
Теперь плазменную гранату я взорвать не мог. Троян был слишком близко, его заденет и убьёт. Но при этом Лев всё же не был уверен, что успеет меня обезвредить, ведь расстояние между нами внушительное, так ещё и Троян мог сделать всё что угодно. И под болт бросится со своим щитом, чтобы прикрыть меня. А там я кувырком уйду в сторону и спокойно подорву себя или сдохну от выстрела Андроса, который живым меня брать кажется всё же не хотел, судя по его взгляду. Считал что это слишком опасно, особенно после всего случившегося.
— Тюхе, не переживай. Андрос хоть и на эмоциях, но… тебя мы не выдадим. Всё будет хорошо, — успокаивал меня Троян, выходя чуть вперёд, перед Тёмными Ангелами. — Даже если ты там что-то с демонами устроил, то разберёмся. Себя же ты контролируешь? Значит всё хорошо. И нас ты не предавал. Бляха, не молчи уже, Тюхе, скажи хоть что-нибудь!
 Глава 140 
Лев Эль Джонсон казалось бы замер и даже перестал дышать. Он впал в состояние ещё большей концентрации, чем даже при сражении с демон-принцем Кхорна. Мозг его лихорадочно работал и одновременно анализировал сразу сотни событий, что случились как совсем недавно, так и буквально более десяти тысяч лет назад.
Тюхе не было слишком распространённым именем, как и в целом у Льва с этим именем было связано одно крайне неприятное событие. Множество ошибок совершил примарх Тёмных Ангелов, большинство из них уже никогда нельзя будет избавить. Конфликт с одиннадцатым легионом был одной из таких ошибок, но понимание такой очевидной вещи пришло слишком позже… возможно послушай он своего брата Мойрана, то и трагедии Калибана удалось бы избежать.
Так или иначе рефлексией Лев заниматься не собирался. Он уже прошёл через этот этап, осознал всю слабость и сделал выводы. Плакаться или извиняться перед кем-то он также не собирался. Даже если вдруг Мойран встанет тут перед ним, то Лев ничего не скажет из-за своей гордыни, которая не уменьшилась. Он сделал выводы, второй раз такого не допустит, но чтобы извиниться… нет, примарх в целом считал извинения какой-то ошибкой Человечества. И инструментом, который используют те, кто изначально планирует навредить кому-то, зная что потом просто попросит прощение.
Лев же в прощении не нуждался. Хорошие поступки не перекроют плохие, а плохие — хороших. Ему жить с этим грузом до конца и ничего, и никогда не поменяется. Единственное, что его волновало в этот момент — угроза, которую представляла неизвестная переменная. Во мне он уже прекрасно чувствовал силу Тзинча, также в голове всплывал его разговор с Отцом, кроме того взгляд… это были другие глаза другого человека, но искра в них была той же, как в тот день, когда пролилась первая братская кровь.
Я же не отводил взгляда от Льва, понимая что в любой момент он может попытаться меня обезвредить. Резкие движения тоже опасно было делать, ведь Тёмные Ангелы всё ещё не были теми, кто остановится перед убийством союзников, дабы спасти Империум. И судя по тому, что я видел во взгляде Льва… Бог-Император либо пока что не сказал своему сыну о всём своём плане из-за чего не было понимания, либо этот план Льву не понравился и он не собирался ему следовать.
 
Тем временем к нам уже начали подходить отдельные подразделения прибывших имперских сил. Габриэль лично ещё не появился, но можно было видеть отдельных инквизиторов и магистров многочисленных орденов. Всех их больше интересовала вовсе не моя персона, а вдруг невесть откуда-то взявшийся примарх Тёмных Ангелов, чей легион был покрыт мраком тайны.
Отдельные ордена присутствующих здесь Тёмных Ангелов подозревались в преступлениях против Человечества, другие уже не подозревались, а прямо были пойманы с поличным и обвинены в предательстве. Другие могли быть как просто участниками варп-банд, так и излишне ревнительными охотниками на своих братьев. Как и сам Лев… где он был всё это время?
Обиды никто на Льва не затаил, по крайне мере среди этих прибывших сил. Но вопросы имелись у каждого и Лев понимал, что ответить всем и каждому не сможет. Сам факт присутствия здесь Тёмных Ангелов сулил конфликт и начало гражданского конфликта. Отвечать же за свои поступки перед простыми смертными Лев также не собирался: у них не было права его судить, хоть они считали и иначе.
* * *
— Вижу цель, — произнёс по воксу инквизитор Герос, вставая на руинах шпиля.
— Это он? — спросил Габриэль, который пока что позволял лучшим сёстрам из орденов Госпитальер проверять его физическое и ментальное состояние.
В эту битву лорд-инквизитор вопреки всем советам лучших стратегосов ринулся первым. Фактически на острие первой волны атаки шёл Габриэль и пока ещё орбитальные капсулы барж космодесанта только устремились к земле, он вступил в бой с демон-принцем Тзинча. Едва авиация пригвоздила демона к земле, как со своим молотом избранник Императора бросил ему вызов.
И сейчас лучшие аналитики ещё собирали информацию касательно того, чему союзные силы удивились сильнее. Невероятной уверенности и храбрости Габриэля или же тому, что он в конечном итоге ещё до прибытия двух магистров орденов космодесанта смог поставить демон-принца на колени пользуясь лишь поддержкой своей свиты и ещё нескольких малоизвестных личностей вроде Героса.
— Сходство девяносто девять процентов, — отвечал Герос, внимательно анализируя каждый элемент, что мог находиться как в варпе, так в самой атмосфере Шелеста. — На нём метка Тзинча, в него впился взглядом Лев Эль Джонсон, его предательство уже вскрылось.
— Вероятность успешного исхода?
— Ноль процентов. Абсолютно невозможно.
— Могущественный Император, ниспошли свой чудодейственный свет, — произнёс Габриэль и загудели сервоприводы его силовой брони, а взгляд его уже начал разрезать пространство вокруг избранника Тзинча и примарха Тёмных Ангелов. — И да выведет он меня из Тьмы…
С молитвой на устах Габриэль поднимался на край руин шпиля, броня его сияла светом Бога-Императора и одного его слова было достаточно, чтобы каждый из участников Его Крестового Похода за Цикатрикс Маледиктум тут же бросился в битву даже против вернувшегося примарха. Грохот его шагов уже слышал каждый, в то время как лучшие отделения и свита лорда-инквизитора пришли в движение.
— Дай мне сил исполнить свой долг и истреби тех, кто ищет, как помешать мне, — закончив краткую литанию, Габриэль встал на краю и после отдал по воксу приказ: — Захватить потенциальных предателей. Примарха и покрытого хрусталём космодесантника надо взять живыми. Всех кто попробует помешать — разрешаю уничтожить.
Вероятность успеха была оценена Геросом в ноль процентов. И Габриэль знал, что его друг, коллега и верный союзник никогда раньше не ошибался. Однако даже полное убеждение в невозможности выполнения задания не могло остановить Габриэля. Бог-Император указал ему цель, дал ему сил и продолжал вести лишь по одному из всевозможных путей. И Габриэль будет идти, даже если это будет невозможно.