Я знаю - ты врёшь! (СИ)
- Кто?
- Ну, Миха твой...
- Как педик, - с отвращением сознался Корольков.
- А поточнее... немного?
- Смазливый манекен голубоватой наружности... И, кстати, любит косить под французика - предпочитает чтобы его Мишелем называли.
Ну и что? Мишель - хорошее имя. А Корольков просто напросто гомофоб.
- В общем, педик.
И довольно грубый.
- Ты же преподаватель и не должен так выражаться!
- Меня никто не слышит, - индифферентно заметил Корольков, небось еще и постную мину скорчил.
- А-а..
- А Пакость не в счет.
- Все равно ты должен быть более лояльным, дабы нести свет и добро в неокрепшие умы подрастающего поколения.
- Слушай, Авелина... Марковна, ты что там куришь? - ласково поинтересовался коллега. И я всерьез собралась обидеться, но в моей спальне что-то брякнуло-бумкнуло и я вспомнила о целе звонка.
- Какого цвета у него глаза? - нервно поинтересовалась я.
- У кого? - судя по голосу, Корольков еще больше укрепился в мысли, что я здесь что-то курю. И вероятней всего, будь я на его месте, решила бы точно также. Но сейчас мне было не до логических умозаключений:
- У педика твоего!!!
- Во-первых, он не мой. Во-вторых, откуда мне знать? Из каких, по-твоему, соображений я должен был разглядывать его глаза? Села на место.
- Э-э... - опешила я, но сообразив, что последняя фраза Королькова относилась не ко мне, продолжила допрос: - Ну, а волосы-то хотя бы какого цвета?
В мобильнике что-то заскрипело - наверно, зубы Королькова.
- Рост средний, тощеватый, волосы светлые, морда смазливая. Что тебе еще надо?
- Ничего. Просто тут пришел какой-то... чинит мой компьютер, а я боюсь... вот и решила проверить.
- Молодец! - прозвучало как "Дура!": - Проверила? А теперь "пока", мне тут еще надо кое-кому руки-ноги выдернуть.
И он отключился, оставив меня наедине с закипевшим чайником. Господи, вот так столкнешься с настоящим маньяком, а никто и не поверит...
Кофе так и не нашелся. Ну и ладно.
Достав с полочки веселенькие кружки с Винни-Пухом и Тигрулей, бросила в них по чайному пакетику и залила кипятком. Придумал тоже - кофе с коньяком... Пусть довольствуется тем, что есть.
- Я кончил, - раздалось у меня за спиной, заставив нервно дернуться.
- Рада за тебя, - пробурчала я себе под нос, хватая тряпку, чтобы вытереть со стола чайную лужицу. - Грамотей...
- Что?
- Очень рада, говорю, - бросила тряпку в раковину и, наконец, посмотрела на компьютерщика. Действительно, рост средний, тощеватый, волосы светлые, морда смазливая. Значит, все таки он.
Чувствуя как на душе теплеет, а настроение поднимается, я выгребла на стол все имеющиеся в доме печеньки-конфетки, и кивком пригласила Михаила, то есть Мишеля за стол.
- Ну, и как? Работает?
- Вообще, я бы этот хлам на помойку уже вынес. Но, да, пока работает.
- Спасибо, - искренне поблагодарила я, соображая сколько должна ему за работу - что-то Корольков про это ничего не сказал.
- На здоровье, - кивнул Мишель и хлебнул чай из кружки. А ведь я ему разбавлять не стала - мало ли человек горяченькое любит.
Оказалось не любит.
- Аф... аа..аа.. - зашипел этот несчастный.
Пришлось мне вновь вскакивать и бежать за тряпкой.
- Господи, прости, прости, - металась я между столом и Мишелем, пытаясь сообразить кому из них больше нужна помощь.
- Причем здесь Господи? У меня прощения попросить не хочешь? - простонал этот тип, жмурясь.
- Прости, Миша... - послушно произнесла я, пытаясь отмахнуться от угрызений совести. И смиренно добавила: - Можно я буду звать тебя Мишей?
- Нельзя! - Мишель ладонями вытер выступившие на глазах слезы.
- Михаилом? - не раскрывать же, что Корольков все мне про него разболтал.
- Нет! И вообще, - он обиженно глянул на расположившиеся над кухонным столом большие прямоугольные часы, которые равнодушно показывали начало восьмого, - мне уже пора.
Сердито пыхтя, явно с целью разбудить мою и так недремлющую совесть, компьютерщик направился в прихожую. Также пыхтя обулся, натянул куртку, взялся за дверную ручку... и я испугалась, что вот он сейчас уйдет, а я даже не заплатила ему и вообще, он мою развалюшку починил, а я его получается обидела.
- Подожди, а как же деньги?
- Ах, да.
Я с готовностью уставилась на Мишеля, ожидая когда он озвучит тариф, но тот сунул руку в карман и, достав несколько сотенных купюр, сунул обалдевшей мне в руки.
- Вот. Но я разочарован.
И ушел, оставив меня офигивать в одиночестве.
И как это понимать? И в каком смысле разочарован?
Бежать я за ним, конечно, не стала - деньги верну через Королькова, заодно пусть он и разбирается, чем этот ненормальный недоволен остался.
Кое-как приглушив стенания совести, села за стол и выпила две чашки чая. С конфетами. Но на душе все равно было неуютно... словно что-то не так сделала, упустила что-то.
Убрав со стола, послонялась по квартире - три раза проверив заперла ли дверь, и в конце концов, приземлилась возле компа. Тот послушно загрузился с первого раза и уставился на меня неестественного синими глазами, расположившегося на экране волка.
Бабушке что ли позвонить? Не так и поздно еще - начало десятого только.
Вздохнув, подтянула к себе мобильник, но тот, испугавшись насилия с моей стороны, зазвонил сам. И вот уж кого я не ожидала услышать сегодня, так это Егора - думала братишка двоюродный где-нибудь развлекается с такими же подрастающими оболтусами, как он сам.
- Ты жива? - вместо приветствия поинтересовался Егор.
- А у тебя есть основания думать иначе? - уточнила я.
- Ворчишь, значит жива, - хмыкнул мелкий.
- Я не ворчу.
- Ворчишь. Как тебя только ученики терпят, - фыркнул Егор.
- Кстати, кого ты там на шесть часов записывал? Он так и не пришел, - вдруг вспомнила я о так и неявившемся ученике.
- А! Да и черт с ним! Все равно он мне не понравился - педик какой-то!
- Что, рост средний, тощеватый, волосы светлые, морда смазливая? - пошутила я, размышляя как в этом, в сущности, маленьком городе много представителей сексуальных меньшинств.
- Ага, - неожиданно услышала я из трубки. - Он и есть. Еще глаза такие синие - даже я заметил. А говоришь не приходил.
Вот, блин...
Я пересчитала сунутые мне Мишелем, то есть выходит вовсе не Мишелем, деньги - ну да, оказалось триста рублей... То есть это чучело приходило ко мне языком заниматься, а я его припахала комп чинить, да еще и денег за это взяла. Молодец! Теперь, зато, очень даже ясно, чем он недоволен остался.
- Эй, Линка? Ты там еще? Чего зависла?
- Слушай, Егор. А ты его номер телефона не знаешь или адрес?
- Да делать мне больше нечего, номера телефонов всяких педиков собирать! - возмутился мелкий. - И тебе не советую. Нафига он тебе сдался?
- Ну как... я у него деньги взяла, а ничему не научила. Он мне... Я думала это компьютерщик пришел - он мне комп чинил. А потом денег дал и ушел. Я еще думала, за что он мне денег-то дал... Хватит ржать, Егор! Это не смешно!!!
- Очень даже смешно, Линка! И забудь ты про этого удода. Он что немой? Не мог сказать, что на занятие пришел, а не комп чинить?
- Постеснялся, наверное, - пробормотала я.
- Его проблемы. Придет - отдашь, а так не парься даже... И вообще, может все таки к нам присоединишься? В "Атлантике" сегодня "Выпь" будет - ты обещала послушать.
- Уу, Егор. В другой раз. Сегодня у меня никакого желания выходить из дома нет.
- Ну, смотри. Если что сразу звони мне.
- Хорошо. Развлекайся.
Завершив вызов, отложила телефон в сторону, решив, что бабушке все таки звонить сегодня не буду - она сразу поймет, что у меня разброд чувств и будет волноваться, а это не совсем то чего бы мне хотелось.
Выбрав на компе старый фильм (новые закачать руки не доходили), забралась в постель и устроилась поудобнее.