Соседи. Попасть, выжить и (Не) влюбиться (СИ)

Я подалась к монитору, выделила несколько квадратиков с внутренниками, что тренировались по технологиям Андерса, и расположила их друг рядом с другом, четко улавливая общие черты.
Они не озирались и не прислушивались, как это делали большинство внешников. Резко реагировали на какие-то проявления врага и стреляли без колебаний, без малейших раздумий. Словно точно знали – откуда удар.
Еще несколько часов такой битвы сразу же дали ощутимый результат.
Враги атаковали более редко и бессистемно. Если раньше они явно нападали отрядами, проявляли какую-никакую, но элементарную стратегию, то теперь просто бросались с разных сторон. Хаотично, и казалось – просто отчаянно.
Я отправила на помощь еще несколько троек внутренников, что тренировались по системе Гаоля.
И… мы неожиданно начали побеждать.
Впервые – не враги решали, когда стоит закончиться битве. Когда они устали или измотаны, или слишком много потерь или еще что.
Решали мы!
Мы! Наступали!
А не только защищались более-менее удачно.
Тройки внутренников уверенно меняли расположение, двигаясь по периметру своих квадрантов, и атакуя цели высоко в небе.
Подобного я еще ни разу не видела.
Обычно мы стреляли, когда враг очень близко. Об этом свидетельствовал и дымок после его поражения и жижа, что смачно плюхалась на землю. Но так, чтобы это все сверзилось с высоты, наверное, птичьего полета… я с таким еще ни разу не сталкивалась.
Реально! Ни разу за десятилетия!
Еще час – и твари начали отступать. А вдохновленные солдаты метнулись в атаку. Да, они не видели – за кем нужно бежать. Но стреляли почему-то удивительно точно.
Слабые ползучие разрядные поля, что искристой дымкой заволокли все пространство, где шел бой, тоже вызвали у меня приступ удивления и недоумения.
На огромном просторе, над речным поселением, обнаружилось всего несколько отступающих тварей! Несколько! Обычно их были десятки даже над одним квадрантом сообщения подземников с поверхностью!
А тут…
Я в шоке наблюдала, как радостные воины добивают врагов.
Скомандовала всем возвращаться в город, рухнула в кресло – потому что ноги просто-напросто подкосились, и вскинула вопросительный взгляд на Гаоля Андерса.
– Вы не хотите мне ничего объяснить? – уточнила я через силу.
– Вы о чем? – не совсем понял Гаоль и чуть ощетинился – думал, я снова стану критиковать или – хуже того, претензировать. Свел светлые брови на переносице и весь напрягся, будто собирался парировать нападение.
– Внутренники, что тренировались по вашей системе и на ваших новых тренажерах, дрались более эффективно, четко и слаженно, нежели внешники, что имеют огромный опыт в таких схватках. Как так? Не думала, что вообще такое увижу!
– Ах, это… – Андерс сразу расслабился и улыбнулся немного лукаво, довольно. – Ну я ведь говорил, что мы очень стараемся и, как можем, приближаем победу над тварями. Со своей стороны. Вы не поверили…
– Ближе к делу! – прервала я ученого. – Можно конкретней? Что именно вы предприняли? Как эти внутренники не испугались, не опешили и обнаруживали врагов так высоко в небе, хотя те абсолютно невидимы и не слышимы?
– Я не могу утверждать железно и наверняка. Однако, по-моему, все дело в двух факторах, – Гаоль взял себе кресло и присел напротив меня, – Во-первых – мы создали новейшие тренажеры, которые эффективно моделируют схватки с противником. Причем, временами, они ставят бойцов даже в условия куда более жесткие, нежели в битвах. С единственной разницей – воины не погибают.
– В куда более жесткие. Кхм… Это вообще как?
– Мы проанализировали частоту и скорость атак врагов, а также – и частично основную их тактику. Особенно удара сверху, как бы на головы. И выстроили статистику. Как часто происходят атаки, с какой приблизительно скоростью могут прибывать твари и двигаться. Исходя из этого тренажеры выработали систему подобных атак, только чуть более частых и быстрых.
– Вы сказали, что это – во-первых, а что во-вторых? – мне становилось все более интересно.
Андерс вдруг подался ко мне всем корпусом, я же инстинктивно слегка отодвинулась. Это ощущение между нами – невесомое, на кончиках пальцах, в воздухе, который неожиданно начинал накаляться – мне не нравилось. Нервировало и злило...
 
– Во-вторых, в последнее время мы включили в программу подготовки внутренников спарринги, с элементами единоборств, некогда созданных на востоке Земли. К ним я добавил и свои личные наработки в области борьбы разумов и концентрации внимания. Они не просто позволяют одному человеку обезоружить или же победить другого. Их суть скорее не в силе и ловкости, а в умении мыслить так, как противник. Победителем, чаще всего, выходит не тот, кто лучше развит физически, а тот, кто быстрее предугадает и предупредит действия остальных. Удар, как бы сначала отражается мысленно, и только после этого – на физическом уровне.
– Очень интересно. И главное – это удивительно похоже на сражение с нашими невидимками! – воскликнула я.
– Старался, – Гаоль широко улыбнулся. – Для лабораторной крысы, которая не нюхала сражений, неплохо, разве не так, леди Тернова? – он вскинул бровь.
Я согласно кивнула.
– Для крысы неплохо. Что ж. Я хочу, чтобы все внутренники и внешники теперь проходили подобные тренировки. И, если ваша система оправдает себя и дальше, я предложу ввести ее уже по всей Земле. Победа над врагом – наша общая задача. И все, что ее облегчает, безусловно, на пользу.
– Приятно, что хоть что-то из моих наработок, наконец-то, пришлось вам по вкусу, – не скрывая радости, ответил Гаоль, – Скоро мы введем в тренировки также обучение использованию разрядных фиксаторов движения. Вам придется тоже научиться их применять. Мы внедрим сходные структуры и в ваши обозревательные мониторы поля сражения. Вы сможете следить за диспозицией не только по наитию, пусть у вас это и хорошо получается, но еще и при помощи техники. Это здорово облегчит работу и снимет с вас часть нагрузки, что крайне важно. Особенно, когда схватки с тварями длятся так же долго, как, например, нынешняя. И ближе к концу концентрация что у вас, что у помощников сильно ослабевает. Технологии ее частично подменят. Да и солдатам будет полегче.
– Впечатляет, – усмехнулась я, – Я приду на ваши тренировки. Когда они у вас там проводятся?
– Тренировки с использованием приборов начнутся только лишь через две недели. А вот подготовку по новым методикам мы практикуем каждый вечер, если нет боя или внутренних проблем в поселении. Завтра, если сражений не будет, и вы приходите.
– Я приду, – я откинулась на спинку кресла, – Ступайте. Я хочу отдохнуть. Мало ли… что еще вдруг случится.
Гаоль немного посидел, глядя в упор, смущая и заставляя чувствовать себя как-то странно, вдруг возвращаться к тем будоражащим ощущениям, которые я иногда испытывала рядом с ученым. Видя, что я настойчиво посматриваю на дверь, Андерс нехотя поднялся и двинулся к выходу.
Остановился на пороге и внезапно спросил – как выстрелил в упор в самый неурочный момент:
–Телла, неужели есть лишь один способ понравиться вам? Участвовать в сражении с тварями? – его голубые глаза блеснули, а голос чуть дрогнул.
– Если вам вообще под силу подобное, – Я усмехнулась, тщательно скрывая волнение. Оно так некстати вдруг поднялось от кончиков пальцев и прошлось по волосам воздушной волной.
– Ну что ж! Хотя бы вполне откровенно! Я это сделаю! – вдруг заявил Андерс.
Я аж подняла брови.
– Телла. Мужчина на многое способен, если остро хочет понравиться женщине, уж поверьте, – горячо и быстро заявил Андерс. – Вы скоро увидите, я вам обещаю.
Я хотела что-то сказать, возразить, уточнить – не планирует ли этот дурак рвануть в бой, не имея ни опыта, ни подготовки. Тут одним методом тренировок не обойдешься.
Внутренники, хотя и не имели возможности напрямую сталкиваться с тварями раньше, все равно обезвреживали преступников и участвовали в настоящих драках с бандитами.