Дворянство. Том II (СИ)
Это чудовище с зелёными глазами, к моему удивлению, то и дело пыталось как-то разрядить обстановку, за что ему низкий поклон. Но делал всё это он в своей привычной манере общения со мной, да в принципе, и со всеми остальными. То есть… издёвками.
— Понимаешь, что получается, Ярослав, — спустя десять минут прогулки, тихо заговорил вслух кот. — Как ни крути, судьба решила сыграть с тобой в рулетку, то даруя тебе часть моей силы, то вмешивая в зачистку твою семью. Понимаешь? Как ни крути, даже если бы меня не было в твоей жизни, носители бы не обошли тебя стороной. Что думаешь?
Это я и без него понимал. Вспомнить одного Вадима… убил бы нас всех, да и всё. И вспоминать это было крайне неприятно.
— Что было, того не миновать, — парировал я, пиная камушек перед собой.
— Ярослав, — продолжил он. — Ну чего ты скис? Подумаешь, твой дедушка был диким, а мама знает, что такое зачистка. В чём проблема-то?
— В том, что они это пережили, — сухо ответил я, пропуская перед собой Кактуса. — Слушай, если не умеешь поддержать, то лучше помалкивай. Ладно? А то только пытаюсь выкинуть из головы историю своей семьи, как ты мне это напоминаешь.
Конечно же, кот чхал на то, что я сказал. И пошёл с другой стороны.
— А красные глаза? Как думаешь, маме твоей показалось, или у её отца действительно были такие? — кот преградил мне путь, сел и внимательно посмотрел в мои глаза. — У тебя же тоже были красные глаза, я прав?
У меня появилось острое желание треснуть ему по головушке. И далеко не ладонью, а чем-то потяжелее. Кактус, тем делом, видимо, учуял опасность, исходящую от меня. Он резко развернулся и прыгнул в кусты, откуда, спустя минуту, как я пошёл дальше, неожиданно вышел с каким-то ботинком в зубах.
— В знак примирения, — улыбнулся он, вновь преграждая мне путь. — Зуб за зуб, ботинок за ботинок? Что скажешь?
Смотреть на него и на его попытку «загладить» вину было настолько абсурдно, что даже смешно. В целом, я от души рассмеялся, подхватил этого прохвоста на руки и пошёл дальше, держа его на уровне груди. Но не прошло и пары минут, как в воздухе появилась какая-то напряжённость.
Почувствовал её не только я, но и Кактус, который сразу же, сказал об этом, но уже не вслух.
«За нами следят».
«Ты тоже чувствуешь взгляд в спину?»
«Я чувствую больше, чем просто взгляд. И это неприятно… не знаю как… — он зевнул в моих мыслях и помотал головой физически. — Но у этого тела есть свои природные инстинкты. В сумме с моими навыками они… говорят только об одном, нам надо бежать! И быстро!»
Сразу бежать я не стал. Поворачивая голову из стороны в сторону, я чуть ускорил шаг, и, вскоре, когда мне нужно было перейти дорогу, чтобы оказаться в своём районе, за спиной и где-то с правой стороны послышался топот.
Да не просто топот, а «бег».
Справа от меня появились два силуэта, которые очень быстро бежали в мою сторону, за мной… скорее всего. И я принял самое… правильное решение.
Побежал. Но не совсем так, как планировалось.
Кот, которого всё это время я нёс в руках, взревел в моём мозгу, моля не ускоряться. Такой просьбы я не понял, но он не унимался.
Со словами «не применяй никаких навыков», он выпучил глаза, рассматривая путь перед нами и подсказывая куда сворачивать. Понятное дело, что кот лучше человека ориентируется в темноте, но именно сейчас это помогло мне держать темп, не выходящий за пределы человеческих возможностей.
Мы виляли по плохо освещённым переулкам так, словно на улице был день, а не ночь. Более того, звуки преследования постепенно начали прекращаться, и вывеска моего знакомого кафе оказалась спасительным пунктом.
* * *— Вот он, — сказал мужчина среднего роста по наушнику. — Вышел из родительского дома.
— Принято, — отозвался в наушнике другой мужчина. — Коля и Гриша в обход. Попытаемся испугать его на открытом участке, чтобы посмотреть, на что он способен.
Ответа не поступило, и операция началась.
Троица вышедших из-за подвальчика пятиэтажного дома, напротив того места, где был Ярослав Волконский, двинулась вслед за юношей, то и дело, прячась за тень деревьев, дабы… парень не понял, что за ним кто-то идёт.
В целом, операция шла успешно, несмотря на то, что юноша, возможно, враг всего живого. Но пока что это лишь предположение и нужна проверка.
Нагнали Ярослава уже ближе к перекрёстку, где вторая группа, следовавшая по другой улице, вышла на свет осенней луны, и, кажется, их заметили.
Группа замерла сразу же, как юнец остановился. Когда он начал мотать головой из стороны в сторону, была дана команда бежать. Одновременно пятеро взрослых мужчин в чёрных костюмах побежали на юношу, который, как всем показалось, откровенно запаниковал.
— Если догоним… — послышалось в наушнике у мужчины. — Что делаем?
— Не трогать. Если он одержимый, то проявит свои способности.
— Принято! — послышалось вместе с глубоким дыханием.
Парня гнали до кофейни, куда никто заходить, разумеется, не стал. Дабы переговорить, группа собралась чуть поодаль от места, куда спрятался паренёк. Собрать по возможности доказательства его нечеловеческой природы, но их не было.
Ярослав не совершал длинных и высоких прыжков. Его скорость бега была в пределах человеческих возможностей, а если судить по тому, как он ориентировался в темноте… вот тут встал вопрос. Но на его защиту было сказано следующее:
— … он живёт же здесь. Знает каждый уголок, это элементарно.
Слова одного из членов группы, заставили остальных задуматься и уже сделать заключение.
— Передай Екатерине Сергеевне, что цель номер семь не является чужеродным существом. Все цели проверены, можем сворачиваться и переезжать в новую точку.
— Принято.
Спустя минуту мужчин рядом с кафе не было.
Глава 29
Моё преследование было расценено как опасность и не только для меня, но и для кафе в целом. Эдвард Тойвович отдал приказ о временном затишье, и почти неделю ни я, ни другие работники не брали и не выполняли заказов, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания.
Тем самым вернувшись к обычной, ежедневной рутине. И «рутина» закончилась для меня ровно с момента, как на календаре пошли красные дни — каникулы. Хоть эти выходные относились по большей части к ученикам школ и лицеев, наш институт они также затронули.
Чем решил воспользоваться мой непосредственный руководитель.
Только вот он не стал заставлять меня работать больше, выходить на смену с утра до поздней ночи, а наоборот, гонял меня на тренировки, выставляя против меня то Виктора, который от души издевался надо мной на ринге, будто в отместку за нашу первую тренировку, когда я успел его достать, то Викторию, которая оказалась весьма опасной девушкой. И я даже не знал, кто из них в качестве тренера хуже.
Первые два дня я возвращался домой без единого живого места на теле. Пытаясь привыкнуть к скорости Виктора, я получал по голове от Виктории, которая имела странные особенности, а точнее, мутацию…
Её удары, которые, казалось бы, на первый взгляд лёгкие и невинные, были… убийственно сильными. Она одним щелчком пальцев разбивала кирпичи, и одним подзатыльником «толкала» меня вперёд, так что удержаться на ногах не было никакой возможности.
Если Виктора, мой симбионт, условно говоря, уже знал, то Виктория стала для «нас» открытием. Её удары было несложно предугадать. Она дралась вполне прямолинейно, лоб в лоб, но всё же… любое парирование или блок — отбивал мне всё напрочь. Что доказывало слова главы нашей гильдии:
— Твоё физическое тело ещё не готово полноценно работать с твоим симбионтом.
Поэтому на третий день тренировки продолжились с большим остервенением. И не моим, а наёмников.
Сами поединки с сильнейшими членами нашей группы проводились лишь после полного курса физической и внутренней подготовки. Я качался, бегал, прыгал, крушил и ломал манекены… лечился с помощью Елены, чтобы повторить всё это минимум ещё один раз, а затем пытался «игнорировать» воздушные потоки Светланы. Пусть получалось не всегда, ведь и она приспосабливалась ко мне, но определённое понимание того, как действуют маги, у меня появилось.