Соседи. Попасть, выжить и (Не) влюбиться (СИ)

В этом времени и на этой Земле, в роли генерала я, пожалуй, во многом нашла себя. Сбросила шкурку мирной и спокойной женщины: дралась и сражалась наравне с мужиками. И дать по морде могла тоже без малейших раздумий.
Однако я почему-то просто опешила от такого напора со стороны всегда деликатного, галантного и сдержанного ученого, и Гаоль немедленно этим воспользовался:
-- Да! Я не бегаю по поверхности и не палю во врагов! Да! Я не сражаюсь вместе с вашими воинами. Но я докажу вам, что вы неправы, Телла Тернова! Я докажу, что вы с вашими закостенелыми домостроевскими шаблонами не видите главного. Даже если это будет стоить мне жизни…
Последние слова заставили меня вздрогнуть и вглядеться в бледное лицо ученого. Его голубые глаза лихорадочно засверкали, брови встретились на переносице и сошлись эдакую «галку».
Помимо воли я ощутила волнение. Что такое задумал этот дурак? Точнее, умник, но все равно полный дурак? Чего это он планирует мне доказать?
Даже не предполагала, что так волнуюсь за Андерса, что он-таки не безразличен мне, как хотелось бы думать.
Я замерла, пытаясь поймать, выдавить из себя это ненужное ощущение. Страх за мужчину, которого я никогда не хотела бы видеть рядом с собой. Он не подходил мне – ну совершенно.
Да и Сиолилан все еще мне снился…
Наше знакомство, наши встречи, когда я пыталась забыть мужа или вспомнить о нем, потому что этот мужчина меня так манил и так притягивал… На адреналине страха перед чудовищами, которые загнали людей в угол, в ужасе от попадания мир, откуда нет выхода, я чувствовала тогда особенно остро.
И воспоминания все еще будоражили, хотя миновало больше шести десятилетий! Целая человеческая жизнь по меркам Земли, откуда я сюда провалилась.
Мой сын успел вырасти, найти работу настройщиком разрядных устройств и жениться.
А я будто так и застыла в том самом моменте, в тех отношениях, которые сама же разрушила…
Точнее, наверное, мы постарались вдвоем.
Не бывает такого разрыва между влюбленными, в котором не замешан и не виноват каждый из них…
Ну это факт, ничего не попишешь.
Так странно было переключаться с Сиолилана на Гаоля.
Как будто внутри меня срабатывал тумблер.
Я и сама плохо сейчас понимала – касаются ли мои ощущения Андерса или все-таки Града. А может я просто совершенно запуталась?
Нет! Я твердо знала, что Гаоль мне не пара. Знала ведь?
В коридоре повисла звенящая тишина. Статуи ученых смотрели на нас так, словно интересовались – а что же дальше. Им только не хватало ведерок поп-корна.
Мне же дико хотелось все прекратить. Остановить его, заставить себя не чувствовать то, что пробивалось сквозь многолетние укрепления убеждений, как пробивается росток сквозь бетон.
И надо признать, что Гаоль действовал именно так: медленно, исподволь. А не брал меня штурмом как Град. Возможно, еще и в этом крылась проблема. Сиолилан не давал мне подумать, не позволял опомниться, прийти в чувство, чтобы осознать, что вокруг происходит. Поэтому наш роман вспыхнул, как безумный лесной пожар, что уничтожает все на своем пути. И… после того, как закончился, осталась выжженая пустыня несбывшихся надежд и желаний.
Возможно, поэтому ни Сил, ни я так никого себе и не нашли до сих пор…
Гаоль продолжал нависать надо мной, не двигался с места, и как будто собирался сказать что-то еще в довесок к своей эпичной фразе про риск для жизни или вроде того. Я же силилась побороть то, что внезапно вспыхнуло внутри, как искра от не до конца потушенной спички в сухом сене…
Мы оба замерли, не в силах что-то сказать или сделать. И пришли в себя далеко не сразу.
-- Я вас провожу, пойдемте. Мне не стоило начинать этот разговор, – неожиданно тихо и ровно произнес Гаоль, – Но вы увидите, как ошибались. И, надеюсь, все-таки сможете дать мне шанс, – быстро пробубнил он.
-- Ведите! – я скомандовала как на плацу. Андерс весь как-то напрягся, оттолкнулся руками от стены и дал мне дорогу. А затем картинно указал направление. Которое я и без него хорошо знала.
 
Мы миновали коридор и вошли, собственно, в рабочую часть здания. Здесь все откровенно-торжественное и университетское резко заканчивалось.
Холодные белоснежно-чистые стены коридора и двери лабораторий напоминали о больничных палатах.
Гаоль поравнялся со мной и зашагал впереди, временами поворачивая голову и бросая на меня загадочный взгляд.
Точно такой же, как когда он сказал засевшую в голове фразу: «Даже если это будет стоить мне жизни…»
  
Глава 3.1- 3.2
 
ГЛАВА 3
Около восьмидесяти лет назад 
Реабилитационный центр для попаданцев. Именно так называлось это странное место, где нас обучали жизни в новой реальности.
Мы с Андреем провели там несколько лет. Осваивали новые технологии, учили новый русский язык. Да, во всем мире теперь разговаривали на нем. Но появились некоторые слова, термины, в конце концов – названия новых вещей, о которых мы даже не подозревали.
Первый раз в первый класс, как выражаются.
Нас было не так уж и много. Около двадцати таких же потерянных и потрясенных случившимся с ними людей.
Подземный город казался мне тогда казематом. Пусть даже с искусственным небом и солнцем, пусть даже с эффектными местами зданиями. Но все равно. Казалось – еще немного и начнется приступ клаустрофобии.
Если бы не Сиолилан Град…
Он спас меня в лесном поселении, и отвел сюда.
А затем появился здесь тем же вечером. Просто пришел, такой огромный, такой спокойный, сильный и мощный. Если и существуют флюиды или как их еще называют – вот именно они исходили от этого невероятного мужчины.
Град вошел в дом, куда нас поселили, и спросил:
– Ну как вы? Как дела?
– Тут страшно и странно, – поделился Андрей.
– А я другого мира даже не знаю, – усмехнулся Сил, как я мысленно его назвала и… сбросил с плеч военный рюкзак. А та-ам… там были шоколадные конфеты для моего мальчика и… спелые яблочки-китайки! Я таких не видела даже в своем мире уже много лет. Куда-то пропали.
Они оказались спелые, налитые, на редкость сладкие и сочные.
– Ну? Заварим чай с шишками?
Сил начал орудовать в моем новом доме. Достал посуду, включил электрический чайник… И вскоре кухня наполнилась теплом и уютом. Мы сидели и болтали о своем мире, о том, как прошел первый день обучения…
Мы разговаривали, смеялись, Сил травил анекдоты и понемногу нам стало полегче. Вдруг отпустило. Андрей, который весь день паниковал и переживал, страдал, что больше не вернемся домой и отца не увидим, начал общаться с Градом как с добрым приятелем.
Немного раскрылся и даже расслабился.
На второй день после обучения и осмотра подземного города, мы вернулись домой и возле двери застали Сиолилана…
Он принес нам манго! Подобные фрукты были огромной редкостью у подземников. Да и лесники их видели не так чтобы часто. Но я вчера обмолвилась, что люблю – и все это сегодня было у нас на столе.
Мраморная нежирная ветчина, настоящий шашлык, манго и даже бутерброды с красной икрой.
И снова мы просто общались, пили чай и рассказывали о себе.
Сил мало о себе говорил, больше слушал, внимал и развлекал нас как мог…
На третий день я гадала – придет ли и… он пришел.
А затем начал приходить каждый день…
Вначале меня просто радовали его визиты: общение с местным, рассказы о старом мире, до тварей, так похожем на тот, что мы потеряли.
Всякие новости из жизни аборигенов. Байки, анекдоты, забавные случаи… Да просто, в конце концов – сведения о жизни лесников и других поселений.
Общение с Силом очень скрашивало наши дни попаданцев, у которых пока нет ни друзей, ни приятелей. И которым банально не с кем поболтать ни о чем.
Потом я начала привыкать к Силу: к его шуткам и смеху, улыбке, которая была такой открытой и такой… не знаю заразительной, что ли. Глядя на нее, тоже хотелось вдруг улыбнуться, даже, если особо и поводов не было.