40к способов подохнуть. Том 4 (СИ)
А кто ещё был настолько же гуманен и ценил и уважал людей? Вообще таких легионов было аж целых три, но в первую очередь на ум приходят конечно же Саламандры. Но негров среди скаутов я не видел, но и в жёлтый же мы не красили броню. Она у нас вон, стального цвета в чёрных и серых цветах, за исключением регалий и всяких мелких деталей. А кто ещё красился в чёрный? Правильно, много кто, включая Гвардию Ворона. А ещё нас учили терпению и несгибаемости, прямо как кого? Как Железных Воинов. Поэтому ну его нахрен пытаться пальцем в небо тыкать и гадать.
Это абсолютно неважно, в отличие от того, что я боковым зрением заметил в толпе странное движение. Сразу же активировал вокс и передал информацию своим братьям, после чего мгновенно снял с плеча вторую марксманскую винтовку и положив левую руку на право плечо согнув её в треугольник и использовав этот треугольник для упора сделал быстрый выстрел навскидку. И попал, ведь тренировки даром не проходили и тело своё я ощущал идеально, ствол не водило в сторону, а спуск был максимально плавным.
Толпа на мгновение замолкла, несколько людей застыли в шоке, ощупывая свои лица, покрывшие какой-то густой бурой жижей… А затем все снова закричали и засмеялись, тыкая пальцами в рассерженных бедолагах, которых задело краской. В свою очередь один из скаутов, который должен был выполнить свою задачу, вероятно диверсию, был выведен мной из строя. Разумеется не с помощью летального боеприпаса.
У нас это было частью тренировок, а также способом совершенствовать собственную оборону. Братья космодесантники проникали и защищали крепость-монастырь, а мы соревновались друг с другом практически постоянно, даже во время тренировок. Никто и никогда не знал, какую задачу поставил капитан перед тем или иным товарищем. И поэтому мы были всегда начеку.
А кто ещё так делал? Правильно, опять же Гвардия Ворона, Повелители Ночи, Альфа-Легион и кустодианцы, а ещё в принципе можно добавить и Тёмных Ангелов. В общем, это всё к тому, что космодесантник, любой космодесантник, это крайне универсальная и очень способная боевая единица. Она превосходно проявляет себя в атаке, в защите, в диверсиях и в лобовых штурмах — в любых задачах связанных с войной.
Потому что это космодесантник, это астартес, это воплощение решительной войны. И хоть все легионы и ордена были с особенностями, но чтобы эти особенности научиться отличать, где начиналась эта самая типичная оборона обычного астартес и более эффективная оборона преторианца Терры, надо было либо посражаться бок о бок с легионом и наглядно сравнить, либо и вовсе в шкуре каждого пожить.
И ни я, ни уж тем более Троян не могли точно сказать чьи мы сыны. Это должен был сказать наш капитан, наш магистр, но и они утратили эти знания, которые стали безвозвратной потерей. И поэтому как правильно говорил наш капитан, мы были сынами самого лучшего примарха, а те для кого этот вопрос являлся принципиально важным… они решали для себя сами, как правило молча, чтобы не появлялось причин для спора. Просто я с Трояном был близок и мог так вот поговорить, но публично такие темы не затрагивались.
— Отлично сработано, вот бы всё также легко было и в реальном бою! — усмехнулся Троян, который тоже заметил ещё одну цель, после моего сигнала и тоже сделал выстрел, но по скауту на крыше.
Ещё троих мы обнаружить не успели, несмотря на бахвальство Трояна. Однако обучение шло и шло хорошо, органы мои также приживались более чем отлично. Ещё чуть ли не с детства Алора начали модифицировать добавляя новые органы. Все имплантов было аж девятнадцать и к гордости своей наш орден мог заявить, что сохранил знания по их установке.
Да, космодесантники очень отличались от ордена к ордену. Во многом из-за того, что геносемя каждого ордена принадлежало лишь ему самому. Сами же гены эти отличались, методики отличались, ну и некоторые ордена обладали разными наборами этих имплантов.
Так например я был скаутом и уже прошёл большую часть этого пути, находясь на финишной прямой. Начиналось всё с главного набора из трёх имплантов, которые устанавливались в возрасте десяти-двенадцати лет. Речь в первую очередь о втором сердце, что делало кровоток более сильным и помогало переносить низкое содержание кислорода. Так что одним выстрелом космодесантника становилось убить куда сложнее.
А уже благодаря второму импланту, оссмодуле, выделялись гормоны, благодаря которым усиливалось строение скелеты, кости буквально начинали поглощать керамические вещества, добавляемые в пищу. Бископия, третий имплант, в свою очередь тоже выделяла гормоны, но для роста мышц и формировала базу для остальных имплантов. Все три импланта устанавливались как правило одновременно и вот уже через два года после их приживания казалось бы мальчик превращался в гору мышцы с невероятно прочным каркасом из костей. Грудная клетка становилась буквально пуленепробиваемой, потому что она буквально срасталась.
Я же прошёл не только эти три фазы, а большую часть. И импланты первых фаз уже прижились, хорошо работали, да вот только несмотря на всё это в один момент оба моих сердца вдруг пропустили удар, а в глазах моих потемнело. Я припал на колено и окончательно лишился зрения.
Их голоса были повсюду… я слышал их… они шептали мне и от них нельзя было скрыться…
* * *
Третья бонусная глава.
Глава 94
Потоки варпа вонзались меня отравленными копьями и проникали всё глубже в тело. Это не была какая-то отдельная сила, не Слаанеш и не Нургл стремились меня сломить или подчинить. Это сам Хаос, что был больше каждого из Богов, хоть и определялся в то же время им. Хаос неделимый, жестокий и беспощадный, являющийся собирательным образом всего худшего, что было в смертных. Сама суть навсегда изменившегося варпа.
Моя борьба с ним была подобна борьбе со стихией. Столь же сложная и бесчестная Я проигрывал и всё дальше разум падал в бездну, как вдруг во тьме родилась искра. Она начала вести меня и я позволял это делать, уходя всё дальше от безумия. С каждой секундой мне всё лучше становилась слышна мрачная литания, а затем и вовсе мне удалось сделать глубокий жадный вздох.
Сразу же моё тело попыталось вскочить, но я был прикован к столу. Серые каменные стены, подземный холод, полумрак… это точно крепость-монастырь.
— Органы впорядке, — раздался голос апотекария, который стоял у экранов и изучал моё состояние. — Немного досталось каталептическому узлу и органу Ларрамана. Но сейчас внутренних кровотечений более нет. Правда что именно с каталептическим узлом произошло я не знаю…
— Он псайкер, — прервав литанию, произнёс капеллан, который и являлся той самой искрой. — Враг попытался забрать его, вероятно это и повлияло как на каталептический узел, так и на его мозг.
— Если и повлияло, то теперь всё уже в норме, ведь так? — спросил апотекарий и посмотрел на брата-капеллана.
— Так.
И только после этого, убедившись что и варп угрозы нет, были сняты мои оковы. После чего уже я принял сидячее положение и понял как же мне хреново.
— Пей, — апотекарий дал мне трёхлитровую бутылку, консистенцией напоминающая кисель. — Там всё, что нужно твоему огранизму. Если будут проблемы со сном, то сразу возвращайся. Без каталептического узла твои суточные ритмы пойдут под откос, так что при малейшей проблеме — сразу сюда.
— Да, брат-апотекарий, благодарю за помощь, — вежливо и почтительно произнёс, склонив голову в знак уважения к брату-космодесантнику. — Могу я вернуться к обучению?
— Нет, ты пойдёшь со мной, — произнёс капеллан, после чего повёл меня по тёмным коридорам монастыря-крепости, лишь спустя пять минут он решил добавить к этому ещё пару слов: — Ты псайкер, тебе нужно обучение. Библиарий Лахид поможет тебе. Иди.
Капеллан вдруг остановился у казалось бы одной из тысяч таких же дверей, после чего проследил как я вхожу внутрь, а затем дверь за мной закрылась. Это помещение точно было кельей, однако если обычные келье рядовых космодесантников или скаутов были крайне малыми, имели минимум мебели и никакой роскоши, то тут… тут было метров сто квадратных.